 |
| |
| | - прошептала мне моя невеста и крепко, крепко обняла меня сзади, прижимаясь ко мне своим горячим телом. Несколько минут мы лежали на печи молча. Слова уже были не нужны, наши крепкие объятья были красноречивей любых слов. А потом Таня заснула, смешно как ребёнок засопев носом. И вслед за ней заснул и я лежа на тёплых кирпичах русской печи. И засыпая в объятьях молодой и красивой девушки, я думал как прекрасна жизнь, молодость и любовь... . . | | |
| |
|
| |
| | Ее горячая моча попадала мне в лицо а то что попадало мне в рот я все проглатывал и мне это очень нравилось... После того как она пописала на меня моя госпожа села мне на лицо и я снова начал вылизывать ее влагалище... Это было не забываемо... После этого она рукой почувствовала мой твердый член подрочила мне и приказала чтобы я встал в полный рост я быстро поднялся а она осталась сидеть на корточках и ласкала свое влагалище рукой... А мне сказала смотреть на нее и дрочить на нее я начал делать это, она с жадностью смотрела на мой член и ждала когда я кончу... Когда я сказал что вот вот кончу она широко открыла ротик и высунула язык увидев это я не мог больше терпеть и начал обильно кончать ей на лицо в рот и сперма залила все ее лицо я никогда еще так бурно не кончал как в этот раз, после того как я кончил она взяла мой член выдавила из него последние капли спермы и освободила его а сама начала рукой собирать сперму с лица груди и облизывать их но сперму не проглатывала а открыла рот и показала мне что он заполнен моей спермой... после этого она встала в полный рост и страстно поцеловала меня поделившись со мной моей спермой... Мы страстно целовались и играли язычками... Моя мама- госпожа сказала что я очень хорошо справляюсь со своими обязанностями и теперь я ее раб который будет делать все что она скажет... Я с удовольствием согласился! Теперь каждый раз когда она просит ее вылизать или трахнуть я с удовольствием делаю это... | | |
| |
|
| |
| | Трудно сказать, с чего возник такой интерес у Димы. Он помнит, как ещё в пять лет пририсовывал в книжках лужицы девочкам, как выискивал глазами, не хочет ли кто-нибудь в туалет, как представлял, глядя на девочек и взрослых девушек, как у них между ног расплывается тёмное пятно, но максимум, что ему доводилось видеть - это как девочки и даже те же взрослые девушки прыгали на месте в нетерпении и во всеуслышание объявляли о том, что сильно хотят в туалет. В такие моменты уши мальчика превращались в два больших локатора, а глаза зорко следили за происходящим. И уже тогда, даже когда в Новый год ему говорили, что нужно загадать желание, но только никому не рассказывать, иначе оно не сбудется, он загадывал одно и то же - увидеть, как на его глазах описается девочка или взрослая девушка или даже тетенька. | | |
| |
|
| |
| | Ладонь Рона действительно была маленькой. Он и сам по сравнению с мамой был не так уж и велик: всего лишь маленький мальчик рядом со здоровенной, отменно тренированной мускулистой теткой. Но прикосновения его руки невозможно было игнорировать, даже несмотря на то, что Рон не имел никакого представления о том, как доставлять удовольствие женщинам, и просто тер мамину пизду, водил ладонью вниз-вверх, привыкая к новым ощущениям, знакомясь в этой дыркой на ощупь и размазывая по ней молоко. | | |
| |
|
Рассказ №11152
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 27/11/2009
Прочитано раз: 27353 (за неделю: 0)
Рейтинг: 85% (за неделю: 0%)
Цитата: "Сказ о том, как хуи друг с другом поебались
..."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Сказ о том, как хуи друг с другом поебались
Как только Хуй у нас не величают!
И Пенисом, и Фаллосом с Концом:
Так впавшего в немилость назначают
С министра - замминистра и гонцом.
А для меня Хуй только Хуй Иваныч.
И я его люблю, как сам себя.
Хуй может быть Степаныч и Абрамыч,
И Федорыч: И имени тебя,
Читатель мой! В поэме без героя
Героем будет Хуй - без глаз и головы.
Такое было: греческая Троя
И без героев победила все молвы.
Прошли века, забылись те герои,
А имя Трои не померкнет никогда.
Сменялись короли, цари и строи,
А Трою нет-нет вспомнят иногда.
Хуем Хуй я величаю,
А Пизду зову Пиздой,
Я за это получаю
Гонорар под зад ногой.
Мой Хуй залупой гордою венчался,
Яиц в подбрюшье ровная гряда
В одно сжималась, когда Хуй вонзался
В Пизду. И висли до колен тогда,
Когда Иваныч, славно наебавшись,
Устало поникал своей главой.
