 |
| |
| | Меня очень возбуждала эта близость к нему, он немного стеснялся и держал руки у меня на талии, мне так хотелось чтобы он опустил их ниже. Артур уже нежно целовал подругу Саши -Аню, а его рука уже крепко сжимала ее зад заключенный в темных леггинсах. Саша в то же время смотрел на эту пару, и его руки опустились, ниже, он прижал меня к себе и я почувствовала, как твердый бугорок на его штанах ткнулся мне в живот. Я не стала ждать его инициативы, и впилась своими губами в его, он ответил мне страстным поцелуем. Он сильнее сжал мои ягодицы, так что у меня перехватило дыхание, как же долго я этого ждала. События развивались быстро, когда я опять оказалась к Анечке лицом она уже, стоя на коленях отсасывала Артуру, у него был очень толстый хуй, так что маленькая ручка Ани едва смыкалась на нем и ей приходилось широко открывать рот, чтобы поместить туда массивную головку своего партнера. Она ритмично двигала головой, крепко сжимая член одной рукой, второй массировала яйца Артура. | | |
| |
|
| |
| | Он почувствовал себя хищником. Сильным, жестоким. Все чувства обострились до предела: Он чувствовал ее ЗАПАХ: Запах ее страха. Когда он увидел, что она села в такси, то чуть не завыл в голос. Но он не собирался так просто отпускать свою жертву. Нет. В свое время, когда он работал экспедитором, он оставил у себя ключи от казенной машины. Зачем? Да не понятно. Оставил - и все. Сказал, что потерял их, и за свой счет сделал дубликаты. С тех пор он постоянно носил их с собой в кармане. Да, наверное, сейчас именно на этот случай. Он пулей метнулся на служебную стоянку перед офисом. Сказать, что ему повезло - не сказать ничего. Именно в эту ночь в здании проводили работы по замене устаревшей силовой электрической установки и система видеонаблюдения была отключена, а автоматический шлагбаум был зафиксирован в открытом состоянии. Именно в эту смену дежурили два ветерана войск МВД, отнюдь не брезгующих алкоголем и посему не очень внимательно следящих за вверенной им территорией. | | |
| |
|
| |
| | Это был не купальник, а несколько перекрещивающихся верёвочек, придерживающих лоскутки ткани в особо интимных местах. Прикрывая красавицу таким образом, это хитросплетение не могло скрыть от моего горящего взгляда ни один нюанс её совершенной красоты. В тот момент я был особенно рад, что мы именно на этом безлюдном берегу, а не на турбазе, где на Лену глазели бы все подряд! | | |
| |
|
| |
| | Спать с таким стояком было невозможно и я решил подрачить на сон грядущий, но не просто так а на Валины трусы, которые лежали в моей комнате под матрасом. Да и ещё раз нюхнуть волшебный аромат женского влагалища, который все ещё хранили мамины трусики, это непередаваемый кайф во время дрочки. Я разделся до гола, взял мамашины трусы предварительно вытащив их целлофанового пакета, куда их заботливо упаковал Петрович и держа предмет женского нижнего белья в руке, прошёл в коридор к спальне матери. Жёлтый свет ночника пробивался сквозь закрытую дверь и освещал часть пола покрытого линолеумом. Мать не любила спать в темноте и всегда спала с включенным ночником на прикроватной тумбочке. Я подергал за ручку дверь её спальни, она была закрыта изнутри возможно Валя легла спать голой и закрыла дверь на защелку, чтобы её наготу не увидел взрослый сын. Но я уже имел представление о мамашиных прелестях и стоя у двери её спальни дрочил нюхая Валины трусы, представляя её белую голую жопу, чёрный лобок и тёмное очко заднего прохода, прямо манящие в себя хуй. | | |
| |
|
Рассказ №0933
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 07/05/2002
Прочитано раз: 23827 (за неделю: 15)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я не желала, прижимаясь к тебе, задумываться "а подходим ли мы друг другу?" - я хотела любить! Я выбрала тебя, повинуясь тому неведомому влечению, которое возникает вне циничного сознания. Ты был моим избранником не по воле разума, а по зову плоти...."
Страницы: [ 1 ]
Горький кофе, соленые слезы и липкой патокой приставучие мысли. Как прервать их нескончаемый поток? Как спрятаться в скорлупу тупого бездумного существования? Забыть, не думать, не мечтать, не путаться в смутных догадках. Исчезнуть как вид, как Homosapiens. Я не хочу мыслить!
Ведь, живут же рядышком голуби. Они прилетают на покатый карниз с облупившейся краской, клюют хлебные крошки и воркуют. Никаких мыслей о нереализованности, невостребованности и общественной полезности. Сизые кавалеры не вызывают у своих подружек сомнений в их привлекательности, не мучаются проблемами разнообразия в семейной жизни. Птицы просто вместе, они парят в синеве, высиживают птенцов и учат их летать, повинуясь инстинкту и закону природы, который не регламентирует любовь, а превозносит чувства, как основную движущую силу жизни.
А мы? Мыслящие! Что делаем мы?
Мы, многомудрые, придумали себе такое множество правил и условностей, что уже сами точно не помним их значение. С какой легкостью мы отказываемся от собственных, таких прочных, убеждений. Сомневаемся, мучаемся, коротаем лунные ночи, изнемогая от своих и чужих мыслей. Я не хочу!
Я не хотела терзать свой неокрепший мозг вопросом "Зачем я живу?" - я хотела жить!
Я не желала, прижимаясь к тебе, задумываться "а подходим ли мы друг другу?" - я хотела любить! Я выбрала тебя, повинуясь тому неведомому влечению, которое возникает вне циничного сознания. Ты был моим избранником не по воле разума, а по зову плоти.
Нам было хорошо вместе, и пока нам было хорошо, я не задумывалась ни о чем.
Но потом надрывно звонил телефон, разрывая ночь на "до" и "после", не оставляя мне выбора, швыряя в глубокий омут обмана и понимания ошибки. Ночь смотрела лукавым совиным глазом. Равнодушное небо в белой раме окна. Боль.
И на острие боли пришли мысли вперемешку с горьким кофе и солеными слезами. Зачем они пришли? Чтобы отдать последние почести умирающим чувствам? Кто их звал? Почему они возникли в горячке моего воспаленного воображения, одев соболезнующую маску смирения:
Обжигающий глоток и пронзительно-острая вспышка догадки: цель их прихода - сравнение. Сравнение благости чувственного безмыслия с покоем осмысленного бесчувствия. Что лучше? Что легче? И неужели нет компромисса между ними?
Я смыкаю ресницы, пряча за веками свою грешную сущность. Я вдруг поняла, что компромисса не бывает. Мечтая об одном, по воле контролирующего рассудка мы делаем друге, а когда осознаем ошибку, приходят мысли. Их рождает наш мозг, как антитела, как иммунитет к возможности новых ошибок.
Но за дрожащими ресницами воскресают чувства, и ползет по моей щеке непрошеная слеза, сметая все барьеры, выстроенные суровым разумом. Я не хочу мыслить, я хочу чувствовать, как голуби...
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
