 |
| |
| | Я начал уделять больше внимания старшей Аленке, к которой я питал гораздо больше симпатий, оставив брюнетку наблюдать за нами. Я быстренько освободил предмет моего вожделения от джинсов и маечки, оставив только "детские" белые трусики на ее великолепном теле. Я покрывал ее поцелуями. Меня доводил до одурения ее запах, когда я нежно касался ее кожи, она пахла женщиной, моей первой женщиной. Стянув последний миллиметр ее трусиков, я почувствовал ее смущение, она невольно прикрыла свою промежность рукой и сказала, что-то вроде не надо, у меня есть парень и всякого. Меня это нисколько не смутило, как и то что вторая подружка уже успела обидеться и уйти. Я быстренько разделся и принялся за то, что раньше представлял себе только по порнофильмам. Искусство ублажения женщины языком мне было особо не знакомо, но в голову ничего кроме этого не приходило. Алена сначала пыталась относительно активно воспротивиться моим действиям, сжимая ноги и притягивая меня к своей груди, но я был непреклонен. Ее киска, поросшая мягкими длинными волосами похоже еще не знала мужских ласк и бритья. Она стала чрезвычайно влажной, одновременно послышались стоны удовольствия и пожелания прекратить все это, с типично женской фразой, "не надо, а тоя сейчас соглашусь". Еще бы. Я полез рукой по кровать и достал пачку клубнично Кама-Сутры (были такие резинки лет пять назад). Облачившись в скафандр я приступил к открытию новой галактики. Сейчас я понимаю, что действовал жестковато, но тогдашнее мое понимание о девственницах было скудным. Ей было больно, мне вообщем-то никак. Сказывалось выпитое. Я оказался достаточно крепким забивалой, но потом мне все это надоело, так что в первый раз ни я ни она не кончили. Это стало нашей маленькой тайной. Она оделась и я пошел провожать ее домой не помня себя от счастья. Закрыв за собой калитку, она повернулась ко мне и мы принялись иступленно целоваться через штакетины. Наверное с этого момента я влюбился в нее. Это меня и погубило, я стал сразу робким инерешительным, боясь отказа и чего-то еще более страшного. На следующий день она собралась в Москву и уехала вечером. Был небольшой прощальный поцелуй и все закончилось, как и начиналось. С этого момента мы виделись еще пару раз, но без особого успеха для меня. Потом отношения заглохли. И на Аленок мне больше особо не везло. | | |
| |
|
| |
| | Его сперма - результат безумного желания, результат истинной любви его тела к моему телу, его горячего члена к моему язычку и губкам. Пальчиками свободной руки я стала массировать его анальное отверстие. Мой пальчик чуть-чуть входил в его анальную дырочку, чувствуя, как его обнимают упругие мышцы его заднепроходного отверстия. Мне захотелось войти туда язычком, но я удержалась. Для первого раза это было бы слишком. Вскоре я совсем отпустила пальцы с основания его члена и Санина сперма, сильными прерывистыми фантанчиками, стала наполнять мой рот. "Как же ее много" , - подумала я. У моего Максика и четверти не бывает. Наконец потоки закончились. Я, продолжая высасывать сперму, большим пальцем руки начала аккуратно выдавливать остатки спермы по мочеиспускательному каналу от основания члена к месту выхода в мой ротик. Несколько капель мне еще удалось выдавить. | | |
| |
|
| |
| | Весь вечер я не находил себе места. Стоило закрыть глаза, и я видел, как головка чужого члена раздвигает половые губы моей супруги и проникает в её лоно, как кто-то другой наваливается на неё сверху и трахает, а она извивается под ним, стоная и крича от наслаждения, наконец, как липкие сгустки чьей-то чужой спермы, появляясь из её влагалища, стекают вниз по бедрам. Мне слышались её сладостные стоны, охи и ахи. Грудь сдавливало от ревности, сердце щемило, и временами было трудно дышать. | | |
| |
|
| |
| | Вероника, тяжело дыша сдавленной своей от ужаса и страха дрожащей, как и все ее голое тело поной в ткущей по ней крови грудью. Поползла спиной по спаленной стене. По цветным красивым в ее спальне обоям. И к выходу из своей ночной спальни. Осторожно стараясь покинуть, свою, заполненную уже спальню большими страшными и живыми пауками. Эти твари преследовали ее. Они ее не желали отпускать и хотели ее. Отбрасывая в падающем лунном через окно свете громадные скользящие по стенам и потолку черные живые тени, они поползли вниз с ее постели и в ее сторону. | | |
| |
|
Рассказ №10290
|
