 |
| |
| | Руки пантеры скользили по моей спине, отыскивая места любви, доставляя мне невыразимое удовольствие. Дыхание ее стало прерывистым, она стонала и извивалась сминая простынь в тугой комок. Змейка выскользнула из пещерки и сползла ниже по каньону проникая в запретную территорию все глубже. Скользя по дороге сладости она оставляла влажный след и рыскала из стороны в сторону вокруг. Пантера перекинула ногу мне на плечо и плавно перевернулась, предоставляя ласковой змее странствовать дальше. Приподняв ее за бедра я повел свой язычок все дальше. Ее ноги образовали почти кольцо, сжимавшее мою голову. Язычок, проникая в пещерку в конце пути, отдавал ей свою влагу и нежность. Приподняв пантеру, я положил ее ее на спину, помогая ей снять с меня остатки одежды. Руки возлюбленной сорвали с меня брючный ремень и брюки слетели, обнажая ствол древа могучего и твердого как скала. Ласковыми пушинками пробежались ее пальчики по стволу, обвивая его и поглаживая загрубевшую древесину. Горячее прикосновение чутких губ вызвало у меня блаженство, которое разжало мои губы выпуская наружу сладкий стон. Она творила чудеса, лаская его и обнимая своими губами верхушку древа. Острые зубки легонько покусывали нежную плоть заставляя меня стонать от вожделения. Мой язык скользил между ее холмами от одной пещеры к другой, проникая вглубь и удаляясь, лаская нежные створки раковины. Ее ноги расцепили свое кольцо и все дальше и дальше раздвигались освобождая путь нахальной змее. Нас била дрожь, мы желали друг-друга. Стоны становились все громче и призывнее, и мягко отстранив меня, она перевернулась в упала на колени, открывая в полной красе жаркий зев пещеры, мой ствол притягивало туда. Я не мог противиться этому зову и он вошел, раздвигая лепестки розы. Стон страсти сорвался с наших губ и заметался по комнате ища выход. | | |
| |
|
| |
| | Между тем молодой человек не уходил. Он оглянулся и тихо попросил ее продолжать. Не зная, почему, Катя подчинилась. Глядя ему в глаза, медленно опустила руку обратно за резинку. Вот уже теплая волна снова поднимается по телу... | | |
| |
|
| |
| | Это то, которое Лета? Нет, Лета это река. Она будет течь рядом. По нему будут плыть кораблики и люди с корабликов станут нам кричать: "Долгие лета". Ага, значит, еще чтобы лето не кончалось и Лета текла, текла. Текла и не кончалась. А разве такое возможно, добрая фея? Вот ты бы так смогла? Вот и я бы не смог. Так давай же сделаем с тобой так, чтобы дорога в Лето нам всегда была открыта и никакой дед Бабай ее не закрывал. Но подглядывать, чем мы там будем заниматься, это пожалуйста. Нам не жалко, а кому жалко? | | |
| |
|
| |
| | Савва ничего не мог понять, но мама перед ним теперь едва не плакала. Да, он, конечно, знал о древнем и старом поверье Оленича, оставшимся ещё от старых богов, гласившим, что девственник всегда останется лежать на поле брани... Уж слишком сладка его душа на вкус для тёмных духов. То поверье так было накрепко вбито в городские летописи и головы оленичей, что с той поры это был уже был непреложный строгий обычай не пущать в походы юных воинов, не познавших пред тем женской ласки... И, в общем-то, для родителей считалось большим и постыдным позором обойти этот наказ. Редко, конечно, кто из отроков был женим в столь юном возрасте, но, в конце концов, для этого дела вполне годились и рабыни, которых в Олениче всегда хватало с избытком. | | |
| |
|
Рассказ №11684 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 27/05/2010
Прочитано раз: 70781 (за неделю: 26)
Рейтинг: 56% (за неделю: 0%)
Цитата: "Сгорая от стыда, Натали повернулась к нему неприличной частью девичьего тела. Ее мучитель снова положил руку на попку, но не столько гладил, сколько щупал и мял ее небольшие по размерам, почти детские полушария. Девушка задыхалась от стыда, но не смела ни отстраниться от этой нескромной руки, ни протестовать. Неожиданно Александр Павлович шлепнул ее и Натали вскрикнула от боли в сеченных ягодицах...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Натали смирилась со своей судьбой, поскольку еще более страшным представлялось замужество ее (дворянки!) за крепостным мужиком в лаптях и грязных онучах.
В девичьей Натали прожила недолго. Прясть, вязать и вышивать она была небольшая мастерица. Правда ей хорошо удавались различные варенья и соленья, чем и заслужила Натали' благосклонность ключницы. И то благо! Иначе ее заклевали бы дворовые девки, особенно Танька, которая целыми днями маялась от безделья. Спустя некоторое время ее одели в дворянское платье и переселили во флигель. Утрами она подавала на подносе барину стопку рябиновой водки и свежий калач, а в обед, если Александр Павлович был в добром настроении, сидела за барским столом и разливала чай. Под меланхолическое настроение барин, отправляясь почивать после обеда, приказывал Агашке-Натали явиться к нему в опочивальню в одних панталончиках, банты которых он полюбил развязывать самолично. Она уже привыкла разоблачаться в девичьей и в таком неглиже следовала через портретную и гостиную комнаты к барину "чесать пятки". Дворня привыкла к виду голой барышни - такова барская воля - и многие девки ей даже тихонько завидовали.
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
