 |
| |
| | Я не без труда сдернул с ее выдающейся (во всех смыслах) попки джинсы. Под ними оказались золотистые колготы и трусики. У Наташки уже конкретно сорвало башню, она прямо-таки сдирала с себя одежду, даже не представляю, как она потом объясняла порчу одежды и белья своей матери - но, видимо, как-то объяснила, брюнетистая стервочка. Мне страшно хотелось потискать ее влагалище, ее половые губки - как только я до них добрался, сжал с силой, а затем крепко, взасос, поцеловал. Наташка как бы сломалась пополам, согнулась в три погибели, ухватила меня ручками за шею и потащила вверх, к своему лицу. Одновременно она падала, падала на спину, на кучу брошенных на скамейки шуб и пальто, и тянула меня за собой. Я вошел в неё, вошёл сильно, она жестко закусила нижнюю губу, крепко прижимая меня к себе своими маленькими ладошками. Высокие сапожки-коньки всё ещё оставались на её ногах, и сейчас стальные лезвия крепко упирались мне в бёдра. Фонтан спермы ударил в её лоно, но Наташа даже не визгнула. Наоборот, она вцепилась зубами мне в ключицу и долгие секунды держалась за меня зубами, вздрагивая и содрогаясь от оргазма. | | |
| |
|
| |
| | Джон смотрел в окно в окна своих соседей, чей дом ситоял через дорогу и мечтал увидеть там молодое и упругое женское тело. Ему недавно стукнуло 17, он был спортивного вида парень, капитан сборной школы по плаванию, у которого бурно кипели мужские гормоны. Он начал мастурбировать в 14 лет и теперь дрочил своего друга 5-6 раз в день. Живя со своими родителями и со старшей 20-летней сестрой, Джон с трудом находил время и место для своих занятий. Он занимался со своим членом по утрам в постели, а чу | | |
| |
|
| |
| | Подходят к стойке... расстегивает брюки одного из них и достает возбужденный член... второй парень расстегивает сам... и вот моя девочка опускается перед ними на колени... | | |
| |
|
| |
| | Дальше тебя поднимут и посадят в большую форму - по сути, стоячий цилиндр пяти футов в диаметре. Трубки для дыхания и питья поднимут наверх, где привяжут к краю формы, чтобы не упали. Заключительный этап - в форму заливают цемент, чтобы запечатать тебя внутри. Сохнуть он будет порядка двух дней, и при этом немного сдавит тебя - для этого и нужен надувной костюм. Для этого, а также для того, чтобы испражнения могли покидать твоё тело. Как только ты высохнешь, и они убедятся, что ты в порядке, трубки обрежут так, чтобы они оказались вровень с верхом колонны. В таком виде тебя и продадут за рубеж - как цементную колонну. Единственной отметиной будут лишь три крохотных отверстия наверху. Как только колонну привезут на место, цемент разобьют и тебя вытащат наружу. Но до этого в течение нескольких недель тебя ожидает ад - кормить будут через трубку, делать будет совершенно нечего, пошевелиться будет невозможно, и стоять придётся неподвижно, по горло в собственных экскрементах. Обычно я не рассказываю рабыням о том, что их ждёт, но сегодня у меня хорошее настроение. Вопросы есть? | | |
| |
|
Рассказ №11127
|
