Рассказ №1140 (страница 2)

     Анна открыла дверь спальни сына и застыла от неожиданности. Виталий сидел на краю кровати, отчаянно работая кулаком, его глаза невидяще уставились на головку разбухшего члена. Решительность Анны тут же испарилась, стоило ей только увидеть эту картину. Ее взгляд завороженно остановился на кулаке, скользящем вверх и вниз по застывшему древку, молодых яйцах, раскачивающихся при этом в такт, и широко расставленных ногах. В свою очередь у нее между ног вновь закипало чувство оргазма, превосходящее все, что она когда бы то ни было испытала до этого. Ее пальцы до побеления сжались в кулак от того, что она не могла отвести своих глаз от его члена и яиц. Ее груди заболели от того, что им стало тесно в бюстгальтере. Она еще пока не осознала, что ее рубашка была расстегнута нараспашку. Она смотрела заворожено на члена своего сына, на разбухшую головку, на то, как из дырочки в головке появляется и растет прозрачная капля.
     Анна не осознавала, что она начала приближаться к кровати. Ее глаза были прикованы к его члену. Она не видела, что очутилась перед своим сыном, который уже поднял глаза и начал разглядывать ее. Она не осознавала, что он уставился своим взглядом в ее лифчик, проваливаясь в пышную полноту ее грудей, готовых вырваться на свободу из едва удерживающих их пут. Единственная вещь, которую она осознавала в этот момент, был его хуй, его гладкая и раздутая головка. Виталий звучно сглотнул слюну, как только увидел лифчик матери. Его хуй, казалось, разбух от работы кулака, но он его уже не массировал. Вместо этого он сжал его изо всех сил.
     Ноги Анна задрожали, и она медленно опустилась на колени, ее глаза с жадностью уставились на отросток своего сына и болтающиеся шары. Она положила свои руки на его бедра, чувствия жар его плоти на своей ладони. Анна издала нежный стон и медленно провела своими руками по бедрам Виталия.
     Виталий убрал свою руку с члена, взглянув на свою мать. Его древко твердо стояло, покачиваясь. Анна приостановила движение своей руки, когда она уже почти дотянулась до промежности своего сына. Кончики ее пальцев были очень близки к его шарам и члену, и она чувствовала жар, излучаемый ими. Она глядела на его набухшую головку, выступающую из дырочки капельку влаги, его достаточно большие шары. Ее дыхание стало отрывистым, рот приоткрылся, ноздри раздулись. Ее нижние губы были готовы разорвать швы джинсов. Она почувствовала озноб, стремительно пробежавший по ее телу. Озноб, который вызвал дрожь в ее полных грудях.
     - О, Боже - простонала она нежным, грудным голосом, - - Боже мой! Правой рукой она взялась за его древко, а левой - за раскачивающиеся шары. Почувствовав их в своих руках, она чуть не кончила. Плотно обхватив древко, она начала его массировать. Виталий застонал и отклонился назад, глядя, как двигается ее рука. Он попеременно переводил свой взгляд то на ее руку, то на ее закованные в лифчик груди. Он изогнул и приподнял свои бедра, поднимая при этом вверх своего члена и не в состоянии сдержать стоны удовольствия.
     Глаза Анны лихорадочно блестели от возбуждения. Ее рука неустанно двигалась вверх и вниз, в то время как другая нежно сжимала его яйца. Она издавала нежные стоны. Ее попка изящно раскачивалась все больше и больше по мере того, как усиливался жар между ее ног. Казалось, что ее скомканные трусики проскользнули и застряли прямо в дырочке, а клитор до боли вжался в шов ее джинсов.
     - О, да! - прошептала она. - Да... да!.. Виталий не знал, что именно его мать имела в виду, да это его, собственно говоря, и не заботило. Изгибая свои бедра и ритмично приподнимая зад, он энергично просовывал свой член сквозь ее кулак, вверх и вниз, готовый вновь взорваться, переполненный поднявшимся к головке семенем.
     - Пожалуйста! - теряя рассудок, прошептала Анна. - Пожалуйста... о, пожалуйста!
     Виталий издал глухой вздох. Из его члена показалась похожая на молоко жидкость.
     Глаза Анны наполнились слезами, а рот приоткрылся, когда она увидела, как белый, кремообразный сок вырвался из дырочки, находящейся прямо в центре головки. Образовавшийся слизистый комок взлетел вверх, а затем хлюпнулся вниз, на руку, держащую член. Очутившись на руке, он, как казалось, подобно кипящему маслу, обожжет кожу так, что на ней вздуются волдыри. Она продолжала держать его яйца, чувствуя, как они обмякли после того, как полностью опустошались. Каждый толчок его дергающегося и плюющегося члена вызывал в ней дрожь, бегущую от ее рук прямо вниз к ее пизде. Она продолжала приглушенно стонать, глядя загипнотизировано, как его молодая сперма выплескивается на ее руку и кулак, его бедра и шорты. Она продолжала держать в руках его члена, наблюдая, как он становился мягче меньше. Когда он стал совсем расслабленным, она отпустила его. Вытирая руку о свое бедро, она заметила блестящие капельки спермы на стене под окном.
