 |
| |
| | Она стянула с меня брюки вместе с плавками. Член стоял памятником, бордовая от напряжения головка смотрела в потолок. Я был вынужден продолжить и снять туфли и брюки. Ирина наклонилась, подрагивая аппетитной попкой и ловко обернула простыню поверх груди. Кое-как завернувшись тоже, я прошел за девушкой в следующую комнату. Лариса сидела между двух мужчин, завернутая как Ирина в простыню. Алексей обнимал ее за плечи. Рука Георгия, или Геры, как он просил себя называть, лежала на покрытом тканью бедре моей жены. В небольшом помещении напротив друг против друга стояло два кожаных дивана, между которыми едва умещался передвижной столик, заставленный мартини, коньяком и большим графином со знакомой настойкой. А как же контракт? - подумал я, утопая в объятиях дивана. Ирина села рядом, тесно прижавшись горячим бедром. | | |
| |
|
| |
| | Учитывая нестандартность ситуации, я не придумал ничего лучше, чем отвести девушку в гостиницу, где сам остановился. По дороге я обдумывал все возможные варианты: сообщить в полицию, подробно расспросить негритянку о той лаборатории, откуда она была похищена, дать объявление о найденной девушке в СМИ: Последнее вызывало лишь усмешку даже у той версии меня, которая тупо шла по улице по мокрому, местами раскрошившемуся от времени асфальту, бездумно передвигая ноги и обнимая за хрупкие плечи чернокожую девушку. Босоногую, одетую лишь в мой плащ, рукава которого свисали с ее плеч, словно с не подходящей вешалки. | | |
| |
|
| |
| | Сама процедура постановки клизмы никак не вязалась с ангельским обликом мальчика. Он был такой хорошенький и чистенький, что его никак нельзя было представить в такой грубой ситуации, да еще проводимой без всякого стеснения и целомудренности. Это несоответствие и заставляло бабушку искать более гуманные методы, чем вливание в попу большого количества воды. Мать делала свое дело буднично, не очень сосредотачиваясь на происходящем. Всовывая в дергающегося ребенка наконечник, она говорила ему дежурные ободряющие слова, хотя совсем ему не сочуствовала, и была противницей всяких бабушкиных рассусоливаний. | | |
| |
|
| |
| | Каково же было удивление Фаили, когда открывая дверь в их квартирку она услышала чьи-то сладостные стоны. она подумала, не начала ли её мама в припадке религиозного экстаза заниматься самоистязанием. Но войдя в комнату, она увидела, что её мама лежит на диване с широко расставленными ногами и яростно трёт себя между ног, что им в монастыре делать строжайше запрещалось. телевизор был включен впервые за всю жизнь Фали и шла по нему такая мерзость, что она даже не могла описать... Отворачиваясь от этого мерзкого зрелища, Фаиля боком пробралась к телевизору и выключила его наощупь. | | |
| |
|
Рассказ №10078
|
