 |
| |
| | Не знаю, сколько так прошло времени. Но пришел я в себя от ноющей боли в яйцах. Я понял, что все это время, пока раздевал, трогал и лизал письку тети Оли у меня дико стоял член и был готов просто взорваться. Я спустил штаны, достал его и начал подрачивать. Как же было приятно дрочить вот так, чувствую на губах сок из пизды, видя ее перед собой. Она уже не была закрытая, напротив, малые губы были налитые и блестели. А между ними была щель, и я видел вход во влагалище, окруженный сморщенной кожей письки снизу и блестящую полоску с точечкой мочеиспускательного канала. Приподнявшись, я поднес свой стоящий член к промежности тети и подался вперед. Когда головка коснулась горячей письки, у меня перехватило дыхание. Я надавил, и мой боец начал исчезать внутри. Сделав несколько движений я бистро вытащил член и дергая его рукой начал кончать на живот и бедра тети Оли. У меня еще никогда не было так много спермы. | | |
| |
|
| |
| | Отдохнули, поплавали, подурачились, поплескались в ванной, а затем перешли в комнату, где предварительно были сдвинуты две широкие кровати, составлявшие одно манящее огромное ложе. Я предложил Андрею вместе со мной в четыре руки делать Наташеньке Супер-массаж, он схватывал все налету. После нескольких Наташиных оргазмов следующий массаж еще раз, предварительно искупав Наташу в ванной, делали в два рта и два языка. Больше всего ей понравилось, когда я делал ей спереди куннилингус, а Андрей сзади языком и губками обрабатывал ее анус. Затем Наташа одновременно нам обоим делала массаж, затем мы с ней Андрею, затем они вдвоем мне, затем каждый из нас был режиссером порнофильмов, а остальные двое делали все, что диктовало им воображение "режиссера"... затем... еще было очень много чего затем. | | |
| |
|
| |
| | Заведенная до предела Ирина кончила первой, бурно и продолжительно. Владимир выйдя из нее подхватил женщину на руки и перенес на обычный барный столик, стоящий рядом, аккуратно положив ее на спину. Разместившись между ее широко разведенных ножек и обхватив ее за бедра он снова вошел в нее, начиная усиленно двигать бедрами, загоняяя в бешенном ритме свой член в ее влагалище. Ирина стонала и завывала в полный голос. Ее освобожденные от одежды сиси тряслись раскинувшись по бокам, раскинув руки в стороны и придерживаясь за края столика, Ирина скользила по поверхности стола, удерживаемая лишь руками Владимира. | | |
| |
|
| |
| | С кошачьей грацией потягиваюсь и удобно устраиваюсь на твоей груди. Глаза твои полузакрыты и я планирую немного еще понежиться в теплой водичке. Но впечатление покоя обманчиво. Ловким движением ты подхватываешь меня, заворачиваешь в огромное пушистое полотенце и относишь на кровать, огромное ложе, застеленное шелковыми простынями и усеянное подушками и подушечками. Как же приятно вытянуться во весь рост и дать ножкам, утомленным высокими каблучками, отдохнуть. Ты понимаешь мое настроение, поэтому берешь в свои ладони мои ступни и начинаешь бережно массировать, пальчик за пальчиком, подушечки и розовые пяточки. Я блаженно жмурюсь...хорошо. В порыве нежности ты начинаешь целовать пальчики, щекотать их язычком, посасывать, как конфету. Ууу! Это потрясающе...Теперь волна идет от пальчиков по длине ножек до заветной пещерки. Как там горячо и влажно стало. А ты уже целуешь ложбинки под коленками, гладишь мои бедра, а шаловливый язычок подбирается к Холму наслаждений, в недрах которого спрятана моя заветная розочка. Скользи, язычок. Тебе там будут рады. Взмах, движение...и ты уже у цели. Как лисичка в норку - шнырк...Аааа! Не в силах сдержаться шепчут губы! Калейдоскоп перед глазами! Вспышки цветовые, подобные золотым, бирюзовым, пурпурным звездам перед глазами! А ты не останавливаешься... Твой язычок ласкает лепесточки, слизывает капельки росы, щекочет и играет, то погружается в грот удовольствий, то вновь выныривает на поверхность. Ладони ласкают меня, скользят и гладят. А я - уже не волна. Я вихрь, состоящий из драгоценной алмазной россыпи, который играет всеми красками. Язычок все быстрее и быстрее - и мой вихрь все сильнее закручивается....сильнее и сильнее. Восторг, ярость страсти, и вот он, пик удовольствия, о который разбивается алмазный вихрь, чтобы заставить взорваться тело благодарной дрожью, судорогой экстаза, сладким соком любви. Алмазики падают медленно, постепенно приводя меня в сознание, а телу даря вторую, третью, ...волну удовольствия. Сознание вернулось, а тело словно парит в невесомости, нет ни веса, ни притяжения земли. А звезды и луна смотрят в окно и улыбаются нам, ласково и немного снисходительно. Шепот прибоя убаюкивает. Обнимемся, мой милый. Нам так хорошо вдвоем. Полежим, посмотрим на звезды и.......... | | |
| |
|
Рассказ №0933
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 07/05/2002
Прочитано раз: 24387 (за неделю: 24)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я не желала, прижимаясь к тебе, задумываться "а подходим ли мы друг другу?" - я хотела любить! Я выбрала тебя, повинуясь тому неведомому влечению, которое возникает вне циничного сознания. Ты был моим избранником не по воле разума, а по зову плоти...."
