 |
| |
| | Орган, покрасневший от постоянного трения, выскакивает из распухшей щелки моей женушки и начинает изрыгать белые капли на ее живот и лобок. Я сразу же прилегаю к телу моей девочки и начинаю лизать солоноватую жидкость вокруг ее пупочка и на ее подбритом лобке. Потом, набрав рот семени, выпускаю его на ее грудочки, так что они блестят при свете ламп, одну потом другую. Яночка старательно размазывает вязкую жидкость по всей площади своих дыночек | | |
| |
|
| |
| | Рита пришла завернутая в большое белое полотенце до подмышек. Стараясь не глядеть на меня, скользнула под одеяло в том же полотенце, отодвинулась на самый краешек кровати. Я выключил свет и направился принять перед сном душ. Свет в санузле был чересчур яркий, и когда я вышел из душа, рассмотреть чтонибудь в номере было невозможно. Наугад я кровати, улегся подальше от Риты, закинул руки за голову. Негромкий шум ночного город проникал сквозь закрытое окно, убаюкивал, но заснуть сразу не получилось. На расстоянии вытянутой руки лежала женщина. Возможно, она уже спала. Хотя, скорее всего, вряд ли. Очень хотелось проверить это, но я удерживал себя. | | |
| |
|
| |
| | Так продолжалось минут пять-семь, девочка почти без сил стояла опустив голову упершись руками борт и только постанывать стала чаще и протяжнее. Еще минуты через две она стонала уже в голос и ее стоны раздавались почти при каждом движении мужика. Второй в это время дрочил свой член стоя на верху, перед ее лицом, наконец он не выдержал и спустился к ним в воду. Мне было видно что девочка не протянет больше двух минут такого напора она и так уже не понимала что происходит и была словно кукла на огромном члене этого мерзавца, он это тоже почувствовал, и отпустив сел на бортик притянув ее за голову просто вставил ей в рот свой лоснящийся инструмент которым еще секунду назад раздирал ее изнутри. Второй заняв его место быстро вошел сзади, и держа ей одну ногу, гораздо более сильными и быстрыми толчками стал драть. Так прошла всего минута, не больше, и наконец раздался протяжный стон переходящий в мычание, бедняжка кончила, она кончала очень долго и страстно содрогаясь всем телом, при этом ее мучители не отпускали ее ни на секунду, продолжая наращивать темп и в тот момент когда она почти перестала конвульсировать, кончил с довольным рыком молодой, он вдернул свой член и размазал сперму по спине девушки, второй освободил ей рот, спустился в воду и взяв на руки повернул к себе лицом, она даже не могла сопротивляться, разведя ей ноги он вошел в нее и стал сильно с долгими задержками внутри таранить ее, при этом он не забывал свободной рукой ласкать ей клитор. | | |
| |
|
| |
| | Я, пребывая в легком замешательстве, не знал что ей на это ответить, ведь если мы пойдем на этот пляж, мой член будет смотреть головкой прямо на солнце, а быть вот в таком состоянии перед кучей незнакомых людей было бы весьма пикантно. Но, в то же время, я представил, как передо мной Анютка снимает с себя последнюю деталь одежды, и чаша весов моего сомнения окончательно склонилась в пользу "идти". | | |
| |
|
Рассказ №11680 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 21/05/2010
Прочитано раз: 29441 (за неделю: 29)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Мир, созданный мною в Синеглазке, представляется ей из Токио сказочно прекрасным: по вечерам мы все, окружив любимого дедушку, читаем сказки Пушкина, пьем чай с вареньем... На самом деле мы решаем сотни проблем - с учебой, с едой, со стиркой, с ломкой характеров, с возрастными и невозрастными свойствами, я погряз в ремонте дома: Мир дочери тоже видится ей уютным, пряничным: Юля с Юрой и сыном Никитой в своей квартире на 47 этаже небоскреба воркуют от счастья... И лишь одна она, Валентина Даниловна, в своей съемной квартирке поблизости от небоскреба коротает унылые вечера, и не с кем ей перемолвиться русским словом. И денег у нее своих нет. Что новый зять с дочкой подкинут, с тем и шляется по магазинам:..."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Мир, созданный мною в Синеглазке, представляется ей из Токио сказочно прекрасным: по вечерам мы все, окружив любимого дедушку, читаем сказки Пушкина, пьем чай с вареньем... На самом деле мы решаем сотни проблем - с учебой, с едой, со стиркой, с ломкой характеров, с возрастными и невозрастными свойствами, я погряз в ремонте дома: Мир дочери тоже видится ей уютным, пряничным: Юля с Юрой и сыном Никитой в своей квартире на 47 этаже небоскреба воркуют от счастья... И лишь одна она, Валентина Даниловна, в своей съемной квартирке поблизости от небоскреба коротает унылые вечера, и не с кем ей перемолвиться русским словом. И денег у нее своих нет. Что новый зять с дочкой подкинут, с тем и шляется по магазинам:
Чуть не каждый вечер она звонит нам из своего Токио или из Нового Орлеана, куда по делам фирмы вылетают Юля с Юрой и Никиткой (в наводнение их фирма уцелела), и поет несвойственным ей сопрано:
- Алексей Иванович, это Валентина Даниловна:
- Я вас узнаю, Валентина Даниловна.
