 |
| |
| | Потом так же несколько раз потянул за кончики внутренних губок, слегка проглядывающих между внешними, как бы пытаясь раскрыть их. И уже в мокрые губы стал часто-часто втягивать и выпускать кончик клитора. Она затихла, даже дышала тихо-тихо, боясь пошевелиться. Он повернул голову, прижался губами к её наружным губкам и, открыв свой рот, раздвинул их и запустил язык в тёплую, уже влажную вульву. Несколько минут он обрабатывал её языком, губами, втягивал, всасывал все её губочки-складочки, вставлял язык в дырочку, руками то растягивал, то сжимал её бутончик. Она уже сочилась, он лёг на бок, взял в руку свой уже каменный член и стал водить им между её губками, дразня по очереди то клитор, то дырочку. Наконец, она взмолилась: | | |
| |
|
| |
| | Долго трудиться мне не пришлось: потоки спермы полились на стонущие тела словно водопад. Семь выстрелов заставили меня семь раз содрогнуться и семь раз взвизгивали девушки, ощущая лобками, как на их кучерявых волосиках выпадает крупными каплями роса тягучего белого вещества... | | |
| |
|
| |
| | Член проталкивался внутрь раздвигая, словно разлепляя, её мокрую горячую пиздёнку - Таня встретила это долгим неровным выдохом, словно беззвучно застонала, и начала сама насаживаться на ствол. Я согнул одну ногу в колене и поставил её вертикально, сделав какое-то подобие шатра из простыни, чтобы проходящие мимо люди не могли заметить, как она ебёт себя моим членом. Она делала это медленно и вкусно, просунула руку себе между ног то хватая меня за яйца, то просовывая пальцы себе внутрь вместе с членом. Когда она полностью снималась с меня, её ладонь проводила по моему стволу и сразу снова направляла его внутрь. Я осторожно приподнялся на локте, чтобы увидеть её лицо. Она лежала прикрыв глаза и прикусив нижнюю губу, от неё просто веяло жаром, а когда я просунул ей руку под футболку и легонько прищемил сосок, она не выдержала и еле слышно застонала. Я понял, что сейчас не выдержу. Лихорадочно сдёрнул руку с её сиськи, ухватил себя снизу за яйца и потянул вниз - обычно это помогало мне отсрочить оргазм. Обычно. Но тут начала кончать она, прерывисто дыша, плотно стиснув бёдра, втягивая живот, она просто выдавливала из меня сперму своей горячей пиздой. Я попытался отстраниться, но она плотнее прижалась бёдрами так, что я уже не мог отодвигаться от неё, не рискуя грохнуться с полки. Я спускал ей внутрь, ещё сильнее и обильнее чем в первый раз, когда она мне сосала. | | |
| |
|
| |
| | Именно это ты и хотел узнать, верно? Но это еще не все. Я спустила ночнушку, и накрылась покрывалом, и заснула. Когда я проснулась, было утро и мама была на работе. Я начала вставать с кровати, а потом не встала. Я снова трогала себя. Или, возможно, мистер Тромблей снова трогал Беверли. Неожиданно она стала такой влажной, такой дрожащей, абсолютно неконтролируемой. Я стояла у кровати, смотря на них, смотря, как пенис мистера Тромблей увеличивается, смотря, как он полностью засунул его в ее маленькое отверстие. Она закричала, когда это произошло, и я снова кончила. Это было просто, и я задрожала. | | |
| |
|
Рассказ №0962
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 13/03/2023
Прочитано раз: 28132 (за неделю: 1)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Было это зимой аж в 72м году, в Новосибирске. У меня тогда была подруга - ласточка-косулечка, замечательная во всех отношениях - ладненькая, ласковая, уютная и женственная на редкость, а главное - заводилась даже от долгого взгляда.
..."
Страницы: [ 1 ]
Было это зимой аж в 72м году, в Новосибирске. У меня тогда была подруга - ласточка-косулечка, замечательная во всех отношениях - ладненькая, ласковая, уютная и женственная на редкость, а главное - заводилась даже от долгого взгляда.
Как-то мы с ней нагостились и вышли на площадку остальных поджидать. Я её в уголок притиснул - и давай целовать. Молодой был да пьяный, увлёкся маленько, пару раз по шейке прошёлся, вдруг она меня отпихнула и шепчет:
- Ну как я теперь мокрая на мороз пойду?
А дубец-то на дворе был изрядный и ехать черте куда. До остановки мы добежали, а там я сел в сугроб - лавочка-то холоднее - просунул подол её шубы между ног и спереди завернул конвертиком, как младенцу, чтобы прикрыть её женские дела, посадил на колени, обнял полушубком и прижал поплотнее. Она мне - руки за пазуху, нос - в воротник и притихла. А у меня были толстые меховые рукавицы, так я одну подмышкой нагрел. Когда троллейбус подкатил, я эту рукавичку сунул ей между ног:
- Держи!
Ехали так же в обнимку, она пригрелась, но чего-то всё молчала, а когда зашли домой, набросилась на меня с кулаками да зло так дубасит и плачет, едва унял.
- Ты чего?
- А ты думаешь, легко было твою варежку держать? Она же, как рука! А ты меня ещё и покачивал.
Вот и пойми этих баб, когда хорошо им, а когда не очень.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
