 |
| |
| | Ее юбочка прикрывала нас так, что со стороны ничего, кроме ее ритмичных движений не было видно. Получая кайф, я одновременно наслаждался видами города с высоты птичьего полета, полностью отдав инициативу Наташке. Я по сути просто дал ей попользоваться своим членом в ее удовольствие, позволяя двигаться в ее собственном ритме. Только сейчас наша кабинка доехала до самой верхушки "Колеса обозрения". Доев мороженое, Вася спокойно приспустил шорты до колен и, пользуясь положением на самом верху аттракциона, где нас никто не видел, принялся быстро дрочить. В это время Наташкина киска начала ритмично сжимать мой член, свидетельствуя о посетившем ее оргазме. Кабинка неуклонно снижалась, а я так и не получил разрядки, что решила исправить подруга, встав на колени и погрузив мой член к себе в рот. | | |
| |
|
| |
| | "Эй, пацан, не бойся", - крикнул Олег. - "Мы не съедим тебя, если хочешь, можешь подойти и посмотреть на нас ближе". Олег сделал вид, что ему все равно, подойдет парень или нет. Он продолжил трахать меня. А между тем парень справился со своим нарядом и, не спеша, подошёл к нам. Он как будто подкрадывался. Видно не мог поверить, что все это правда, и мы не прогоним его. | | |
| |
|
| |
| | -Вообще я представляю как меня какой-нибудь высокий красивый мужчина, или мальчик, короче не важно, сначала целует в губы долго, долго, а потом медленно раздевает. Потом у него глаза на лоб лезут от того какая я красивая. Потом он берёт меня на руки и несёт в спальню. Там он кладёт меня на большу у ую белую кравать и ласкает руками и губами везде, везде как ты сегодня. И ещё... Как он целует мои сисички, мою... Попку... и... | | |
| |
|
| |
| | Вот Касым добрался до самой близкой и дорогой сердцу могилы. Эта было могила его жены со знакомыми до боли числами "1932 - 1987", с аккуратно покрашеным в зелёный цвет, цвет жизни, ограждением с узорами. Он сам его сделал, несмотря на то что никогда ранее до этого не сталкивался со сваркой, но тут вдруг научился и вложил в этот труд всю свою любовь и умение. Гранитный памятник правда немного покосился, потому что у него уже не было сил поставить его на место, строго перпендикулярно земле. А из треснутого стекла, прикрывающего пожелтевшую фотографию, смотрело на него знакомое и милое лицо и взглядом своим, своими фотографическими глазами, просило об одном, чтоб муженёк её повыдёргивал сор траву, полил цветы и дал ей что нибудь поесть. Касымбай знал об этом её желании, потому как сам приучил её к этому. Он достал из кармана два плесневелых и засохших пряника, один из которых был к тому же и надкусан. Когда-то ему дала их маленькая девочка, как раз на родительский день. Обычай такой, чтобы помнили и не забывали. Мать этой девочки сказала ей, указав на почиенного старца, что этот дедушка работает сторожем кладбище и часто убирает мусор возле её бабушки и возьми вот и отнеси ему гостинец. Девочка так и сделала, но не сдержалась и откусила немного, думая наверняка что никто этого не заметит. Её можно было понять. Работы в этих краях было мало. Один единственный карьер по добыче железной руды не мог удовлетворить все потребности населения и платили там меньше малого. В таких условиях народ мучался от постоянного безденежья. Касымбай попробовал размять их в руке, но без толку. То ли в руках его не осталось сил, то ли были они чересчур засохшими и он только убрал с них плесневелый налёт. Они весело, со стекляным визгом, опустились на колотую тарелку. А фотографические глаза жены продолжали умоляюще смотреть на него. Касым провёл рукой по очертаниям её лица сквозь стекло со слезами на глазах и словами: | | |
| |
|
Рассказ №10889
|
