 |
| |
| | Внутри я подпираю дверь стулом и, ничего не произнося, стягиваю с девочки форму. она остается в на удивление красивых и стильных топике и трусиках-шортах серого цвета. топику скрывать почти нечего, за исключением двух небольших бугорков, которые обычно вырастают у девочек до подросткового возраста. глянем, что у нас внизу. скатываю шортики, и - о, майн гот! ее киску-блондинку, похоже, ни разу не касалась бритва. . однако, тем проще. куни на сегодня отменяется. | | |
| |
|
| |
| | Неожиданно она ощутила, как его потная рука, властно прогулялась по её округлым бёдрам, жадно погладила их, потом забралась между ними и проскользнула в её белоснежные шёлковые трусики. Ощущение чужой мужской грубой руки в своих трусиках чуть не свело с ума девушку и, она попыталась неуклюже присесть, но Михаил крепко держал её в своих сильных мускулистых объятиях. | | |
| |
|
| |
| | Брат, заметив что я сам отлично справляюсь с его стволом, стал дрочить мой пенис, сильно сжимая его в своем кулаке. Еле дыша, я попросил чтобы он кончил мне в рот. Я осторожно встал с члена брата и снова взял в рот знакомого красавца. Скоро несколько порций спермы резко брызнули в мое горло. Я сглотнул вкусную соленоватую жидкость, полностью выдоив полюбившийся ствол. Довольный и уставший, брат велел встать мне в полный рост. Он нагнулся и взял в рот мой член. Я не выдержал и 20 секунд подобного удовольствия и кончил ему в рот. | | |
| |
|
| |
| | От этого вопроса член моментально среагировал, я так давно мечтал об этом и вот он момент истины наступает, конечно ответил я представляя момент как будут трахать мою девочку а потом я уступлю ее другому, да это заводило довольно сильно, от таких мыслей казалось что член лопнет от напряжения. И вот мы в аэропорту, вот выходит Сережка, обнимаемся я беру чемодан идем к машине, через полчаса мы дома. После долгих разговоров наступает ночь и пора бы спать, внутри все разрывается и от ревности и от желания трахаться и еще куча эмоций. Я своими руками тощу постель для Сереги в комнату моей девочки зная что, вот на этой постели он будет сегодня ее трахать, а я буду за стенкой и не смогу придти к ней ночью, так как мы договорились что для начала она его раскрутит? а дальше видно будет. Все улеглись спать, я лежу в полной тишине и пытаюсь уловить что там происходит за стенкой, член стоит колом, но там за стенкой тишина, не всилах больше терпеть это напряжение накидываюсь на жену и сливаю в нее всю сперму, она тоже бурно кончает и довольно быстро засыпает и опять тишина и опять пытаюсь уловить что же там за стенкой, теперь там была какая то возня ну все подумал я, теперь и он ее трахает. С трудом я дождался утра и когда Элька вышла из комнаты что бы как обычно собраться в школу я сразу рванул к ней благо время было раннее и дом еще спал, проникнув к ней в ванну первый мой вопрос был ну как, получилось? он трахнул тебя Элька улыбнулась и сказала, конечно, а ты сомневался во мне? от этих слов мне башню снесло, я развернул ее снял пижаму смочил головку и со всего маху вставил его в нее, обычно, когда я засовывал его там было тесно, теперь там все было влажно, горячо и свободно, Серега хорошо поработал. | | |
| |
|
Рассказ №0933
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 07/05/2002
Прочитано раз: 24399 (за неделю: 9)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я не желала, прижимаясь к тебе, задумываться "а подходим ли мы друг другу?" - я хотела любить! Я выбрала тебя, повинуясь тому неведомому влечению, которое возникает вне циничного сознания. Ты был моим избранником не по воле разума, а по зову плоти...."
Страницы: [ 1 ]
Горький кофе, соленые слезы и липкой патокой приставучие мысли. Как прервать их нескончаемый поток? Как спрятаться в скорлупу тупого бездумного существования? Забыть, не думать, не мечтать, не путаться в смутных догадках. Исчезнуть как вид, как Homosapiens. Я не хочу мыслить!
Ведь, живут же рядышком голуби. Они прилетают на покатый карниз с облупившейся краской, клюют хлебные крошки и воркуют. Никаких мыслей о нереализованности, невостребованности и общественной полезности. Сизые кавалеры не вызывают у своих подружек сомнений в их привлекательности, не мучаются проблемами разнообразия в семейной жизни. Птицы просто вместе, они парят в синеве, высиживают птенцов и учат их летать, повинуясь инстинкту и закону природы, который не регламентирует любовь, а превозносит чувства, как основную движущую силу жизни.
А мы? Мыслящие! Что делаем мы?
Мы, многомудрые, придумали себе такое множество правил и условностей, что уже сами точно не помним их значение. С какой легкостью мы отказываемся от собственных, таких прочных, убеждений. Сомневаемся, мучаемся, коротаем лунные ночи, изнемогая от своих и чужих мыслей. Я не хочу!
Я не хотела терзать свой неокрепший мозг вопросом "Зачем я живу?" - я хотела жить!
Я не желала, прижимаясь к тебе, задумываться "а подходим ли мы друг другу?" - я хотела любить! Я выбрала тебя, повинуясь тому неведомому влечению, которое возникает вне циничного сознания. Ты был моим избранником не по воле разума, а по зову плоти.
Нам было хорошо вместе, и пока нам было хорошо, я не задумывалась ни о чем.
Но потом надрывно звонил телефон, разрывая ночь на "до" и "после", не оставляя мне выбора, швыряя в глубокий омут обмана и понимания ошибки. Ночь смотрела лукавым совиным глазом. Равнодушное небо в белой раме окна. Боль.
И на острие боли пришли мысли вперемешку с горьким кофе и солеными слезами. Зачем они пришли? Чтобы отдать последние почести умирающим чувствам? Кто их звал? Почему они возникли в горячке моего воспаленного воображения, одев соболезнующую маску смирения:
Обжигающий глоток и пронзительно-острая вспышка догадки: цель их прихода - сравнение. Сравнение благости чувственного безмыслия с покоем осмысленного бесчувствия. Что лучше? Что легче? И неужели нет компромисса между ними?
Я смыкаю ресницы, пряча за веками свою грешную сущность. Я вдруг поняла, что компромисса не бывает. Мечтая об одном, по воле контролирующего рассудка мы делаем друге, а когда осознаем ошибку, приходят мысли. Их рождает наш мозг, как антитела, как иммунитет к возможности новых ошибок.
Но за дрожащими ресницами воскресают чувства, и ползет по моей щеке непрошеная слеза, сметая все барьеры, выстроенные суровым разумом. Я не хочу мыслить, я хочу чувствовать, как голуби...
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
