 |
 |
 |  | Однажды в купе я ехал с одним парнем. Мы выпили. Познакомились. Его звали Данил. Он ехал домой на каникулы. Учился на первом курсе какого престижного вуза. Мы разговаривали о том о сем, о родных местах, о родственниках. Когда мы осилили вторую бутылку водки, он вспомнил, что у него есть фотоальбом, который тут же оказался у меня в руках. Сперва там были фотки его родителей, сестер и прочих родственников. Затем одноклассники, университетская жизнь, общага. И тут меня как молнией ударило - на одной из фоток он стоит на пляже в одних тоненьких плавках. Его фигуре позавидует иной артист, Данил стоял красуясь. Ладно. Я дальше фотки смотреть. Данил вышел из купе, пошел за чаем. Я уже альбом посмотрел, а парня нет. Ну да и бог с ним, подумал я. Начал укладываться спать. Конечно, во мне проснулась моя страсть к мужскому телу, особенно такому. Я было лег, но потом думаю дай пойду к проводнику за чаем. Я открыл дверь и ахнул. Проводник и Данил стоят в купе проводника и целуются. Увидев меня они отскочили друг от друга. Я возбудился, но вида не подал. Вышел из купе и побрел к себе. Сразу за мной забежал Данил. Ты, говорит, не думай ничего плохого, это, мол, не то, что я подумал. Просто, когда он наливал чай, у него с проводником завязалась беседа, почему-то переросшая в это. Он, мол, уже хотел уходить, когда я зашел. А меня обуревала страсть, когда он извиняясь рассказывал это. Я повернулся к нему лицом и взял его за плечи. В его глазах стояли слезы. Наверняка ему стыдно. Я притянул его к себе и мы поцеловались. Он обалдел. Хотел что-то сказать, но я показал ему указательным пальцем знак, молчи. Я расстегнул ему ширинку и вытащил его член. Начал его дрочить. Затем я буквально содрал с него одежду, обнимал его, целовал. Сперва он стоял как вкопанный, но потом тоже оживился. Начал меня раздевать. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Зоя хватает Любу за волосы и с силой вжимает её лицо себе в промежность. Люба дёрнулась назад, но Зоя держа волосы крепко, стала лупить её свободной рукой по спине. "Ты, сучка, у меня подёргаешься, узнаешь, как продукты воровать. Давай, давай, лучше языком работай. Что, не знаешь где лизать надо?". И новая серия ударов кулаком по спине. Люба всё поняла. В тишине было слышно как тяжело дышит Зоя, да как всхлипывает и чавкает Люба. Мой член был готов просто лопнуть от возбуждения. Зоя кончила глухо застонав. "Глотай, глотай. Умная девочка". Опять тишина. Зоя, откинувшись в кресле, отдыхает. Люба на коленях перед ней. "Ложись на диван на живот". Люба встаёт. Лицо, волосы, грудь-всё мокрое. Ложится на диван. Зоя, сверкая голой нижней частью тела, подходит к ней и начинает лупить ладонью любину попу. Смачно и звонко. Потом берёт свой тонкий ремень и продолжает порку. Люба от боли кусает диван, но крикнуть боится, только постанывает. Через пять минут любина попа стала лилового цвета. Новая команда: "Повернись на спину, раздвинь ноги и расслабься. И чтобы я слышала, как ты кончишь". Зоя начинает теребить клитор своёй рабыни. Минуты через три Люба застонала. "Громче", -рявкает Зоя. Стон громче. " Ну вот и всё, дорогая, надеюсь тебе понравилось. Одевайся, поедешь со мной". Сборы и умывания составили несколько минут. Свет погас, шаги стихли. Я тут же стал дрочить. За ночь дрочил раз пять, аж простата заныла. А Любу на работе Зоя восстановила, только частенько стала "подвозить" её на своём джипе до дома. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Да, у моей мамы маленькая грудь, но размер для меня не важен - я хочу её целовать, кусать её большие соски и облизывать коричневые ореолы... (откуда я знаю как выглядит её грудь? я часто вижу. моя мама дома носит свободные футболки и я специально за ней наблюдаю во время домашней уборки - она очень часто наклоняется или моет полы на четвереньках и её грудь прекрасно просматривается) . Вернёмся в наш офис, точнее в мамин уютный кабинет... . |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Затем она набрала в рот коньяк и, присев рядом на корточки, погрузила мой член к себе в рот. Я почувствовал, как защипало мой член, особенно в тех местах, которые я сегодня натер в душе, занимаясь онанизмом. Вскоре это прошло, и я ощутил своим членом приятные движения губ и языка Инны. Одноклассница облизывала мой член и яйца, сглатывая слюну и остатки коньяка, от которого она сильно захмелела. Ирина в это время уже сняла свои джинсы и сидела на диване в одних