     Внимательно разглядев их, она подняла глаза и посмотрела в лицо сыну впервые с того момента, как вошла в его комнату.
     Лицо Виталия светилось блаженством. Он улыбался, глядя на нее. Анна нервно ответила ему улыбкой.
     - Ну что, так лучше? - шепнула она.
     - Да, так намного лучше, мама, - сказал он неровным голосом.
     Анна не понимала, почему она говорила со своим сыном именно так. Ей было только ясно, что это следовало сделать. Она должна была прийти. Ее пизда была измучена. Она теперь осознавала, что ее рубашка была расстегнута, но не обращала на это никакого внимания.
     Подтянув колени к себе, она села на корточки перед сыном, ее глаза смотрели то на стену под окном, то на его все еще открытого члена и яйца. Его сперма продолжала поблескивать на его бедрах и шортах, и тогда она развела в стороны свои колени. Опустив руку вниз, она положила свою ладонь на пизду и нажала на нее, как только увеличился зуд. Ее левая рука поднялась и оказалась ладонью на прикрытых лифчиком грудях. После того как Анна начала тереть свою пизду, она почувствовала, как жар от ее лона прожигает джинсы и скомканные трусики. Разведя пошире свои колени, потирая через джинсы свою пизду и сжимая свои груди, она не прекращала смотреть на оголенного члена и шары сына, покрытые пятнами спермы.
     Она пошевелила своей попкой и застонала, как только стрела удовольствия пронзила пизду. Ее глаза остекленели, губы приоткрылись. Теперь ей трудно было смотреть не члена сына. Ее глаза были открыты, но затуманены страстью.
     - О-о-о, Боже! - прошептала она. - О-о-о, Виталий!
     Произошел буквально взрыв оргазма. Ее тело неистово затряслось, после чего рука оставила в покое грудь и опустилась на член и яйца сына, крепко сжав их. В тот самый момент, как только она кончила, ее глаза сузились. Рыдающие звуки экстаза вырвались из ее горла.
     Как только силы вернулись к ней, Анна поднялась. В течение какого-то времени она смотрела на своего сына, затем с дрожью развернулась и направилась к выходу из комнаты. Виталий внимательно рассматривал попку матери по мере того, как она удалялась.
     Анна быстро пошла к своей комнате, сняла на ходу рубашку и лифчик и, бросив их на кровать, принялась за джинсы и трусики. Их она тоже бросила на кровать и вошла в ванну. Затем она наполнила ванную горячей водой, настолько горячей, насколько могла выдержать, добавив различных масел. Как только горячая вода сомкнулась над ее телом, она попыталась понять, почему же она поступила так со своим сыном. Она не могла найти ответ на этот вопрос.
     Все, что она могла осознать, так это непреодолимое желание, толкнувшее ее ласкать его члена и яйца, которое просто невозможно было преодолеть, да к тому же ей это очень нравилось.
     Она чувствовала себя хорошо, очень хорошо впервые с тех пор, как развелась. Она не собиралась разбираться в том, что она сделала или почему ее сын всегда пытался подглядеть за ней. Она не собиралась разбираться, почему испытывала эротические ощущения, писая в саду, в том время как сын, высунувшись из окна, пытался подглядеть за ней. Она не собиралась разбираться, почему ей хотелось ласкать себя до оргазма.
     Анна вышла из ванной, завернутая в полотенце, и увидела, что ее сын сидел посреди кровати. Его яйца и хуй все еще свисали из его шорт, его ноги были скрещены.
     Виталий рассматривал свою мать, его глаза остановились на ее длинных, стройных бедрах. Конец полотенца лишь слегка прикрывал ее ставшие упругими груди. Он продолжал разглядывать ее воздушно легкую плоть. Анна стояла на пороге своей комнаты, разглядывая сына, его хуй вновь стал наполовину твердым. Виталий держал ее трусики в своей руке, прижимая их к щеке. Смело глядя ей в глаза, Виталий потер сырым пятном, которое осталось на трусиках, свое лицо, после чего поднес их к своим губам. И только в этот момент она разглядела, что ее трусики были вывернуты наизнанку.
     Ее глаза широко открылись, пылая странным, извращенным голодом, о котором она раньше просто не догадывалась и который был внутри нее. Она стояла перед ним с широко расставленными ногами. Ее затрясло, когда она увидела, как он своим языком начал облизывать внутреннюю сторону ее трусиков. После того как он медленно запихнул их себе в рот, она ощутила жар, быстро разгорающийся у нее между ног, и почувствовала, как губы ее лохматого зверька быстро набухают. Ее соски стали болезненными от соприкосновения с грубым полотенцем. Виталий запихнул себе в рот мамины трусики, насколько он это мог сделать, продолжая при этом сосать их. Его молодые глаза уставились на нее, вожделенный взгляд разгуливал по ее телу, двигаясь вверх и вниз - от ее грудей к бедрам. Анна почувствовала страстное желание сбросить свое полотенце с тела и предстать перед сыном совершенно голой, дать ему возможность разглядеть ее груди и пизду.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ]

Читать также: