 |
| |
| | Мила заработала ротиком, всасывала, обхватывая плотно ствол губками, помогая языком и стараясь пустить себе в рот, как можно глубже, громко чавкая и пуская слюни: Ей стал нравится этот короткий острый момент, когда он из нормального человека превращался в тупое животное, рвущиеся ее выебать. И это небольшое приятное волнение, когда он крыл ее матом, на которое неизменно отзывалась ее промежность сильным увлажнением. | | |
| |
|
| |
| | - Абсолютно верно. И подходит к определению события с нашим патроном. Казалось бы, парень влип по самое некуда. Но! Капитан ни о чём не узнал потому, что жена НЕ ЖАЛОВАЛАСЬ, а ХВАЛИЛА, слегка изменив информацию. Намекнула, что Большаков игнорировал приказ её мужа и весь день работал в библиотеке. За что, по её мнению, должен получить от рогатого мужа хоть какое-то наказание. Например - наряд в не очереди или несколько дней гауптвахты. Комильфо, в классическом виде! Она рассчитывала, что наглец будет наказан, и её женская честь, формально, как бы, отомщена. | | |
| |
|
| |
| | С кремом все было намного проще. Два пальца легко вошли ему в зад. То же самое я ощутил через мгновение на себе. Никакой боли, только неестественное возбуждающее чувство проникновения. Три пальца проходили в Леху уже с трудом. На полпути я понял, что зад его растянулся до предела и решил пока остановиться. Леха этого делать не стал. Он упорно заталкивал в меня пальцы, не обращая внимания на мое мычание и только сильнее прижимая меня своим телом, одновременно все глубже затыкая мне членом рот. Вдруг он вытащил из меня руку, но только для того, чтобы задрать мне ноги к животу и навалиться на них сверху. Никогда еще я не чувствовал свой зад более выпяченным и более беззащитным. Взяв мой член в рот и слегка сжав зубами, чтобы я не дергался, он вновь начал терзать мой анус. То ли потому, что эта позиция больше подходила для такого действа, то ли от того, что я, плюнув на все, прекратил вырываться и расслабился, все три его пальца вскоре свободно ходили во мне, не вызывая боли. В отместку я тоже впихнул ему по самую ладонь. Тут же член его задрожал и выплеснул мне в рот порцию семени, затем еще одну. С первым же глотком я тоже кончил, чуть не теряя сознание от наслаждения. | | |
| |
|
| |
| | Проснулся я через пару часов. Хуй уже не болел. Он был внутри чего-то необычайно нежного, скользкого и горячего. Я понял что это Ленын ротик. Она так нежно вылизывала бороздку под головкой, саму головку.. Потом медленно втягивала хуй в себя и я чувствовал его скольжение внутри. Снова выпускала его изо рта и слегка покручивала в руке. Потом лизала ствол, опускалась к яйцам, втягивала их в горячий рот и снова повторяла весь цикл сначала. Хуй снова стал твердеть. В порыве благодарности, я раздвинул ее колени и припал к пизде. Лена зашевелилась и легла на меня валетом. Она трудилась над моим хуем, а я ощупывал языком каждую складочку ее пизды, ее клитор и влагалище. Работал не только мой язык, но и губы и даже нос. Мой хуй уже превратился в палку и она проскальзывала прямо в горло Лены. Она ни капли не давилась им. Он не закрывал ей дыхание, она умела дышать носом. | | |
| |
|
Рассказ №0835 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 03/05/2002
Прочитано раз: 50111 (за неделю: 13)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Мой кабан заворочался, готовясь к выходу. Слава богу, приземлились! Иначе он точно свернул бы шею. Этот воробышек сзади его прямо гипнотизировал. Сейчас я на это реагирую спокойно, а когда-то дико напрягался. Как это он вообще может на кого-то обращать внимание, когда рядом я?.. Особенно меня возмущало, если он принимал боевую стойку при виде совсем юных особей. А ведь, по сути, впервые подобную реакцию вызвал у него именно я. Причем осознанно. И в каком возрасте!