трусиках, наблюдая за нами. Одна ее рука была в трусиках, а вторая на соске груди. Сам не знаю почему, но у меня вдруг появилось желание пососать Иринину грудь. Я попросил девочку подняться и подойти поближе. Когда она приблизилась, я принялся целовать и обсасывать ее грудь, руками поглаживая ягодицы одноклассницы. Так мы простояли еще несколько минут, прежде чем я понял, что мне лучше прилечь. Когда я оказался в горизонтальном положении, обе девочки принялись поглаживать, массировать и целовать разные части моего тела. Я закрыл глаза и предался ощущениям. По груди шла череда поцелуев, крайняя плоть моего члена двигалась под действием вакуума, создаваемого теперь уже Ирининым ртом, в моем заднем проходе я почувствовал чей-то палец, продвигающийся все глубже вопреки препятствию моих мышц. Я почувствовал приближение оргазма, от которого задвигал тазом в такт с сосательными движениями Ирины. Еще через несколько минут параллельно с вырвавшимся у меня стоном блаженства струя спермы вылетела в глотку одноклассницы, от чего та чуть не поперхнулась. От неожиданности девочка начала сплевывать сперму мне на живот. Инна, смеясь, принялась размазывать ее по своему телу, а Ирина побежала в ванную комнату, чтобы сполоснуть рот. Мы не заметили, как прошло два часа. До начала школьных занятий оставалось совсем мало. Мы начали собираться, решив после школы пойти гулять в парк. Быстро приняв по очереди душ и перекусив бутербродами, мы были готовы к школе. Когда я принялся надевать брюки, Инна попросила меня пойти сегодня в шортах, которые с ее слов сильно возбуждают. Я последовал ее просьбе. Еще через пару минут мы втроем шли по направлению к школе. |  |  |
| |
|
Рассказ №1068
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 13/05/2002
Прочитано раз: 161361 (за неделю: 106)
Рейтинг: 83% (за неделю: 0%)
Цитата: "Потом ее отстегнули и заставили отсасывать у всех, кто-то трахал ее, кто-то тискал, грубо хватал, выворачивая кожу пальцами. Ее заставляли ползать на четвереньках по комнате, приносить бутылки. Потом надзиратели придумали следующее развлечение - проигравший подходил и бил Изауру по заднице сапогом. Изаура пролетала несколько метров под дружный гогот изуверов. Кто-то подходил, засовывал в нее свой член, двое так раздвинули ей ноги, что Изаура испугалась, что вывернется наизнанку. Она уже ничего не понимала, ее лицо и ноги были густо покрыты спермой, пылью, чьей-то кровью. Рабыня потеряла сознание, последние слова, которые она услышала сквозь туман - избавься от нее, нам не нужны ни свидетели, ни такие грубые девки...."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ]
В тот день господа уехали в город, в дом дона Авареса Стемтона. Стемтон получил должность главного судьи города и пригласил всех влиятельных лиц отметить это события. А молодой дон Альберто, разгульный молодой человек, не отличающийся ни порядочностью, ни воспитанностью, пользуясь отъездом родителей, сразу же позвал своего знакомого - Лусинаре, выпить пару бутылочек из отцовской коллекции. Лусинаре был старше дона Альберто, он был развязным гулякой, избалованным легкими деньгами, а по характеру - таким же необузданным и непредсказуемым.
- Альберто, черт тебя подери, я хочу шампанского и сигар. Да пусть эти чертовы нигеры уберут шампанское в ледник. А что это за смазливая девчонка - спросил Лусинаре, показывая на Изауру. Молодая девушка, воспитанница матери Альберто, случайно вышла из своей комнатки и, попавшись на глаза, спешила поскорее исчезнуть. "Какой молодой цветочек", потянулся к ней Лусинаре. Дружище, я хочу, чтобы эта куколка подавала нам шампанское обнаженной. Альберто растерялся, он боялся, что родители все узнают и накажут его. - Не надо, Лусинаре, сказал Альберто, оставь ее, она все разболтает моей мамочке. Лусинаре грубо схватил Изауру и притянул ее к себе. Альберто, что ты болтаешь, как ты распустил своих нигеров. Он задрал Изауре платье и пытался сунуть руку ей в трусики. Если эта сучка что-нибудь расскажет, позови меня, я запорю ее до полусмерти, а потом отвезу в свой собачник и брошу на усладу моим кобелям. Ты знаешь, Альберто, какая обо мне идет слава - я слов на ветер не бросаю. Лусинаре выпустил Изауру, взял бутылку виски и отхлебнул из горлышка. Потом, обернувшись к запуганной Изауре сказал, иди, сними все с себя и приведи себя в порядок. Сегодня я покажу, как надо обращаться с черными непослушными рабынями. Мы сегодня отлично повеселимся, Альберто.
