 |
 |
 |  | Гости разошлись и мы остались одни. Мама пошла спать в свою комнату. Я лег в другой спальне. Спустя пару часов я проснулся от сильного сексуального желания. Я пошел в мамину комнату. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Это жесть, но длится всего минуту! А кто-то доплачивает еще такую же сумму - и включается вентилятор!! Вот тогда наступает реальная жесть и ты рискуешь обморозиться: Но, нам разрешается намазать тебя мазью всю, хорошим слоем... И тебе в таком жестком случае с водой и ветром и запредельно низкой температурой, просто тебе будет очень-очень-очень холодно, с тебя будет сыпаться замерзающий лед на пол: Но ты не обмораживаешься, и остаешься с деньгами! ... Сама понимаешь, что если тебе: вдруг: захочется: удвоить сумму: то ты можешь выставить на лот эротическое шоу: Это оплачивается по двойному тарифу... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | В этот момент я поняла, что сегодня сделаю то, что мне даже не снилось - пересплю не с двумя, а с тремя парнями. Максим и Стас все поняли без моих слов - руки Макса уже задрали мою юбку и гладили попку, жакет с помощью Стаса упал на пол, а блузка была расстегнута и его руки нежно гладили мою грудь. Я тоже не оставалась в долгу, расстегнула им ширинки, залезла в трусы и достала их члены - это были две огромные дубины. Мы давно уже остановились. Максим стоял нагнувшись и целовал мои сиськи, стянул вниз лифчик и сосал мои соски, сзади Стас сел на корточки и язычком уже теребил мой клитор. Так долго продолжаться не могло и меня сотряс первый оргазм от которого мои ноги подкосились и я чуть не упала, но мужские руки меня поддержали и я опустилась на колени. Перед моим лицом оказались два огромных члена (сантиметров 20 точно в длину и 5 в диаметре) , твердые и упругие как камень, с багровыми головками и бугристыми стволами, яички у обоих были выбриты. В этот момент я почувствовала себя самой настоящей шлюхой, а незамужней порядочной женщиной, которая может спокойно стоять на коленях посередине комнаты с задранной юбкой (которая уже превратилась в пояс на талии) без трусиков в телесных чулка с подвязками, в бежевых туфельках на шпильке, с расстегнутой блузкой из-под которой торчат груди с возбужденными сосками. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Перестали стесняться "документальных свидетельств" своего отдыха, так что помимо видов набережной и местных считанных достопримечательностей я увезла на карточке фотоаппарата сотни других фото, например бытовые снимки нашей комнаты и её неодетых обитателей. Олеся умудрилась пару раз щёлкнуть меня то в раздевалке, то в душе, а сама, на некоторых фотографиях с набережной и других улочек, со смеющимся лицом задирает юбку так, что "видны трусы" (их отсутствие) . Плюс ещё некоторое количество "непреднамеренно неприличных" фотографий (например, та, где я сижу на диванчике в чайхане, обхватив колени и уложив на них подбородок - при том, что из одежды на мне был только короткий сарафан, и я уже успела сбрить все волосы между ног) . |  |  |
| |
|
Рассказ №10215
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 20/01/2009
Прочитано раз: 35826 (за неделю: 8)
Рейтинг: 79% (за неделю: 0%)
Цитата: "- Девятнадцать, двадцать, всё, наказание завершено. Потерпи, я обработаю твою попу специальным гелем, следов не останется, боль пройдёт через два-три дня. - Выдавив на пальцы немного геля из тюбика, женщина втёрла препарат в повреждённые участки ягодиц. Отвязав Машу, Валерия Николаевна с лёгкостью вернула кресло на прежнее место...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Такой засады Маша от родителей не ожидала, совсем не ожидала! До сегодняшнего случая, так с ней не поступали никогда, за все прожитые ей 16 с половиной лет. Если бы она знала, чем закончится для неё эта суббота, не за что бы не согласилась на просьбу родителей задержаться дома.
Открыв по звонку дверь, Маша увидела не свою подружку, Светку, которая должна была подойти, а незнакомую, взрослую тётку.
- Вы, простите, к кому? - Поинтересовалась Мария, не совсем вежливо поинтересовалась, тётка ей определённо не понравилась.
- Мне назначено, - важным тоном сообщила неприятная дама, - Ерохины здесь проживают?
- Да, это наша квартира, - растерянно, аура тётки как-то сковала Машу.
- Ты, я так полагаю, Мария? Пригласи родителей.
- Па... , Ма, к вам пришли.
Отец, выйдя из комнаты, увидев в дверях женщину, сразу посерьёзнел, подтянулся. Маша не обратила на эту мелочь внимания, а следовало бы, отец был по натуре человек мягкий, и подобное выражение лица ему было не свойственно. Не став держать гостью в дверях, отец предложил ей зайти, принял чёрный, пластиковый тубус, в каких носят всякие бумаги-чертежи и пальто. Раздевшись, дама не показалась Маше меньше, наоборот, деловой брючный костюм, строгая причёска, очки в тонкой оправе и плотная фигура бывшей спортсменки создавали весьма значительное впечатление.
- Вы не предупреждали Марию о моём визите? - Спросила тётка, отец смутился ещё больше.
- Да, нет, не успел, - пробормотал Машин отец.
- Вы не передумали? - мужчина качнул головой, давая понять о неизменности своего решения, женщина кивнула в ответ, - а ваша супруга?
- опять утвердительный кивок.
- Тогда, приступим, пожалуй. Ситуация, как я поняла с ваших слов, запущенна и не терпит промедления.
- Эээ... я не пойму, а что случилось то? - встревоженная, не на шутку (до неё толькотначало доходить странность происходящего), девочка
переводила взгляд то на отца, то снова на строгую даму, - я не поняла?
- Помолчи, - одёрнула её женщина, - сейчас всё поймёшь, и даже прочувствуешь, обещаю. Улыбка, которой дама подкрепила свои слова, бросила Машу в дрожь, в ней было 101% уверенности в себе.
Взяв под локоток ошарашенную таким заявлением, девочку, женщина направилась в комнату. При предварительной встрече с родителями Марии, детали предстоящей встречи были оговорены и согласованы. Дело предстояло, мягко скажем, щепетильное, мама и папа Маши долго не могли решиться на это, пока на одном из "родительских" и-нэт форумов им не порекомендовали обратиться к специалисту и даже дали е-mail. После того, как Маше стукнуло пятнадцать, девочка, пользуясь мягкостью и нерешительностью своих родителей, совсем отбилась от рук.
Ненасильственные методы и попытки повлиять "по-хорошему" успехов не принесли. Решение воспользоваться услугами профессионального дисциплинатора далось им нелегко, обнаруженные у девочки в кармане таблетки не оставили родителям выбора. - Жена попросила разрешения не участвовать, - виновато произнёс отец, она пока сходит к подруге, у них возникли дела.
- Я не против, так, пожалуй, будет даже лучше. Мы с Марией пообщаемся сами, - согласилась дама, - так сказать, "тет-а-тет".
- Комната в вашем распоряжении, Валерия Николаевна, - если что, я на кухне. Развернувшись на 180 градусов, отец покинул комнату, оставив дочь в распоряжении женщины.
Дама, которую, как поняла Маша, звали, Валерия Николаевна, придирчиво осмотрела обстановку комнаты, потом перевела свой взор на девочку.
- М... да, начнём. Как меня зовут, ты уже знаешь, значит, представляться мне нет нужды. Я дисциплинатор, меня пригласили твои родители, для проведения сеанса общения с трудным подростком - с тобой, с последующим наказанием, которое тебе назначили родители за твои проступки.
- Какое наказание? - Девочка встала, - да я вообще щяс вам такой скандал закачу, вы тут охренеете все.
- Сидеть, - властный голос дисциплинаторши ударил как бичом, - закрой рот, и делай, что велят. И не зли меня, будет только хуже. Научись отвечать за свои поступки. Жаль, что ты не у меня в офисе, ну да ладно, - женщина оглянулась, - вот, это вполне подойдёт, - сказала Валерия Николаевна, выдвигая мягкое, невысокое кресло на середину комнаты. Маша заметила лёгкость, с которой женщина передвинула тяжёлую на её взгляд, мебелину, силёнки этой тётке было явно не занимать.
- Сейчас ты будешь выполнять все мои распоряжении, быстро, и без пререканий, неповиновения я не потерплю. - Стань сюда, - Валерия Николаевна подвела Машу к креслу со стороны спинки, - наклонись, руки сюда, вниз. Маша неохотно, слабо понимая, что и зачем делает, наклонилась. Женщина быстро, с завидной сноровкой связала ей руки плотной полосой эластичного бинта, привязав их к ножкам кресла, тем самым перегнув Машу через спинку кресла сзади.
- Сейчас ноги зафиксируем, - проговорила Валерия Андреевна, привязывая щиколотки девочки к задним ножкам кресла, - и можно начинать.
- Что начинать, что вы вообще со мной делаете. Я сейчас закричу! - Маша почти плакала.
- Обязательно закричишь, и не раз, - обнадёжили девочку. Родители поручили мне наказать тебя, высечь.
- Неет... Вы врёте! - полный сюрреализм ситуации оглушил девочку.
- Сейчас сама всё узнаешь, ты себя просто невозможно вела в последнее время, пользуясь мягкостью папы и мамы. Я помогу твоим родителям, я в этом специалист, поверь. Валерия Николаевна стянула спортивные домашние штанишки вместе с трусиками с Машиной попы, похлопала по сочным, розовым ягодицам девочки, - попка, я смотрю, ни разу не поротоя - исправим.
Женщина щёлкнув пультом, включила стоящий в комнате телевизор, выбрала музыкальный канал, добавила звук. "Кричать бесполезно, подумала девочка, никто меня не услышит".
В чорном тубусе оказались длинные прутья, розги. Вытянув одну из них, дисциплинаторша резко секанула ей по воздуху. Сняла жакет, оставшись в белой рубашке, подошла к зафиксированной жертве, погладив прутом по попке.
- Запомни этот момент, Мария, у тебя начинается новый этап, раз... - прут со свистом рассёк воздух, впился в Машину попу. Поначалу девочка ничего не поняла, а потом пришла жгучая боль, по попе полыхнуло огнём.
- Два, три, - хлёсткие удары падали на попку, девочка задёргалась, выступили слёзы.
- Перестаньте, вы за это ответите! Я в милицию сообщу! - женщина никак не отреагировала на угрозу, методично продолжая наказание.
- Осталось ещё семнадцать ударов, четыре, пять... Но, я могу добавить, добавить?
- Не надо, - Маше совсем не хотелось испытывать свою попку на прочность, она и так, вся горела огнём.
На десятом ударе Валерия Николаевна сделала перерыв, перейдя на другую сторону.
- Простите меня, не надо больше, - попросила девочка, - я не выдержу.
- Выдержишь, двадцать, это немного. Вот недавно я секла одну из жен, богатого, восточного коммерсанта, вот там было немало, три по двадцать.
Девочку пришлось увозить, а тебе что, пару дней попка поболит, и всё, зато сразу послушной девочкой станешь.
За разговорами дисциплинаторша не забывала своё дело, розга раз за разом, размеренно ложилась на попку Марии, заставляя жертву стонать и всхлипывать.
- Девятнадцать, двадцать, всё, наказание завершено. Потерпи, я обработаю твою попу специальным гелем, следов не останется, боль пройдёт через два-три дня. - Выдавив на пальцы немного геля из тюбика, женщина втёрла препарат в повреждённые участки ягодиц. Отвязав Машу, Валерия Николаевна с лёгкостью вернула кресло на прежнее место.
- Минутку внимания, - обратилась она к девочке, - Ты, я надеюсь, поняла, что теперь за плохое поведение придётся отвечать?
- Да, - прошептала Маша, - попа горела, что делало слова этой жестокой женщины очень понятными.
- А теперь, в ванную, и отдыхать. За завтра всё утихнет, и к понедельнику ты сможешь сидеть.
Девочка кое-как натянула трусики, затем штанишки и осторожно, стараясь беречь выпоротую попку, прошла в ванную. Дама уложила свои принадлежности, и тоже направилась к выходу, её работа завершена.
- Как она? - В прихожей ждал отец девочки.
- Отлично, мне кажется, мои услуги вам потребуются ещё очень нескоро, - ответила женщина. Следов и повреждений на коже не останется, не волнуйтесь. Будет нужда в моих услугах, привозите дочь ко мне, в офис, в экстренных случаях, вызывайте на дом. - Отец промолчал.
- До свиданья, - Валерия Николаевна протянула мужчине руку.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|