 |
 |
 |  | Он остался ночевать у меня. Такое тоже бывало. Я на кровати, он на кушетке напротив. Разговаривали, зашла речь о сексе, я плавно так перешел, говорю, а тебе минет делали когда-нибудь? Нет, говорит. Я молчу. Боюсь. И тут он сам, кто бы мне сделал минетик. Я аж подпрыгнул, хочешь, говорю, я тебе сделаю? А ты этого хочешь, спрашивает? Да, хочу. Ну, давай. Я спрыгнул с кровати, подошел к нему, сдернул одеяло. Темно, не видно ничего. Сел на корточки, руками начал шарить там, где у него должны быть трусы. Нашел, а он уже стоит! Как же это делается? Оттянул трусики, вытащил член. О, боже, я держу его член в руке! Неужели это случилось! Погладил, попробовал оголить головку, не получилось, то ли волновался, то ли опыта нет. А он руки положил под голову и лежит на спине, не помогает. Ну и ладно, так возьму. Зажмурился и взял головку в рот. Ой, горько почему-то. Что это такое у него горькое. Начал лизать. Потом стал больше в рот забирать, ничего, приятно, мягкий такой, податливый, я думал, он будет, как палка, а он во рту, как мягкая разваренная сарделька, стал сосать. Вроде получается. Он молчит. Но, чувствую, что приятно ему. Потому что подергивается. Тут говорит, ну ладно, хватит, лучше подрочи. Я вынул его член изо рта, взял его в руку и стал водить по нему небыстро, вверх-вниз, вверх-вниз. Недолго, около минуты. Ну, ладно, говорит, хватит. Ну, хватит, так хватит. Я, расстроенный, пошел к себе на кровать. Ну, как, говорю, понравилось? Да, говорит, спасибо. А чего ты до конца мне позволил, спрашиваю? А ты этого хочешь? Да, хочу. Ну, если хочешь, иди. И я, окрыленный, опять побежал к нему, откинул одеяло, взял его член в рот, и стал сосать уже уверенней. Вниз-вверх, вниз-вверх. Вниз побольше, ой, блин, слишком глубоко, в горло уперся, сразу рвотный рефлекс, а жаль, хочется побольше взять. Так минуты две я сосал, потом чувствую, он напрягся и вдруг он начал пульсировать у меня во рту, раз, два, три, четыре, пять потом меньше. Чувствую, вроде что-то мне в рот пролилось. Он говорит, ну, все, хватит. Я выпустил изо рта, что, говорю, все? И тут у меня изо рта полилась тягучая жидкость. Блядь, он же кончил мне в рот! А я даже не понял сначала. Иди, говорит, рот прополощи. Да ладно, говорю, и так нормально. Открываю окно и пытаюсь выплюнуть. Не получается. Ну и ладно. Тогда наоборот, пытаюсь проглотить все, что он мне слил. Потихоньку глотаю. Не сказать, что мед, но не противно. Так, тягучка какая-то, может потому, что это его сперма? ЕГО? Поэтому и не противно совсем? Я счастлив! Он дал мне в рот! Значит, может и дальше дело пойдет! Спрашиваю, а как ты относишься к голубым? Нормально, говорит, у каждого свой путь, каждый сам выбирает. Но я никогда не смогу спать с парнями. Не прельщают меня мужские задницы. Блядь, все, пиздец. Тонкий намек, что больше быть ничего не может. А я тебя люблю, ты знаешь? Догадался, говорит. Извини, Димочка, я тебя тоже люблю как друга, но не смогу тебе дать большего. То, что я разрешил тебе сделать мне минет, ничего не значит. Мне просто было интересно, как это бывает. Но больше это не повторится. Давай останемся друзьями. Да, говорю, конечно, как скажешь, Сережа. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | - Кто у нас какает после термометра, как грудной? - ласково спросила я красного от стыда мальчишку, - Может и сейчас уложить тебя на пеленальный стол с градусником в попе? Похоже понравилось делать все на лёжа, как трехмесячному. И какать, и писять. Ни одна детская процедура не обходится без фонтанчика между ножек. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Повезло. Мне не пришлось его тащить на кровать, помогать найти дырочку, и под ним извиваться. Хоть и готова была и на это! Он сам меня обнял, прижал и стал толкать к кровати. Упали так, что его хуй тут же уперся в меня. Мне стоило чуть крутнуть тазом (бля, ну а как написать иначе? Звучит по-дурацки... Ну не пиздой же?) как он провалился в меня! По ощущениям, я вся была там! И не помню, целовал он или говорил что... Я прижалась бедрами, обхватила руками его зад и выла под его ударами. Он ебал меня с какой-то злостью! А потом меня накрыло! Очень быстро! И я просто лежала, раскинув ноги и руки... Как-то вернулась в реальность и обнаружила, что меня все еще ебут, а я царапаю его и все повторяю "можно, все можно... " |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Наконец жена резко вскрикнула и кончила. Анус довольно сильно, рывками сжимал мой член. Мои пальцы во влагалище также сжимало довольно сильно. Когда волна оргазма спала, жена вообще обессилила и повалилась грудью на сено. Уложив ее поудобнее на сено, я подложил под ее бедра сложенное валиком покрывало и продолжил движения. Теперь при каждом толчке мой член глубоко входил в анус. Член раздулся и стал как каменный. Сделав еще несколько толчков, я с силой вогнал член на полную длину и стал кончать. Я думал, что сперма никогда не кончится, как ее было много. Закончив изливаться, я осторожно извлек член из задницы жены и повалился рядом на сено. |  |  |
