 |
| |
| | Через некоторое время вся троица, вымывшись в душе, пила чай с тортом и мирно беседовала. Лопухов помирился с Рахметовым, особенно когда последний пообещал иногда приходить в гости и давать в попу. Верочка размышляла о странностях жизни: стоило только пописать в подъезде (причем - во сне) , как состоялось такое порево. Кроме того, Лопухов оказался не таким уж Лопухом, как об этом думала общественность. Он оказался таким развращенным, что даже противно: мужиков дрючит. | | |
| |
|
| |
| | - Нет! Нет! ... Не думай об этом... Хотя... Ты уже вон какой большой! ... Ну, в общем - да... Когда твой отец был жив, я исполняла свой супружеский долг... Но особой потребности у меня не было... А вот сейчас, через пять лет после того, как его не стало, у меня всё тело ноет от неудовлетворённого желания и все мысли крутятся вокруг этого... Это так мучительно... Из-за этого я иногда не выдерживаю и начинаю плакать. Расстраиваю тебя... Прости меня, сынуля... | | |
| |
|
| |
| | Наконец, она победила и задрала платье на уровень пояса, открыв мне четко направленный вниз подбритый треугольник рыжего лобка. Практически не показавшись мне, ее щелка осталась теперь снизу, точно между спутанных трусиками широко расставленных ног. Я весь сконцентрировался во взоре, мне теперь уже плевать было на прохожих, которые, между тем, так и не появились. Я был потрясен этой картиной: средь бела дня, на кромке пустынной улицы стоит молодая пьяная в ноль девушка в платье ослепительной красоты, на каблуках-шпильках, и, спустив трусики на колени стройных ровных ног, задирает подол на пояс, явно намереваясь теперь пописать! Обрабатывая детали изображения, мозг растягивал каждую секунду в стучащие в висках минуты... | | |
| |
|
Рассказ №11586
|