Изаура в ужасе поняла, что единственный шанс спасти свою честь - это скрыться. Тихо пробравшись к черному выходу, девушка распахнула дверь, ведущую в сад, прокралась, прячась за деревья и что есть сил побежала к лесу. Она бежала уже третий час, растрепав и разорвав об ветки кустарника свое платье. Иногда она слышала звук машины. Рассвирепевший от непокорности и возникшего желания подчинить , сломить девушку, Лусинаре заставил пьяного Альберто догонять беглянку.
Машину пришлось оставить, так как мостик был слишком шатким. Изаура бросилась в чащу, и преследователи устремились за ней. Измотанная Изаура быстро остановилось. Сердце ее бешено колотилось от усталости и испуга. Лусинаре настиг ее и повалил своим весом. Он привстал, а Изаура осталась лежать на земле, белая от страха. Наломай прутьев, Альберто, я привяжу ее к поваленному дереву. Лусинаре сорвал с Изауры одежду и потащил к упавшему стволу. Сначала я поучу тебя хорошим манерам, а потом мы продолжим развлечение. Да, Альберто? Ведь ты теперь мой сообщник, друг. Помоги мне привязать ее, да сорви с нее платье, дай рабыне понять, что ты ее Господин. Обнаженная и униженная Изаура лежала животом на шершавом стволе, кора больно впилась в кожу. Ее руки и ноги, обхватившие дерево, были крепко связаны снизу веревками, принесенными Альберто из машины. Лусинаре размахнулся и сильно ударил свежими розгами по нежному девичьему заду. Изаура завопила от вспыхнувшей боли. Лусинаре бил ее еще и еще, пока Изаура не начала громко рыдать и молить о помощи. Запорю, стиснув зубы произнес Лусинаре. Изаура, чередуя мольбы и стоны начала упрашивать пощадить ее. Я сделаю все, все и никто не узнает от меня, что сегодня произошло в этом лесу.
Я рабыня, была ей и буду всегда. Я всегда буду выполнять все желания молодых господ.
Устав пороть, Лусинаре отбросил прутья, развязал Изауру и сказал. Ползи к нам и постарайся ублажить свои хозяев так, чтобы мы смилостивились к тебе. Изаура подползла, и начала целовать сапоги Альберто и Лусинаре. Она забыла свою прежнюю гордость и со старанием выполняла все, о чем ее просили молодые развратники, получавшие удовольствие от извращенного секса и наслаждавшиеся вечной беспомощностью девушки. Допив все спиртное, Лусинаре с Альберто усевшись в машину, поехали в усадьбу. Измученная, изнасилованная Изаура бежала следом, руки ее были привязаны автомобильным тросом к заднему борту автомобиля.
Для Изауры жизнь в господском доме совершенно изменилась. Альберто показал себя жестоким, властным и неуправляемым человеком. Свои прихоти он ставил превыше всего, не считаясь даже с родительским мнением. Госпожа Фернанда, мать Альберто, часто жаловалась на него Изауре. Но что могла сделать Изаура? Для нее самой наступили черные дни. Вернее ночи. Днем Альберто уезжал в город, гулял там по кабакам, проматывал деньги в кампании таких же молодых оболтусов, а поздно ночью приходил домой сильно пьяным и вызывал к себе в комнату Изауру. Для него она существовала только, как средство освободить свою похоть. Порою, он унижал Изауру в отместку к девицам, отказавшим ему в близости, или срывая свою злость, в ответ на полупьяные шуточки своих товарищей-собутыльников, чувствующих, что на самом деле, Альберто ничего из себя не представляет. Обычно Альберто грубо лапал Изауру, заставлял ее раздеваться. После этого он падал в постель, и Изаура должна была разувать его, раздевать, приносить в тазике теплую воду и обмывать половые органы Альберто. После этих "церемоний", Изаура брала член усыпающего Альберто в рот и согревала и облизывала головку языком, слегка массируя яички ладонями. Когда Альберто усыпал, Изаура уходила.
Но иногда Альберто долго не мог уснуть, тогда он заставлял Изауру читать ему на ночь журналы, стоя на коленях перед кроватью, или принимать разные бесстыдные позы, и находиться в них, раздражая руками клитор и раздвигая половые губы, чтобы Альберто было удобнее "изучать анатомию Изауры". Иногда Альберто приходил домой в ярости, тогда он просто избивал Изауру, или ремнем, или плеткой для рабов, а затем заковывал ее в колодки и держал так до утра. Он мог вылить горячий кофе ей на ноги, мог больно схватить за соски, заставить сесть на бутылку из-под шампанского. Мог прицепить металлические прищепки на ее половые губы и пристегнуть их к ошейнику любимой болонки матери. Пару раз Альберто приводил домой полупьяных девок с улицы и заставлял Изауру возбуждать их по-лесбийски. Однажды Альберто привезли домой пьяные дружки. В ту ночь Альберто отказался подмываться и заставил Изауру вылизывать и массировать ему анус. По запаху девушка догадалась, что Альберто вступил этим вечером в связь с мужчиной.
Утором Изауре надо было проснуться раньше всех в доме, одеться самой, убраться, а потом помочь одеться госпоже. К приходу кухарки, Изаура должна была вскипятить воду в кастрюлях. После завтрака госпожа отводила время Изауре для самостоятельных занятий по языкам, искусству, но только в эти минуты девушка, оказавшись одна в своей комнате, могла хоть чуть-чуть выспаться. Усталость и неопределенность - что будет этой ночью, придет ли Альберто домой, оставят ли ее в покое, или будут бить, заставят унижаться, а может просто придется выслушивать до зари пьяные самовлюбленные речи Альберто - все эти ожидания выбивали Изауру из ритма жизни воспитанной, образованной, молодой девушки. Она стала задумчива, учеба, конечно, не давалась ей так легко и с таким интересом, как раньше. Кухарка, гувернантки, хозяйственницы - все старались хоть как-то облегчить Изауре жизнь, не подавая вида, что они знают о происходящем по ночам в комнате Альберто.
Прислуга знала, в чем дело, все жалели Изауру, но боялись рассказать про поведение Альберто - все боялись мести непредсказуемого самодура, пропивающего последний разум, на папашины денежки. Да и кто поверит темнокожим женщинам, рабыням. Ведь семья Буаресов вырастила прекрасного ребенка, немного ошибающегося, но, в конце концов, обязательно он обязательно возьмется за ум и станет примерным семьянином, уважаемым политиком и оратором, и мудрым доном. А уж, каким чутким и экономным плантатором станет Альберто - мечтали его родители. Ведь, когда трезвый, как он заботится о прислуге, как бережно общается с родителями.
Наступило лето, и на фазенде Буаресов готовились к приезду детей. Племянник и две племянницы должны были погостить у них до начала нового учебного года - свежий воздух, прогулки на лошадях - это так полезно для детского здоровья. Да и позаниматься с детьми можно поручить Изауре - она научит их играть на фортепиано, читать французские журналы, рисовать и даст уроки хороших манер. Кроме того, дети смогут танцевать на веселых и красивых балах, часто устраиваемых соседями, немного подготовиться к поступлению в университет, а заодно и поучиться вести хозяйство на плантации.
Дон Альберто уехал в город, работать в конторе отца и Изаура с интересом взялась за воспитание детей, сбросив тяжелый камень с души. По традиции девочки и мальчики учились отдельно, поэтому Изаура утром ездила купаться вместе с детьми, а днем занималась с девочками танцами и давала уроки прекрасных манер, после обеда она занималась математикой с господским племянником - Хосе, 15-летним мальчишкой. Математика давалась мальчику не так легко, он не умел сосредотачиваться надолго, когда за окном стояла такая сумасшедшая погода, а рядом сидела привлекательная девушка, с нежными, ухоженными руками, мягкой кожей, цвета кофе и чудесным личиком. Изаура чувствовала, что близкое расстояние между учительницей и учеником отвлекает Хосе, заставляя его задумываться, погружаясь в подростковые эротические фантазии. Изауре приходилось напускать на себя вид излишне строгой, одергивать юношу, заставлять его переписывать задачи по несколько раз. Чтобы мальчик не засматривался на нее, Изаура сажала его лицом к стене и заставляла Хосе часто извиняться по всяким поводам. Для городского мальчика Изаура не была рабыней, он ставил ее на одну ступень со своей тетушкой - красивую, недоступную женщину, которой позволено учить его.
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|