| |
|
Рассказ №10512
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Суббота, 25/04/2009
Прочитано раз: 32000 (за неделю: 3)
Рейтинг: 84% (за неделю: 0%)
Цитата: "Боря нежно гладил женщину по щеке, успокаивая и утешая, при этом аккуратно пропихивая латексного монстра все глубже и глубже в горло. Ириша давилась и кашляла, ее мучили рвотные позывы, из глаз ручьем текли слезы. Она хрипела и взглядом умоляла мучителя остановиться. Но тот знал свое дело добрэ, и не обращал никакого внимания на ее жалкие попытки... ...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
На сцене творились полный разброд и шатание. Зюганов разом потерял всю солидность, он трясся как осиновый лист, шамкал своей лошадиной челюстью и непрерывно потирал потные ладони. Он него сильно запахло какой-то козлищей. Боря Моисеев мгновенно ожил и преобразился до неузнаваемости. Он дрожал и пританцовывал на месте, бесстыже массируя свое хозяйство, его губы кривились и дергались, глазенки поблескивали, анус сжимался в сладострастных спазмах.
Хакамада немного пришла в себя от позора и боли, и вдруг сообразила, что ее обнаженный фак сейчас транслируется на всю страну, а возможно уже и на Европу. Нет, надо с этим что-то делать!
- Да что же это???!!!
Она стала бешено извиваться и рваться из грубых рук охальника. И ей это почти удалось. Женщина развернулась лицом к врагу, и смело глянула в его заплывшие от похоти зенки.
- ПОДОНОК!!!
Она в ярости укусила Жирика в руку, и тот отпустил наконец ее прическу.
- Я на тебя в суд подам!
Она дернулась вбок и попыталась уйти. Но не тут-то было! Подонок цепко держал ее за юбку
- Куда ты, сучка?! Я еще не закончил... .
Жирик зарычал и набросился на женщину, облапив ее всю, с ног до головы. Затем дал подножку и почти профессионально рухнул вместе с ней на пол. Он навалился на нее, придавив к полу и стал жадно лапать в самых потаенных местах. Он стиснул ногами распластанную леди и прижался пахом, застонав от кайфа. Его жадная рука впилась в мягкие ягодицы, ногти вонзились в кожу, вызвав у Ириши непроизвольный стон. Ка-а-аф, вот это кайф!!! Другой рукой он бешено рвал ее блузку, добираясь до титек. Вдруг кто-то робко и вместе с тем настойчиво затеребил его за плечо. Раздался вкрадчивый шепоток Моисеева:
- Простите, а можно, я... поучаствую?
Жирик с трудом оторвался от жертвы и недоуменно глянул на "танцора".
- Тебе-то чего надо? Ты вроде не в теме!
Тот обиженно поджал губки.
- Ну знаете... секс - это высокое искусство! Интеллигентный человек всегда найдет свою нишу...
Жирик подозрительно нахмурился.
- Ну смотри... не дай бог что! Я тебя убью, понял, мерзавец?
- Я все понял. Не беспокойся, противный!
- Ну тогда держи ее за ноги, а я раздевать буду.
- Легко! ...
Жирик опрокинул Иришу на живот и натужно приподнялся. Хакамада сразу же начала извиваться и звать на помощь осипшим от стресса голосом. Но никому в студии это уже было неинтересно. Зрители с нетерпеньем ждали развязки.
- Держи за ноги эту сучку.
- Угум...
Боря скорчил уморительную гримаску и ухватил женщину за лодыжки. Затем развел их широко в стороны и стал любоваться изысканным зрелищем подстриженной мохнатки.
- Шарма-ан, о шарма-а-а-ан...
Пока его напарник срывал с жертвы все лишнее и отвешивал пощечины за непристойную ругань, Боря развил кипучую деятельность. Великолепная попка осталась в его полном распоряжении, и он не преминул воспользоваться предоставленным шансом. Он медленно наполз на предмет искушения и с придыханием прижался лицом. Боже, какой шарман! Он начал нежно ласкать женские ягодицы, раздвигая их все шире и шире. Он залезал носом все глубже, постанывая от избытка чувств. Само влагалище его мало интересовало, а вот попа-а-а... Одному черту известно, что этот педик представлял в ту минуту. Может, Орландо Блума? Или Саню Валуева? В его руках появился огромный латексный фаллос. Боря всегда носил его с собой, на всякий случай. Он жеманно поцеловал орудие любви в розовый кончик и вдоволь послюнявил. Затем мягко раздвинул нежные холмики и обнажил розовую звездочку ануса. Надавил рядом большими пальцами. Звездочка раскрылась в изящную черную дырку. Боря тихо ахнул и ввел туда средний палец. Ириша дернулась, спереди раздалось какое-то унылое мычание. Женщина пыталась возмутиться. Но ее рот в это время уже был безнадежно занят. Жирик успел полностью заголить красавицу и теперь усиленно засовывал ей в горло свое орудие, проверяя глубину российской демократии.
