 |
| |
| | Орудиями наказания обычно являлись ремень или брезентовый собачий поводок. Сек он меня обычно в два-три приема, по 10-15 ударов за раз с перерывом в 5-10 минут, чтобы я успел прочувствовать и полностью переварить боль. После экзекуции все ягодицы и спина до самой шеи была покрыта кровоподтеками. И так продолжалось несколько лет. Я уже притерпелся к постоянным экзекуциям, и принимал их как должное. Но вот мне исполнилось 15 лет. Родители купили дом в деревне и мы с братом были "командированы" туда наводить порядок. Все было нормально, пока я не познакомился с местными ребятами. Всю ночь мы гуляли, не обошлось и без браги, было очень весело. Когда я явился домой было уже 4 часа утра. Брат не ругался, не кричал, а только сказал чтобы я готовился к завтрашнему возмездию. С утра брат пошел на рыбалку, а когда он вернулся я понял, что сегодня вечером меня ожидает необычная порка. С рыбалки он принес с собой 30-40 аккуратно срезаных ивовых прутьев около метра длинной. | | |
| |
|
| |
| | Он гладил её по спинке, не в силах сдерживать яркий белый свет, когда она повернулась и посмотрела. На её личике застыло удивление и непонимание, всё сразу. Но застыло лишь на мгновение, а затем растаяло в милой, такой знакомой улыбке: До боли знакомой улыбке: Знакомой до скрежета в зубах. | | |
| |
|
| |
| | Закончив с постелями, узбечка коротко сказала что-то близняшкам, и одна из них сняла под платьем штаны, а другая - наоборот, стянула платье, оставшись в легких шароварах. Девчонки собрались уж было залезать на верхнюю полку, но мать остановила их гортанным выкриком. Девчонка в штанах попробовала что-то пискнуть в ответ, но узбечка резко крикнула: "Жок!" и даже кулаком по матрасу стукнула. Потупив глаза и покраснев сквозь смуглую кожу, девчонки не посмели далее перечить матери и скинули последнюю одежонку - никаких трусиков под штанами у них не оказалось. Лишь тогда, смешно оттопыривая попки, они полезли на свою полку. На их смуглых телах тоже не оказалось никаких полосок загара от трусов. Хотя их кожа была не такой тёмной, как у брата, но всё же показалась мне загорелой. Не негры же они в конце концов! Вот и у их матери тело было значительно светлее. | | |
| |
|
| |
| | Дима водрузился надо мною и я с удовольствием приняла в свой ротик привычный мне "перчик". Возбуждение захлестнуло меня, когда я почувствовала прикосновение "чужого" члена к моей раскрытой щелке. Я сразу ощутила разницу в размерах и мне потребовалось некоторое время привыкнуть. Леонид вел себя очень аккуратно - не спешил и проникал постепенно. Двое мужчин одновременно работали надо мной!!! Казалось, я потеряла чувство реальности, была в плену наслаждения. Почувствовав, что Дима как-то неловко замер и захотел высвободиться, я обхватила его, стала удерживать. Он не сопротивлялся, но и не двигался, моя ладонь стала спускаться по его попке и вдруг: Странно, но от осознания того, что рука нашего гостя что-то делает на заднице моего мужа, почувствовала наступления мощнейшего оргазма, почти сразу мой рот наполнился спермой, а внутри двигался готовый разорвать меня член. Кайф!!! Силы полностью меня покинули, когда оба обмякших члена оставили меня в покое. | | |
| |
|
Рассказ №0962
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 13/03/2023
Прочитано раз: 28096 (за неделю: 14)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Было это зимой аж в 72м году, в Новосибирске. У меня тогда была подруга - ласточка-косулечка, замечательная во всех отношениях - ладненькая, ласковая, уютная и женственная на редкость, а главное - заводилась даже от долгого взгляда.
..."
Страницы: [ 1 ]
Было это зимой аж в 72м году, в Новосибирске. У меня тогда была подруга - ласточка-косулечка, замечательная во всех отношениях - ладненькая, ласковая, уютная и женственная на редкость, а главное - заводилась даже от долгого взгляда.
Как-то мы с ней нагостились и вышли на площадку остальных поджидать. Я её в уголок притиснул - и давай целовать. Молодой был да пьяный, увлёкся маленько, пару раз по шейке прошёлся, вдруг она меня отпихнула и шепчет:
- Ну как я теперь мокрая на мороз пойду?
А дубец-то на дворе был изрядный и ехать черте куда. До остановки мы добежали, а там я сел в сугроб - лавочка-то холоднее - просунул подол её шубы между ног и спереди завернул конвертиком, как младенцу, чтобы прикрыть её женские дела, посадил на колени, обнял полушубком и прижал поплотнее. Она мне - руки за пазуху, нос - в воротник и притихла. А у меня были толстые меховые рукавицы, так я одну подмышкой нагрел. Когда троллейбус подкатил, я эту рукавичку сунул ей между ног:
- Держи!
Ехали так же в обнимку, она пригрелась, но чего-то всё молчала, а когда зашли домой, набросилась на меня с кулаками да зло так дубасит и плачет, едва унял.
- Ты чего?
- А ты думаешь, легко было твою варежку держать? Она же, как рука! А ты меня ещё и покачивал.
Вот и пойми этих баб, когда хорошо им, а когда не очень.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