..."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Я хотел ответить "Да!", но что-то сдавило горло, и раздался невнятный писк, которому я постарался придать смысл, судорожно закивав головой.
К этому времени Юрик освободился от джинсов, вид его стройного тела завел мальчишек. И они начали одновременно стягивать с себя рубашки и брюки. Через минуту на полу валялись горки сброшенной одежды и обуви. И заинтересованный наблюдатель мог оценить неплохую коллекцию сексуального мужского белья, облегающего юные стройные торсы.
- Пойдем, - не спросил, а приказал мне Роман.
Мы двинулись в комнату именинника, где под огромным плакатом "Роллинг стоунз" стояла у стены узенькая кушетка. Часть моих сексуальных уроков была усвоена именно на ней. Но такого возбуждения я не испытывал еще никогда. Я не знаю, какие ощущения испытывает пчела, подлетая к цветку, благоухающему нектаром. Но сам себе я напоминал эту полосатую аккуратную сладострастную пчелку.
Мы не сели, а повалились на несчастную кушетку. Я оказался сверху и сжал Романа обеими руками так, что он, по-моему, даже оторопел. Но сразу нашел защиту от смертельного объятия: губами сжал мочку моего уха. От удовольствия я заворковал, как весенний голубь, и совершенно обмяк. А он, отпустив мочку, кончиком языка стал водить по моему уху и наконец проник в него так глубоко, как только мог.
Тут я мысленно сказал "спасибо" маме, которая до последнего времени проверяла, чистые ли у меня уши. Это страшно раздражало, я уворачивался, ворча, что кроме нее, в мои уши никто не заглядывает. Но все же она меня приучила следить за собственными органами слуха, и в распоряжении Романа оказалось самое чистое ушко в мире.
Эти ласки были для меня чем-то новым. Весь мой предыдущий сексуальный опыт добывался в контактах с ребятами чуть старше, практически моими ровесниками. Для большинства из них главным было - побыстрее кончить, испытать максимальный кайф. Ласки были грубоватыми, если были вообще, и преследовали одну цель - быстрее возбудиться и сделать то же самое с партнером. И вообще во всем теле для любого из нас существовала только одна - основная - зона возбуждения. То, что делал со мной Роман, было совершенно иным. То, что располагалось ниже пояса, его как будто вообще не интересовало. И руками он меня практически не трогал - изредка тыльной стороной ладони гладил мою кожу. Но что вытворял со мной его язык!
Кончик языка словно укалывал меня в самые уязвимые места. Грудь, предплечья, локтевой сгиб - везде он находил такие точки, прикосновение к которым заставляло меня замирать в блаженстве или, наоборот, превращало тело в сгусток энергии. И вдруг этот же гибкий тонкий язык превращался в какой-то бурав и, как мне казалось, оставлял на моей коже глубокие борозды. Я даже не понял, как мы оказались раздетыми. Глаза я не закрывал, но почему-то видел сквозь розовую пелену только глаза Романа - с темными загнутыми ресницами. И слышал его голос:
- Нравится, лисенок?
Это я, это я лисенок, и мне очень, очень нравится! - хотел я крикнуть в ответ, но тут его язык раздвинул мне губы.
Ко мне словно подключили ток, тело затряслось, изогнулось в сладкой судороге. Такого полного и долгого блаженства я не испытывал никогда...
Мне казалось, что в комнате именинника мы с Романом провели кучу времени. Однако, вернувшись к гостям, увидели ту же картину: мальчишки бесились, а открытая именинником бутылка была еще наполовину полна. В меня вселился бес. Я исцеловал именинника, пустился в пляс, стал хватать танцующих за что попало. А на диване, в том же уголке, с тем же бокалом в руках, сидел мой первый взрослый мужчина!
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать также:»
»
»
»
|