- Шарман, шарман, - шептал Боря как заведенный. Он несколько раз медленно прогнал свой пальчик по женскому анусу, наслаждаясь упругостью сфинктера. Затем с легким хлопочком вытащил палец, сунул его в рот, оттопырив пухлые губенки. Эт-то что-то! Он потерся щечкой об своего многолетнего товарища и спутника. Боже, какой полет! Боря шумно выдохнул и припал губами к заветной дырочке, несколько раз лизнул и крепко засосал. Затем стал медленно вводить фаллос в анал. Его сотрясала сладкая дрожь, руки тряслись, из глаз потекли слезы счастья. Как же хорошо-то! Огромный латексный орган с кучей изгибов и прожилок медленно входил в отверстие, раздвигая женский сфинктер до пределов, отпущенных природой. Глубже, глубже! Боря почувствовал, как женщина вздрогнула, ощутив инородное вторжение. Раздался протяжный стон. - О-о-о-о-ох-х-х... . . Боря замер, сжав ноги и прижавшись членом к голому бедру. Еще, еще, вот так, вот та-а-а-ак... . Раздался грозный окрик Жириновского:
- Эй, ты там поосторожней! Она мне чуть член не откусила!
- Прошу прощения... . я буду нежен...
Он продолжил пердолить Иришу, но с максимальной осторожностью. Вперед-назад, вперед-назад! Периодически Боря вынимал фаллос из анала и жадно заглатывал его по самые гланды. Он кусал латексное чудо и упивался от восторга при виде раззявленной дырищи. Это просто праздник какой-то... .
- Так, все, свободен! Пусти к кормушке натурала!
Жириновский грубо ухватил танцора за шиворот и потащил с тела прочь. Он уже заставил Иришу отработать по полной в орале и теперь хотел заняться "классикой".
- Пожалста, путь свободен...
Боря поднялся, с сожалением посмотрев на умело обработанную попку. Разве этот хам умеет обращаться с интеллигентной женщиной? Разве ему знакомо понятие эстетики и деликата? Что он может ей дать? Эх, всю жизнь приходится подчиняться грубой силе...
Хакамада лежала распластанная на животе аки лягушка и больше не сопротивлялась. Силы покинули несчастную женщину, она больше не верила в помощь и не хотела бороться. Ей уже было все равно.
Жирик жадно смотрел на тело вечной противницы и оппонентки. Вот так они все! Столько понтов, выпендрежу... А как отдрючишь, так сразу и видно - обычная сучка, таких за сотню баксов в любом борделе навалом. Он уже совсем было собрался прилечь на тело, как вдруг заметил давно забытого Зюгана. Тот по-прежнему стоял в оцепенении, держа руку в кармане и растирая мужское достоинство. Он был весь покрыт потом, глаза выпучились и стали круглыми как у кошки. Жирик хитро усмехнулся.
- Что, дядя, присоединиться не хочешь?
- Да я... как-то... неудобно... - замялся коммуняка. - Может, Вы уж сами? А я посмотрю... .
- Да ладно тебе париться! Давай к нам! Заделаем эту сучку! Борька, скажи ему!
- Да-да, Геннадий Андреевич, присоединяйтесь! - Моисеев сложил руки на груди и умильно произнес. - Я давно хотел с вами познакомиться поближе.
- Да тьфу ты! - Зюган даже перекрестился. - Боже, спаси и сохрани... .
- Да нет, я не об этом. Давайте устроим праздник. Три в одном - это так пикантно... .
Жирик махнул рукой. - Давай, дядя, не стесняйся, тут все свои...
Лидер КПРФ последний раз задумался, затем вздохнул и согласился.
- Ну ладно, раз уж вы так просите. Но предупреждаю - вот этот танцор сзади меня появляться не должен! Это не обсуждается.
Жирик потер руки.
- Ну вот и отлично! Короче, диспозиция такова. Мы с Геной делаем коробочку, а ты, Борька, займись ейным хлебалом. Там много интересного увидишь. Поехали, пацаны!
Вот теперь началась настоящая потеха. Совместными усилиями мужики повернули женщину в нужную позицию, то бишь на бок. Ириша только постанывала, вяло прикрывая грудь, что всех очень веселило. Зюганов спустил штаны и, по старой совковой традиции, прилег спереди, оказавшись лицом к лицу с опущенной дамой. Та горестно посмотрела на него своими черными очами.
- Как же вам не стыдно, Геннадий Андреевич? Вот уж от Вас-то я этого никак не ожидала.
- Извини, Ирочка, бес попутал. Да я быстро, раз-раз и все! Мы, старики, уж надолго-то не способны.
- И все равно я не согласна!
- Терпи, товарищ! Ленин терпел и нам велел...
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
Читать также:»
»
»
»
|