И новый день, едва-едва начавшись,
В мошонке затевался круговой.
Круговорот яиц и днем, и ночью
Хуй поднимал к пупку особенно с утра.
И опустить его возможно было дрочью,
И в дрочке протекали вечера.
Конечно, стойка "Смир-р-рно!" в жизни Хуя
Одна из главных, не считая "Ссать!".
Его здоровье, собственно, страхуя,
Яички гаркали: "Подъем! Вставай! Стоять!"
Над Хуем командиры - точно яйца.
Но и сам Хуй, конечно, командир.
Чтоб не обидеть грубым словом братца,
Скажу, что он вообще-то первый из задир.
Возьмем трусы. Он их протер немало.
А сколько он резинок-то прорвал!
Как будто у него в залупе жало.
А с виду обаятельный нахал.
"Нахал"! Легко сказать! А целкой будешь -
Каков "нахал" , когда он прет и прет?!
Ты темные инстинкты в нем разбудишь,
И он тебя ебет, ебет, ебет!
В сравненьи с ним "нахал" - мальчонка!
А Хуй - наглец, подлец, бурбон!
Будь перед ним Пизда или Пизденка,
Хуй не отступит. Варвар, варвар он!
И если перед Хуем даже Жопа -
Он как восстал, негодный негодяй,
Так заебет, что бедненькая попа:
Ни сесть, ни лечь: За что ей нагоняй?!
Жестокий Хуй. Прекрасен, но ужасен.
Я это с знаньем дела говорю.
Он для меня давно, агрессор, ясен.
Я это сотни раз вам повторю.
Я опытный Пиздовдеватель. Сколько же
На Хуй мой натянулось Жоп и Ртов!
А сколько целок я сломал, о сколько же
Несчастными я сделал дев и вдов! . .
А шкурка, что залупу прикрывает?
Она как будто бы невинная на нем.
Но и она агрессором бывает,
Когда команду слышит: "Эй, подъем!"
Вся напряжется, покраснеет, вспухнет,
Сползет с залупы и как будто ждет,
Когда же Хуй в Пизду залупу бухнет, -
И ну гонять с залупой взад-вперед!
Легко ль, скажи, Пизде терпеть гоненья
Залупы с шкуркой - тренье по трубе?
И это все народ зовет ебеньем.
А легче разве тренье на губе?
Залезет в рот Хуяра беспардонный -
И ну долбить язык, щеку, гортань.
Как будто, блядь, рот у кого бездонный.
Народ и это ласково зовет ебань.
Теперь рассмотрим шерсть на базе Хуя,
На яйцах шерсть, в промежности - везде.
Хуй и Пизда в прелюдии воркуя,
Шерстятся, и когда уж Хуй в Пизде.
Опасно, больно, очень неприятно,
Когда, бывает, волос в Пизду влез.
Приходится Хуй вытащить обратно,
Кудряшку оттянуть - и снова в лес.
Красивы локоны бывают у Хуяры.
Златые, черные, с рыжинкою, блондо...
Слыхал, что самые кудлатые - мадьяры.
Вдруг стало модно шерсть сбривать. За что?!
Но - к делу ближе. Растянулось описанье.
Рассказывать о Хуе можно сутками.
Но мне не позволяет расписанье.
С размером не шути - как с проститутками.
Красивый Хуй - Мадонны мне дороже.
Описывать его хочу я день и ночь:
И кудри, и мошонку: - Мне по роже
Однажды Хуем били. И все проч.
Так вот. Начну короткое сказанье,
Нравоученье вроде, секс урок.
Оно как будто миросозерцанье,
Но в то же время - всяко лыко в прок.
: Однажды Хуй собрался в гости к Хую.
Лежат, балдеют, яйцами скрипят.
Один вдруг говорит: "Ты знаешь, я психую".
- "Чего?" - "Меня, представь себе, ебать хотят".
И выясняется: в Америке открыли,
Что не Пизду приятно щекотать,
Не Жопу и не Рот - этот вопрос закрыли, -
А прямо Хуй. Под шкурку - и ебать!
В залупу то есть упирается залупа,
Придерживают, блядь, конструкцию рукой,
Чтоб Хуй на выскользнул и не восстал до пупа,
И так ебутся. "Надо же!" - "Отстой! . ."
Америка бежит вперед прогресса.
За ней не поспевает Земной Шар.
И ей, Америке, угодливая пресса
Подбрасывает взрыв, войну, пожар.
Оттуда новость разлетается по миру,
Становится открытьем номер раз.
А нам в России, братцы, не до жиру,
Догнать бы не Мадрид, а Гондурас!
Два Хуя новость лежа обсуждали,
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
