 |
| |
| | Димон пыхтит рядом, старается. Старается не смотреть на мои соски, которые уже, конечно, торчком. У благоверного моего тоже уже почти торчком, ему много не надо. Очень близко от моего лица покачивается, медленно наливаясь кровью, его аппетитная колбаска. Головка начинает выглядывать из-под кожи, сама по себе раскрывается, словно бутон какой. Растёт. Нравится мне наблюдать этот процесс каждый раз. Жаль, не долго, - Димон этот процесс завсегда под контролем держит. - Нравственность! | | |
| |
|
| |
| | Я, наклонившись, жадно разглядывал сие таинство. Впитывая в себя эту новизну, эту поразительную отличимость от моего собственного и других пацанов хозяйства, не забывая при этом быть строгим судьей и признать, что, несмотря на вопиющую разницу в выполнении процесса, "девки" ничуть не хуже нас с Генкой справились с задачей. Барышни, торжествуя свое законное посвящение в снайперы, снова завалились на паклю грызть яблоки. Я же, возбужденный увиденным, хотел большего и шептал Генке, чтобы он, по свойски, спросил Томку "потискаться" с нами. Я не мог даже представить, как бы я смог сделать это предложение сам. Нет, лучше Генка - он свой. Генка завалился на паклю рядом с сестрой и начал шептать что-то ей на ухо, показывая на меня пальцем. Томка, как заправский посредник в дипломатических переговорах, наклонилась над Веркиным ухом что-то ей шептала. Их взаимные перешептывания закончились Томкиным заявлением, что с Генкой ей нельзя - он брат. Она будет со мной, а Генка с Веркой. "Будет со мной" громко сказано, а мне что делать. Я с ужасом и дрожью в коленях подходил к пакле с моими "компаньонами" и лихорадочно вспоминал подробности пацанячих высказываний в таком деликатном и незнакомом мне деле. Тем временем девчонки деловито спустили на колени трусы и, подобрав повыше подолы платьев, были готовы к нашим действам, к которым Генка уже приступил. Лег на Верку и стал тереться об нее, так как трут разрезанный и посыпанный солью огурец. Я спустил шаровары и стал на колени между ног распростертой Томки. Я видел перед собой то, о чем мечтал в своих фантазиях, о чем мы со знанием дела говорили с пацанами. ЭТО было совсем не ТО. Нет, это не дырка в Томкин живот. Между ее ног был маленький трамплинчик, который переходил в две пухленькие щечки, а из розовой щелки между ними выглядывали два, таких же розовых, тоненьких лепестка похожих на лепестки не полностью раскрывшегося пиона. Я осторожно дотронулся до ЭТОГО рукой, ощущая мягкую, теплую шелковистость, которая оказалась удивительно податлива и легко сдвигалась в стороны от легких прикосновений пальцев. Я лег на неё и своим стоячим концом прижался к этой податливости, испытывая наслаждение от прикосновения к бархатистой теплоте, которая двигалась и, раздвигаясь, позволяла проваливаться глубже в мягкую влажность желобка, по которому двигался мой "инструмент". Нет, он, конечно, не проник в ее глубину, он даже не подозревал о ее существовании, но это мягкое, влажное, порхающее скольжение приносило наслаждение более ощутимое, чем уже знакомое наслаждение игры с ним руками. Между тем Верка прервала, почему-то, свой с Генкой дуэт, и лежала с голым животом на расстоянии вытянутой руки от меня. "А как там, у Верки?" мелькнуло в мозгу. "А мне можно с Веркой? Я же ей не брат" Все согласилась с моими доводами. Я переместился на голое Веркино естество, а Томка, натянув трусы и поправив платье, стала наблюдать с Генкой на наше "тисканье". Верка приступая к исполнению своей части арии, согнула и развела в стороны острые коленки от чего ее "пирожок" несколько укоротился и щелка превратилась в маленький ромбик, из которого высовывались влажные лепестки, под которыми темнорозово темнело углубление. При прикосновении к ее лепесткам мой кончик уже не стал двигаться по желобку как у Томки, а сразу погрузился в горячую влажную тесноту, охватывающую меня со всех сторон, заставляя двигаться кожу на головке и вызывая стремление засунуть его туда весь. Изгибаясь и двигая тазом, чувствовать, как в этой сладкой глубине упираешься в пружинящее сопротивление. | | |
| |
|
| |
