 |
| |
| | Я засунул руки в ее трусики и решительно опустил вниз. Эмма не сопротивлялась. Она знала, что ее мечта удовлетворена. Она потянула мои плавки вниз и мы голые и счастливые побежали в воду. Я обнял ее и вошел в нее спереди. Потом мы погрузились в воду по горло, что бы с берега не было видно наших забав. Через пять минут я кончил. | | |
| |
|
| |
| | Она завыла, судорожно и с силой вгоняя меня в себя - толчок за толчком. Мы кончили одновременно. Мокрая от пота, тяжело дыша, она рухнула на меня, тоже вспотевшего и с наслаждением извивающегося в крепких, неумолимых цепях. Такого оргазма я не испытывал вместе с женщиной никогда. На минуту я даже забыл, где нахожусь и как меня зовут. | | |
| |
|
| |
| | Петька потянулся своими губами навстречу губам своей сестры и слился с ней страстным поцелуем. Его рука всё наращивая темп ласкала клитор, а рука сестры легла на член брата (я не успел заметить, когда тот разделся - не на него я смотрел всё-таки) . Не прошло и минуты, а брат уже припал губами к киске своей сестры и вовсю шевелил в ней языком. Оля невероятно красиво (но, к сожалению, беззвучно) раскрывала от удовольствия ротик и закидывала назад головку. А потом настала её очередь удовлетворять своего братца - она обхватила рукой его член и погрузила его в свой ротик. Через буквально минуту Петька вырвался из ротика своей сестрёнки и: оросил её всю своей спермой! Я смотрел, и не верил своим глазам. Вот так вот внешность может быть обманчива - до чего же невинно и ангельски выглядит сестра Петьки и до какой степени извращёнными вещами она занимается! А Петька тоже хорошо - сам трахает свою сестрёнку, а потом отбивает у меня подружек! | | |
| |
|
| |
| | Я не просила этой любви, я вообще не просила никакой любви. И его любовь я старалась не замечать. В конце концов, как можно заметить то, чего не было, и, скорее всего никогда не будет? Но чем больше я ничего не видела, тем сложнее было ничего не видеть, пока в один из дней я не поняла, что дышать больше без него не могу, и, скорее всего уже не буду. Вот тут то и начался кошмар - губы, которые до этого использовались только для разговора, начали искать его губы, а тело жаждать его ласки. Он же, как непревзойденный змий-искуситель, поддерживая разгорающуюся страсть, искал параллельно пути к отступлению. Добившись своего - нет не банального секса, но чувственности и желания, испугался за свое доброе имя и не найдя способа лучше - отдалился. Я же, не заметив перемены, по прежнему льнула к тому, чей образ стал для меня подобен ангелу и богу, и чьи ласки возносили на пик блаженства. Возможно ль, содрогаться всем телом от одной мысли о поцелуе и желать объятии так, что сердце забывая биться, замирало. Каждую ночь, каждую проклятую ночь, я надеялась, нет, я искренне верила, что он не лжет, что он любит. Я жила только его словами о безграничной любви и истинной преданности. Но в тот миг, когда я поверила и сдалась, когда раскрыла губы навстречу его ищущим губам - я проиграла. И дело не в том, что, добиваясь цели, мужчина ищет новую цель, а лишь в том, что, достигнув ее, он боится ее последствии и, поджав хвост, возвращается в конуру, которую сам себе отвел. | | |
| |
|
Рассказ №0933
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 07/05/2002
Прочитано раз: 23960 (за неделю: 10)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я не желала, прижимаясь к тебе, задумываться "а подходим ли мы друг другу?" - я хотела любить! Я выбрала тебя, повинуясь тому неведомому влечению, которое возникает вне циничного сознания. Ты был моим избранником не по воле разума, а по зову плоти...."
Страницы: [ 1 ]
Горький кофе, соленые слезы и липкой патокой приставучие мысли. Как прервать их нескончаемый поток? Как спрятаться в скорлупу тупого бездумного существования? Забыть, не думать, не мечтать, не путаться в смутных догадках. Исчезнуть как вид, как Homosapiens. Я не хочу мыслить!
Ведь, живут же рядышком голуби. Они прилетают на покатый карниз с облупившейся краской, клюют хлебные крошки и воркуют. Никаких мыслей о нереализованности, невостребованности и общественной полезности. Сизые кавалеры не вызывают у своих подружек сомнений в их привлекательности, не мучаются проблемами разнообразия в семейной жизни. Птицы просто вместе, они парят в синеве, высиживают птенцов и учат их летать, повинуясь инстинкту и закону природы, который не регламентирует любовь, а превозносит чувства, как основную движущую силу жизни.
А мы? Мыслящие! Что делаем мы?
Мы, многомудрые, придумали себе такое множество правил и условностей, что уже сами точно не помним их значение. С какой легкостью мы отказываемся от собственных, таких прочных, убеждений. Сомневаемся, мучаемся, коротаем лунные ночи, изнемогая от своих и чужих мыслей. Я не хочу!
Я не хотела терзать свой неокрепший мозг вопросом "Зачем я живу?" - я хотела жить!
Я не желала, прижимаясь к тебе, задумываться "а подходим ли мы друг другу?" - я хотела любить! Я выбрала тебя, повинуясь тому неведомому влечению, которое возникает вне циничного сознания. Ты был моим избранником не по воле разума, а по зову плоти.
Нам было хорошо вместе, и пока нам было хорошо, я не задумывалась ни о чем.
Но потом надрывно звонил телефон, разрывая ночь на "до" и "после", не оставляя мне выбора, швыряя в глубокий омут обмана и понимания ошибки. Ночь смотрела лукавым совиным глазом. Равнодушное небо в белой раме окна. Боль.
И на острие боли пришли мысли вперемешку с горьким кофе и солеными слезами. Зачем они пришли? Чтобы отдать последние почести умирающим чувствам? Кто их звал? Почему они возникли в горячке моего воспаленного воображения, одев соболезнующую маску смирения:
Обжигающий глоток и пронзительно-острая вспышка догадки: цель их прихода - сравнение. Сравнение благости чувственного безмыслия с покоем осмысленного бесчувствия. Что лучше? Что легче? И неужели нет компромисса между ними?
Я смыкаю ресницы, пряча за веками свою грешную сущность. Я вдруг поняла, что компромисса не бывает. Мечтая об одном, по воле контролирующего рассудка мы делаем друге, а когда осознаем ошибку, приходят мысли. Их рождает наш мозг, как антитела, как иммунитет к возможности новых ошибок.
Но за дрожащими ресницами воскресают чувства, и ползет по моей щеке непрошеная слеза, сметая все барьеры, выстроенные суровым разумом. Я не хочу мыслить, я хочу чувствовать, как голуби...
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
