 |
| |
| | Поцелуй был долгим. Наши языки боролись в тесном слиянии ртов. Руки Игнасии медленно бродили по моей спине. Я чувствовал, как с каждым толчком сердца моя взбудораженная кровь устремляется вниз в расширяющиеся сосуды моего фаллоса, заставляя его, толчками напрягаться и подниматься. Оторвавшись, наконец, от моих губ, Игнасия чуть отступила на шаг и взглянула на мой живот. Её глаза блеснули, она прошептала: "Благодарю тебя господь, ты внял моей мольбе. Позволь оросить мою ниву твоим благодатным дождём. | | |
| |
|
| |
| | Я обильно смочила пальцы слюной и смазала ею, всю борозду начиная от копчика и до разбухшей щелки. Затем еще раз смочив слюной пальцы я увлажни-ла ею его стручок и направила его прямо в отверстие между ягодицами. Он понял меня. В этот раз он осторожно входил в меня, я старалась расслабится как могла, не все удавалось, но я не вскрикнула ни разу пока он входил и пока он ловил свой ритм, а потом я почувствовала даже гордость, что смогла обуздать этого юного жеребца. | | |
| |
|
| |
| | Мы, в основном я, ведем разговор "около" , намеками и иносказаниями обсуждая вечную тему отношения полов. Ритка не пуританка, но и развязной ее не назовешь, разговор вертится на том, устоявшемся уровне, который устраивает обе стороны. Понятно и не обидно. В процессе работы, я наблюдаю, втихаря, то за ее грудью нечаянно блеснувшей соском в вырезе платья, при ее наклоне, то за мелькнувшей, в приседе, полоской трусов. Это возбуждает. Работа не кажется нудной и тяжелой. Время летит быстро. Мы занесли очищенную картошку в погреб и сидим на пустых ведрах, отдыхаем Я, с озиркой, курю чинарик "Махорочной" , а Ритка, чисто по-женски, тыльной стороной ладони убирая волосы с потного лица, искренне благодарит меня за помощь. | | |
| |
|
| |
| | Димка был сексуально озабоченным парнем. Всегда веселый и озорной он как манок привлекал Романа своей непосредственностью, тонким умом, будил в нем желания. Его красивый стройный член не знал усталости и всегда рвался в бой. Даже после трех-четырех оргазмов, когда все семя было вылито на ложе любви, Дима вновь принимался за свое, доводя и себя и Романа до сексуального исступления. Ромка был не так горяч, но брал качеством и нежностью. Немного сдержанный с хорошим чувством юмора Рома также бередил сердце своего друга. Спокойный и уверенный он внушал доверие. Их любовь крепла день ото дня, наливалась мужской силой. Какая то родственная сила их душ захватила и понесла вперед, сметая на пути остатки сомнений и нерешительности, все дальше и дальше вовлекая в мир мужских отношений... | | |
| |
|
Рассказ №10992
|
