 |
| |
| | Эротично поблескивая латексом своих костюмов, девушки стояли напротив Джека, глядя то на него, то на аппарат его жизнеобеспечения и обменивались лукавыми взглядами, слегка повиливая бедрами в такт музыки. Парню очень хотелось отметь одну из них, а то и сразу обоих. Джек прислушался к их щебетанию "Наш мальчик еще не достаточно нас хочет! По моему он вчера переел бабушкиных блинчиков".- сказала одна. "Хи-Хи" - прочирикала другая. Дэвидсону и правда захотелось в туалет. И тут, трубка вставленная в его задний проход завибрировала, появилось чувство что его все нутро сейчас затянет в эту трубку ("О ужас! они загнали мне хрень по самые кишки"- только и успел подумать Джек) но тут все закончилось и в туалет расхотелось. | | |
| |
|
| |
| | - Оооооо! - застонала она от удовольствия. Я не был профессиональным массажистом, но массаж делать любил и умел. И я не понаслышке знал, какой кайф может приносить разминание затекших мышц. Сначала, конечно, приходит боль, но это здравая, приятная боль. А потом боль уходит, постепенно переплавляясь в спокойное тепло. Я тщательно разминал юной гимнастке всю спину, а она чуть ли не мурлыкала под моими руками. Однако не все коту Масленица, через некоторое время я закончил. | | |
| |
|
| |
| | Постепенно я приблизил к ней свое лицо вплотную. От нее дурманяще пахло как тогда от руки мамы, когда я насосал ей груди. Мне захотелось ее попробовать. Было немного страшно, а вдруг тете это не понравится. Но я вспомнил как тетя Тамара лизала маме писю и маме это очень нравилось. Я вынул палец из писи, уперся руками в основание этих крacивыx ног, приблизил свое лицо вплотную к этому зовущему рту, coвepшeннo одурел от чудного запаха, исходящего из этого рта и... лизнул. Женщина вздрогнула, я лизнул еще, потом еще. На языке оказался солоноватый, но приятный привкус. Я прижался своим маленьким ртом к этому большому рту и стал лизать так, как лизала тетя Тамара моей маме. У меня кружилась голова от восторга. Вдруг под скатерть опустились тетины руки. Они легли сверху моих рук и раздвинули губы своего рта. Боже, какая прелестная картина открылась мне! Губы рта растворились как створки и открыли нежно-розовую раковину с уходящей во внутрь глубиной. Глубина манила. Розовая раковина блестела от дурманяще пахнущего сока. Я потянулся губами к этой прелестной раковине и впился в нее поцелуем. Я всем лицом прижался к раковине и лизал ее, лизал, лизал, пока женщина не задергалась и не вылила мне в рот возникший из глубины чуть горьковатый сок. У меня кружилась голова, я чувствовал себя как одурманенным. Я неистово стал совать свой язык в тaинствeннyю глубину, стараясь проникнуть как можно глубже. Я двигал языком вверх-вниз до тех пор, пока он у меня не онемел. Я опустился на попу и лег отдыхать. Надо мной были ноги. Мужские в брюках и женские с задранными подолами юбок. А где Анька? Я поднял голову и увидел, что Анка устроилась между ног в брюках и своими маленькими ручонками дрочит здоровый хуй, торчащий из брюк. Я встал на четвереньки и пополз к ним. Анька, закусив нижнюю губу, двумя руками дергала кожу здорового члена ввepx-вниз. Головка была синяя и блестела от натянутой кожицы. Посередине головки был маленький ротик. Все было как у меня, только больше и толстое. Анька, пыхтя, глянула на меня и кивнула на свою игрушку. Я приблизил лицо к члену и с удивлением отметил, что он ничем не пах. Мне захотелось лизнуть и его. Я встал на коленки рядом с Анькой, потянулся лицом к члену, зажатому в Анькиных руках, высунул язык и лизнул головку. Ничего! Я лизнул еще. Анька наклонила член чуть вниз и сунула мне его прямо в oткрытый рот. Головка вошла в рот только наполовину. Я стал ее сосать, стараясь проникнуть кончиком языка в отверстие. Я сосaл, а Анька дрочила. Вскоре член задepгaлcя, вырвался у меня изо рта и из его отверстия сверкнула струя белой жидкости, пролетев рядом с моей щекой. Потом еще, еще. Мы испугались. Анька отпрянула руками от члена и поползла между ног в обратную сторону, я бросился за ней. Мы выскочили из-под стола за спинами сидящих и бросились наутек в сад. Там мы зaбpaлись в кусты и отдышались. | | |
| |
|
| |
| | Мы перешли в соседнюю комнату. Маша лежала на кровати широко раскинув ноги и без тени смущения долбила свою бритую письку здоровенным искусственным членом. Камера была на расстоянии не более полуметра от ее сочащегося влагалища. Оператор подсказывал ей как лучше прогнуться, когда побольше вытащить, повращать и т.д. Мы втроем встали сзади и наслаждались этим зрелищем. Маша тем самым стала помогать себе второй рукой, засунув два пальчика себе в анус. Вскоре она стала метаться на постели и бурно кончать. Она вытащила член из влагалища, которое тихо пульсировало. | | |
| |
|
Рассказ №0933
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 07/05/2002
Прочитано раз: 24006 (за неделю: 8)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я не желала, прижимаясь к тебе, задумываться "а подходим ли мы друг другу?" - я хотела любить! Я выбрала тебя, повинуясь тому неведомому влечению, которое возникает вне циничного сознания. Ты был моим избранником не по воле разума, а по зову плоти...."
Страницы: [ 1 ]
Горький кофе, соленые слезы и липкой патокой приставучие мысли. Как прервать их нескончаемый поток? Как спрятаться в скорлупу тупого бездумного существования? Забыть, не думать, не мечтать, не путаться в смутных догадках. Исчезнуть как вид, как Homosapiens. Я не хочу мыслить!
Ведь, живут же рядышком голуби. Они прилетают на покатый карниз с облупившейся краской, клюют хлебные крошки и воркуют. Никаких мыслей о нереализованности, невостребованности и общественной полезности. Сизые кавалеры не вызывают у своих подружек сомнений в их привлекательности, не мучаются проблемами разнообразия в семейной жизни. Птицы просто вместе, они парят в синеве, высиживают птенцов и учат их летать, повинуясь инстинкту и закону природы, который не регламентирует любовь, а превозносит чувства, как основную движущую силу жизни.
А мы? Мыслящие! Что делаем мы?
Мы, многомудрые, придумали себе такое множество правил и условностей, что уже сами точно не помним их значение. С какой легкостью мы отказываемся от собственных, таких прочных, убеждений. Сомневаемся, мучаемся, коротаем лунные ночи, изнемогая от своих и чужих мыслей. Я не хочу!
Я не хотела терзать свой неокрепший мозг вопросом "Зачем я живу?" - я хотела жить!
Я не желала, прижимаясь к тебе, задумываться "а подходим ли мы друг другу?" - я хотела любить! Я выбрала тебя, повинуясь тому неведомому влечению, которое возникает вне циничного сознания. Ты был моим избранником не по воле разума, а по зову плоти.
Нам было хорошо вместе, и пока нам было хорошо, я не задумывалась ни о чем.
Но потом надрывно звонил телефон, разрывая ночь на "до" и "после", не оставляя мне выбора, швыряя в глубокий омут обмана и понимания ошибки. Ночь смотрела лукавым совиным глазом. Равнодушное небо в белой раме окна. Боль.
И на острие боли пришли мысли вперемешку с горьким кофе и солеными слезами. Зачем они пришли? Чтобы отдать последние почести умирающим чувствам? Кто их звал? Почему они возникли в горячке моего воспаленного воображения, одев соболезнующую маску смирения:
Обжигающий глоток и пронзительно-острая вспышка догадки: цель их прихода - сравнение. Сравнение благости чувственного безмыслия с покоем осмысленного бесчувствия. Что лучше? Что легче? И неужели нет компромисса между ними?
Я смыкаю ресницы, пряча за веками свою грешную сущность. Я вдруг поняла, что компромисса не бывает. Мечтая об одном, по воле контролирующего рассудка мы делаем друге, а когда осознаем ошибку, приходят мысли. Их рождает наш мозг, как антитела, как иммунитет к возможности новых ошибок.
Но за дрожащими ресницами воскресают чувства, и ползет по моей щеке непрошеная слеза, сметая все барьеры, выстроенные суровым разумом. Я не хочу мыслить, я хочу чувствовать, как голуби...
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
