Рассказ №1013 (страница 2)

     Оператор, начав терять терпение, попытался взять Эйрока за ошейник, который почему-то еще был на нем. Краем глаза увидя его и то, что он собирался сделать, я развернулся к нему и сказал: *Нет. Не смей. Даже не думай об этом. Это мой пес, я люблю его так, как ты и тебе подобные и подумать не могут. Он не сделал ничего такого, чтобы совершить над ним то, что ты собираешься.* Он открыл было рот, но я оборвал его. * Я знаю, что сказал судья, я был при этом. Но судья не был при нападении на мой дом. Он не видел, что случилось на самом деле. Я - видел, и знаю, что пес не заслужил такого. Я отведу его в камеру, но только когда попрощаюсь с ним. Ты сделаешь свое дело, но лишь когда я скажу тебе. Или мне выпустить его в этой комнатушке?* Ему не очень-то понравилось все это, но он согласился, хоть и со злобой.
     Последние, драгоценные секунды с Эйроком я провел, тихо разговаривая с ним. Эти слова были только для него, потому что это были последние слова. Я не смогу повторить их ни вам, ни любому другому живому существу на земле. Это был мой прощальный подарок ему, он должен был взять его с собой. Лишь самые последние слова я могу повторить сейчас:
     *Я не могу уйти с тобой... всегда помни меня, все, что было у нас, и знай, что я всегда буду любить тебя...*
     Я охватил его голову руками и поцеловал его на прощание в лоб, куда так часто целовал его раньше. В последний раз я зарылся лицом в его шерсть... затем подхватил его и посадил в газовую камеру. Конечно, он попытался вырваться, и мне пришлось силой удерживать его, пока оператор не захлопнул дверь, чуть не сломав мне руку.
     Заперев дверь, оператор прошел к пульту и включил газовую камеру.
     Я пошел к стеклянной стене камеры, и оператор потребовал, чтобы я держался подальше. Я не послушал его, встав на колени перед стеклом. Если бы он попытался остановить меня, я готов был изувечить его... но, странно, он больше не вмешивался. Стоя на коленях перед камерой, я осознал, что единственное предназначение цианида - сделать невозможным усвоение кислорода живыми существами. Я смотрел, как мой любимый Эйрок задыхался и умирал медленной, ужасной и мучительной смертью.
     Когда Эйрок умер и камеру проветрили, оператор подошел ко мне и ткнул меня ногой. *Топай. Мне надо готовить эту штуку для следующего раза.* Я не двигался. Я не мог. Тот, кого я любил больше самой жизни, лежал там, внутри, мертвый. Наконец оператор подхватил меня под руки и оттащил от камеры. Открыв дверь, он схватил Эйрока за переднюю и заднюю лапы и буквально швырнул его через всю комнату в дальний угол. *Можешь делать с этим все, что хочешь,* сказал он, начиная очищать камеру.
     Каким-то образом мне удалось дойти туда, где упал Эйрок, и подобрать его еще теплое тело. Ничего не видя перед собой, я выбрался из этого места чудовищных зверств и кое-как нашел свою машину. Осторожно положив Эйрока на заднее сиденье, я закрыл дверь и упал за руль. Не помню, как я ехал назад. Просто вдруг я оказался дома.
     Я знал, что вскоре мне придется похоронить Эйрока, иначе тело его начнет разлагаться. Его любимое место во дворе было прямо напротив окна, у которого стоял мой стол. Он часто грелся там на солнышке, наблюдая через окно, как я работаю. Там я и похоронил его.
     Отправившись в магазин цветов, я купил красивый розовый куст сорта *Снежное Пламя*. Вернувшись домой, я посадил его так, чтобы корни достигли тела Эйрока. Каждый год я вижу облако роз с белыми у основания и алыми выше лепестками. Этот куст вырос уже до двенадцати футов в поперечнике, и я ухаживаю за ним с той же любовью и преданностью, как когда-то за Эйроком, потому что это все, что я смог дать ему...
     Что еще сказать? Те из вас, кто знает меня, знают и то, что незадолго до того, как Эйрок погиб, я был в небольшом городке близ канадской границы. Там я встретил и полюбил Сару, волчицу, а точнее, помесь собаки и волка. Ее отец когда-то принадлежал мне, но пропал до того, как она родилась. Ее мать принадлежит моему другу из этого городка. Именно Сара помогла мне выбраться из глубокой и темной пропасти, в которой я погибал, и за это я вечно буду любить ее.
     -----------------------------
     Эйрок, где бы ты ни был сейчас, я знаю, что это место намного лучше того, что ты покинул. В мыслях я вижу тебя свободно бегущим через широкие поля пьянящей весенней травы, играющим среди многих подобных тебе. Там нет боли и страданий, лишь радость и счастье. И в один счастливый день я встречусь с тобой, и мы снова обнимемся, чтобы никогда уже не расстаться. А до тех пор я отпускаю тебя и отпускаю с тобой всю мою любовь - навечно.
     Твой Человек
     Джон
     *
     P.S. Сегодня, 19 июля 1997 года, случилось то, о чем я хочу рассказать тебе, потому что это связано с последними днями твоей земной жизни.
     Этим утром я прочел в газете, что кто-то вломился в дом нашего друга Джерри, живущего по соседству. Джерри - любимый Человек твоего собрата, могучего добермана. Твой собрат перервал преступнику глотку прямо посреди кухни Джерри и не выпустил его из дома. Преступник умер там же в кухне. Посмотрев на его фотографию, я узнал того самого человека, который пытался проникнуть в наш дом три года назад. Твой собрат был оправдан и освобожден от ответственности, так как было ясно, что преступник вторгся в чужой дом.
     Я хотел передать тебе это, чтобы ты знал - твоя смерть отомщена. Ты наконец свободен.
     Перевод: Muzzle (muzzler@hotmail.com)


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать также: