 |
| |
| | Моя недавняя любовница не делала ничего, продолжая смотреть на начальницу широко открытыми глазами. Потом, по мере того как поцелуй становился более страстным, она успокоилась и даже закрыла глаза. Рука же Ирины Сергеевны, судя по движениям под юбкой, ласкала ее промежность. Аннушка повелась. Она была слишком хорошо возбуждена мной, чтобы так просто отказаться от этого возбуждения. К тому же ей ничего не надо было делать. Несколько минут все было неизменным: рты женщин были плотно сомкнуты, обе шумно дышали носом, а рука Ирины Сергеевны резвилась в промежности девушки. Наконец Ирина оторвалась от ее губ и опустилась на колени перед ней. Аннушка сама, не дожидаясь подсказки, легла на стол. А Ирина Сергеевна откинула ее юбку наверх и, не без труда, стянула ее трусики. | | |
| |
|
| |
| | После недолгой жеребьевки определилась первая девушка, которая сразу же набросилась на мой член ротиком и стала яростно его сосать... Я аж испугался от неожиданности - вдруг сейчас укусит. 30 секунд быстро пролетели, ее сменила другая. Она уже села на меня в позицию 69 и я почуял аромат ее дырочки, которая находилась у меня прямо перед лицом. Я вытягивал свой язык, пытаясь лизнуть ее влажные губки, но она была так увлечена моим членом, что ее киска совершала постоянные движения то ко мне, то от меня... И эти секунды истекли. Я уже был на взводе, но чтобы подыграть тебе и продлить это блаженство, стал пытаться думать о другом - курс доллара, компьютеры, международная обстановка... Хоть член по-прежнему стоял колом, возбуждение удалось сбить, и девушки сменяли одна другую... А, вот эта уже была. Я даже стал некоторых узнавать по ротику... Наконец, я уже не мог выдержать и струя спермы вылетела в ротик очередной участницы. | | |
| |
|
| |
| | Прямо на уроке, под партой, в паре метров от Гарри и Рона Джинни Уизли на коленях отсасывала Драко Малфою, насаживалась горлом на его член, давилась его длинным хуем. Бок о бок с ней Гермиона Грейнджер уткнулась лицом между ног Пэнси Паркинсон и отлизывала ей вагину, засовывая язык глубоко в мокрую пизду слизеринки. От глаз других учеников и Тонкс гриффиндорок скрывала только столешница парты и полуоткинутая мантия-невидимка. | | |
| |
|
| |
| | Объём второй клизмы был больше первой поэтому после последней вставленной порции, когда бабушка вынула наконечник из моей попы, я не смог удерживать жидкость и она начала выливаться: Я сразу же бросился в туалет. | | |
| |
|
Рассказ №0933
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 07/05/2002
Прочитано раз: 24077 (за неделю: 2)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я не желала, прижимаясь к тебе, задумываться "а подходим ли мы друг другу?" - я хотела любить! Я выбрала тебя, повинуясь тому неведомому влечению, которое возникает вне циничного сознания. Ты был моим избранником не по воле разума, а по зову плоти...."
Страницы: [ 1 ]
Горький кофе, соленые слезы и липкой патокой приставучие мысли. Как прервать их нескончаемый поток? Как спрятаться в скорлупу тупого бездумного существования? Забыть, не думать, не мечтать, не путаться в смутных догадках. Исчезнуть как вид, как Homosapiens. Я не хочу мыслить!
Ведь, живут же рядышком голуби. Они прилетают на покатый карниз с облупившейся краской, клюют хлебные крошки и воркуют. Никаких мыслей о нереализованности, невостребованности и общественной полезности. Сизые кавалеры не вызывают у своих подружек сомнений в их привлекательности, не мучаются проблемами разнообразия в семейной жизни. Птицы просто вместе, они парят в синеве, высиживают птенцов и учат их летать, повинуясь инстинкту и закону природы, который не регламентирует любовь, а превозносит чувства, как основную движущую силу жизни.
А мы? Мыслящие! Что делаем мы?
Мы, многомудрые, придумали себе такое множество правил и условностей, что уже сами точно не помним их значение. С какой легкостью мы отказываемся от собственных, таких прочных, убеждений. Сомневаемся, мучаемся, коротаем лунные ночи, изнемогая от своих и чужих мыслей. Я не хочу!
Я не хотела терзать свой неокрепший мозг вопросом "Зачем я живу?" - я хотела жить!
Я не желала, прижимаясь к тебе, задумываться "а подходим ли мы друг другу?" - я хотела любить! Я выбрала тебя, повинуясь тому неведомому влечению, которое возникает вне циничного сознания. Ты был моим избранником не по воле разума, а по зову плоти.
Нам было хорошо вместе, и пока нам было хорошо, я не задумывалась ни о чем.
Но потом надрывно звонил телефон, разрывая ночь на "до" и "после", не оставляя мне выбора, швыряя в глубокий омут обмана и понимания ошибки. Ночь смотрела лукавым совиным глазом. Равнодушное небо в белой раме окна. Боль.
И на острие боли пришли мысли вперемешку с горьким кофе и солеными слезами. Зачем они пришли? Чтобы отдать последние почести умирающим чувствам? Кто их звал? Почему они возникли в горячке моего воспаленного воображения, одев соболезнующую маску смирения:
Обжигающий глоток и пронзительно-острая вспышка догадки: цель их прихода - сравнение. Сравнение благости чувственного безмыслия с покоем осмысленного бесчувствия. Что лучше? Что легче? И неужели нет компромисса между ними?
Я смыкаю ресницы, пряча за веками свою грешную сущность. Я вдруг поняла, что компромисса не бывает. Мечтая об одном, по воле контролирующего рассудка мы делаем друге, а когда осознаем ошибку, приходят мысли. Их рождает наш мозг, как антитела, как иммунитет к возможности новых ошибок.
Но за дрожащими ресницами воскресают чувства, и ползет по моей щеке непрошеная слеза, сметая все барьеры, выстроенные суровым разумом. Я не хочу мыслить, я хочу чувствовать, как голуби...
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