- Ну, как вы поживаете? А вы сегодня мне разрешите поговорить с Петром Сергеевичем? . .
Или испуганно съязвит:
- Кособокова сейчас у вас? Хозяйничает?
Словно бы Вера Дмитриевна по моей злой воле замещает ее, законную бабушку. Мне бы ее пожалеть, но я не хочу забыть, как она угрожала мне милицией. Она мне напоминает подстреленную Татьяну Ефимовну Никитину: та тоже вела себя просто по-бандитски, пока я не применил к ней силу и не сбросил со стула. Она мне предлагала сесть напротив нее, поговорить по душам и забрать свои ботинки!
Петя мне объясняет:
- Да нет, твоя Ефимовна - это одно, а Валька очень хорошая баба. Просто она еще никогда не сталкивалась с моей болезнью. Привыкла к тому, что я всегда на ногах. Я видел по ее глазам, что она перепугалась больше моего. Я лежу пластом, пошевелиться не могу, мычу, сказать хочу, но не получается:
Валентина Даниловна щебечет ему из Токио:
- Вот какая у нас с тобой жизнь, Петруша: ты - с внуками, я с внуком... Кто знает, увидимся ли еще?
Петя отвечает:
- Да мы же с тобой совсем не старые, Валь. Как там внук Никитка?
- Я тебе его фотографию послала. Попроси Алексея Ивановича, чтобы он открыл твой почтовый ящик, мы с Юленькой специально для всех вас наснимали целый альбом:
*
А Вера Дмитриевна действительно больше времени проводит у нас, чем у себя. Чаще просто приезжает и сидит, рассказывает что-нибудь из жизни Петропавловска, завода, первой приносит известия, кого еще убили или "расстреляли в упор". Она знает, что я не люблю, когда она стирает или готовит еду, - я все делаю сам.
Ее горе - ее внук.
- Вся время просится домой, а я не знаю, забирать его из больницы или нет? Врач говорит, что у него психика неустойчивая. Знаете, Алексей Иванович, кошки, которых он погубил, мне снятся. Снятся! Обступают со всех сторон! Господи, я же его боюсь, Германа: Вот только и езжу к нему, чтобы забрать пенсию. Может, этим и спасаю? . . Если бы не ваша Марина, я бы совсем, наверное, рехнулась. А что буду делать, если она после школы надумает поехать в Москву или во Владивосток?
- Не будем заглядывать так далеко, Вера Дмитриевна.
- Далеко: Вот бы ваша Юлька еще кого-нибудь вам подкинула:
По Пете теперь и не скажешь, что был у человека инсульт. Сидит за рулем. Он снова работает в порту. Прибавка к его пенсии солидная. Правда, инвалидность с него почему-то не снимают.
Петя и Паша все-таки вместе уехали во Владивосток. Петя - в Морской государственный университет имени адмирала Г. И. Невельского - в бывшее Высшее морское училище, на факультет эксплуатации водного транспорта и судовождения, а Паша поступил на факультет журналистики Дальневосточного гуманитарного университета. Ссорились на этой почве целый год. Даже временами не разговаривали. Петя хотел ехать учиться в Санкт-Петербург на факультет журналистики, а Паша слышать не хотел о литературе и мечтал стать капитаном. Намерены были даже разлучиться. Мы с Юлей и бабушка с дедушкой едва-едва уговорили их не совершать этой ошибки.
Марина заканчивает шестой класс, стала почти девушкой. Она самая красивая девочка в школе. Учится только на пятерки. Учителя ей обещают отличный аттестат. Несколько раз летала в Токио к маме, но однажды тоже внезапно к маме остыла. В чем дело? Почему у детей такая странная реакция на Юлю? Каждое лето предлагаем Марине лететь в Токио - она отказывается. В точности повторяется история со старшими братьями. Они маму не видели с детства, и как-то не скучают.
Но хуже всех, наверное, мне: я без Пети не могу прожить и часа, совсем надоел ему своими телефонными звонками.
*
Но не только Вера Дмитриевна живет ожиданием будущего. Я тоже. Через несколько лет мы с Петей останемся в Синеглазке одни. Предчувствую, какая жизнь у меня наступит: я смогу, не боясь, не оглядываясь и не вздрагивая от каждого шороха, делать то, что мне захочется. Прикасаться к нему, прижиматься, обнимать: Мы будем каждый вечер ложиться с ним в одну кровать и засыпать в объятиях друг друга.
Даже не верится, что такое время когда-нибудь наступит.
Мы друг без друга не можем. Наше счастье бесконечно.
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать из этой серии:»
Читать также:»
»
»
»
|
