 |
| |
| | Сосать Ташка не любила, но в этот момент она хотела этого, больше всего на свете. Девушка сползла вниз, стоя на коленях ласкала ртом, языком, губами, руками тело совершенно не знакомого мужчины, чувствовала приближение эякуляции, сама была на грани оргазма. Она любила это тело, готова на все, лишь бы доставить удовольствие. Пётр придержал голову девушки руками, а потом резко вошёл в неё, член взорвался потоками спермы почти в глотке, Ташка поперхнулась, на глазах выступили слёзы, но она не вырвалась, а с наслаждением глотала терпкое мужское семя. | | |
| |
|
| |
| | И, вновь проиграла Эльвира. Со вздохом: "Не везет в карты - повезет в любви!" , она, подняв ноги коленями к груди, сдернула с себя кружевные трусики и, забросив их на полку, осталась в костюме Евы. Она сидела у самого окна, и, весь ее низ был скрыт от меня столиком, мне почти ничего не было видно, и, я стал вновь сдавать карты. Эльвиру слегка развезло, и она вдруг заявила, что ей скучно с нами сидеть, она хочет полежать, а где дожидаться конца игры мы не договаривались, и полезла на верхнюю полку. Полезла она сначала на стол. Передо мной качнулись полушария ее полных грудей, затем показался клинышек черных волос, а когда она, забираясь на полку, забросила на нее сначала одну ногу, моему взору на секунду открылась вся ее промежность. Я почувствовал, как член топорщиться в плавках, и, постарался подвинуться ближе к окну, чтобы Валерия этого не заметила. Но она поняла и только вновь плотоядно ухмыльнулась. | | |
| |
|
| |
| | Любит Людка ловить на себе восторженные взгляды, говорит, что заводит. Так вот, есть у нас с ней такая игра: если едем в общественном транспорте, стараемся занимать места, которые друг напротив друга. Люся ставит на колени сумочку, слегка разводит ножки и мы через солнечные очки, наблюдаем за реакцией, мужского населения. Какая она, думаю объяснять не стоит: всегда прозрачные крошечные трусики, слегка прикрывающие упругую киску. | | |
| |
|
| |
| | Она отдалась ему на полу, куда был брошен спасательным кругом матрас. С видом таким - оказываю тебе, руський зольдат, гуманитарную помощь по сексуальной линии. Славный пушкарь был хорош со своим орудием и стрельбой из него. Она заснула прямо там же, на полу, без подушки, а очнулась под утро и снова в зоне боевых действий. Её нагло атаковали в задний проход. Лиманов был уверен, что в том настроении, пельмени под водку - масло брызгами на каленой сковороде, жене было - стучать по барабану - в какое место ей задвинули член. Не это её возмутило, два плюс два четыре - и оказался прав. Её возмутило-взмутило-взбаламутило, что был "не Саша", не Саша головкой лез, а другой. Её оскорбило, ноготь сломанный, что её натягивали без её-её разрешения. Случай такой вышел, ах, капуста мятая, слабость козлы почуяли - съели, изнасиловали. "А чего же ты, подруга, хотела? - Лиманов тер на подбородке ночную щетину. - Удивительно, что тебя не трахнули хором. С песнями. Наверное, офицеры эти были чересчур пьяные. Или поголовно верные семьянины". Вслух он, впрочем, не осудил. Рассказывая эту историю с возмущением, ещё похмельная, она, щеки красные, не совсем отдавала себе отчёт, насколько её история бесстыдна, нагла, что Лиманов должен её выкинуть вон, как рваные тапочки, как смятую туалетную бумагу, но она каким-то внутренним чутьём знала - не выкинет. Ещё и пожалеет - тело. Ещё и оттопырит. Она не ошиблась. Под её фарфором битым звенящие крики, что Лиманов должен нанять "бандитов" и "набить им морды", он наклонил её в позу. | | |
| |
|
Рассказ №10889
|