Страницы: [ 1 ]
Горький кофе, соленые слезы и липкой патокой приставучие мысли. Как прервать их нескончаемый поток? Как спрятаться в скорлупу тупого бездумного существования? Забыть, не думать, не мечтать, не путаться в смутных догадках. Исчезнуть как вид, как Homosapiens. Я не хочу мыслить!
Ведь, живут же рядышком голуби. Они прилетают на покатый карниз с облупившейся краской, клюют хлебные крошки и воркуют. Никаких мыслей о нереализованности, невостребованности и общественной полезности. Сизые кавалеры не вызывают у своих подружек сомнений в их привлекательности, не мучаются проблемами разнообразия в семейной жизни. Птицы просто вместе, они парят в синеве, высиживают птенцов и учат их летать, повинуясь инстинкту и закону природы, который не регламентирует любовь, а превозносит чувства, как основную движущую силу жизни.
А мы? Мыслящие! Что делаем мы?
Мы, многомудрые, придумали себе такое множество правил и условностей, что уже сами точно не помним их значение. С какой легкостью мы отказываемся от собственных, таких прочных, убеждений. Сомневаемся, мучаемся, коротаем лунные ночи, изнемогая от своих и чужих мыслей. Я не хочу!
Я не хотела терзать свой неокрепший мозг вопросом "Зачем я живу?" - я хотела жить!
Я не желала, прижимаясь к тебе, задумываться "а подходим ли мы друг другу?" - я хотела любить! Я выбрала тебя, повинуясь тому неведомому влечению, которое возникает вне циничного сознания. Ты был моим избранником не по воле разума, а по зову плоти.
Нам было хорошо вместе, и пока нам было хорошо, я не задумывалась ни о чем.
Но потом надрывно звонил телефон, разрывая ночь на "до" и "после", не оставляя мне выбора, швыряя в глубокий омут обмана и понимания ошибки. Ночь смотрела лукавым совиным глазом. Равнодушное небо в белой раме окна. Боль.
И на острие боли пришли мысли вперемешку с горьким кофе и солеными слезами. Зачем они пришли? Чтобы отдать последние почести умирающим чувствам? Кто их звал? Почему они возникли в горячке моего воспаленного воображения, одев соболезнующую маску смирения:
Обжигающий глоток и пронзительно-острая вспышка догадки: цель их прихода - сравнение. Сравнение благости чувственного безмыслия с покоем осмысленного бесчувствия. Что лучше? Что легче? И неужели нет компромисса между ними?
Я смыкаю ресницы, пряча за веками свою грешную сущность. Я вдруг поняла, что компромисса не бывает. Мечтая об одном, по воле контролирующего рассудка мы делаем друге, а когда осознаем ошибку, приходят мысли. Их рождает наш мозг, как антитела, как иммунитет к возможности новых ошибок.
Но за дрожащими ресницами воскресают чувства, и ползет по моей щеке непрошеная слеза, сметая все барьеры, выстроенные суровым разумом. Я не хочу мыслить, я хочу чувствовать, как голуби...
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