| | Игорь хоть и не был ханжой в отношении секса, но такой секс как анальный недолюбливал. Именно теща привлекла его к такому виду сношения, иногда услужливо подставляя ему свою попку. Сначала он сношал ее просто из желания угодить, потом все более и более вливаясь, стал просить сам. Его дико возбуждало то, что сначала приходилось, чуть ли не по миллиметру проникать внутрь, прислушиваясь к болезненным стонам Елены. А потом, когда отверстие привыкало и раздавалось в ширину, долбить заднее отверстие тещи, без труда проникая на всю длину ствола, слушая животные вопли удовольствия женщины. | | |
| |
|
| |
| | Одна переодетая в служанку актриса стояла на коленях перед другой, той, что изображала ее госпожу. Служанке Эльзе на вид было лет восемнадцать, а хозяйке дома в котором та якобы убиралась все сорок. Эльвира была недовольна уборкой Эльзы и по всей видимости решила ее проучить. Сперва она грозила ей штрафом, но Эльза расплакалась, стала умолять ее так не лишать зарплаты. И в конечном итоге они нашли компромисс для обеих. | | |
| |
|
Рассказ №11824
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 08/07/2010
Прочитано раз: 50657 (за неделю: 7)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "СЕРГЕЙ (не слушая). Давай, бля, давай... нехуя разговаривать! (Давит ладонью на плечо КИРИЛЛА, отчего КИРИЛЛ медленно опускается вниз - сначала садится на корточки, затем, подавая корпус чуть вперёд, становится на колени.) Вот так, бля... молодец! (Возбуждённо смотрит сверху вниз.) Хуля, бля, ломаться... отсосёшь по разику... и - никаких проблем! Смотри, бля... (Расстёгивает ширинку брюк.) У меня, бля, уже стоит... как кол, стоит! Ну... рот, бля... рот открывай... пошире... пошире, бля! Так... теперь губы... губы, бля, смыкай... обхватывай... обжимай губами - не бойся! Так, бля... вот так! Заебись, бля... (Двумя ладонями обхватывает голову КИРИЛЛА - как обхватывают баскетбольный мяч.) Зубы, бля... зубы убирай! А губы - плотнее... да, вот так... (Волнообразно двигая бёдрами, смотрит на АНТОНА.) Оптимизация, бля......"
Страницы: [ 1 ] [ ]
Послушно кивнув головой, КИРИЛЛ торопливо идёт к выходу; выходит, осторожно - бесшумно - прикрывая за собой дверь; СЕРГЕЙ и АНТОН остаются вдвоём.
АНТОН (смотрит на СЕРГЕЯ). Ну, бля... ловко ты его раскрутил - уболтал-уговорил!
СЕРГЕЙ (смеётся). Да я сам, бля, не думал, что так получится... так, бля, всё клёво получится!
АНТОН. Нагнал на него страха...
СЕРГЕЙ (самодовольно). А что - разве в чем-то я был не прав? Про статистику ты мне сказал... и вовремя, бля, сказал - просветил меня! (Смеётся.) Тон, а что - это и в самом деле так? Действительно каждый десятый?
АНТОН. Ну! Это ученые вычислили... анонимно анкетировали, всякие опросы делали - не один год исследовали и подсчитали, что каждый десятый... в общем и целом - в среднем.
СЕРГЕЙ (шевелит губами). Смотри, бля, что получается... если взять в нашей школе все параллели с восьмого класса по одиннадцатый, то это в общей сложности будет примерно человек четыреста. Половина - пацаны. Значит, что получается... получается, что где-то пацанов двадцать в нашей школе сосут -в рот берут... или - в рот дают... так?
АНТОН. Может, чуть меньше... а может быть, даже больше! (Смеётся.) А вот дрочат, бля... мастурбируют - сто процентов!
СЕРГЕЙ (смеётся). И ты, бля, тоже?
АНТОН (спокойно - как о чём-то само собой разумеющемся). И ты, бля, тоже... все! Кто через день, а кто каждый день - у кого какая потребность... Я, Серый, только одно не понял: нах ты меня в разговоре подписывал?
СЕРГЕЙ. Ну, мы ж вдвоем... (Смотрит пристально.) Или ты что - передумал, может? Не будешь ему в рот давать?
АНТОН (чуть заметно морщится). Я не про это... Деньги он должен тебе - у тебя с ним разборка на этот счёт: сроки, проценты, оптимизация... . А я, бля, при чём здесь - какое, бля, отношение к долгу имею я? В этой разборке я посторонний... вот я о чём!
СЕРГЕЙ. Деньги мои - это так... но мы же, бля, вместе! Ты сам, когда мы в туалете были, захотел присутствовать при разговоре... ну, и потом - поучаствовать в оптимизации... Или, бля, что - мы не вместе уже в этом деле? Я тебя что-то сейчас не пойму...
АНТОН (с лёгким раздражением). Вместе, не вместе... Я ж не про это сейчас говорю - я говорю тебе про то, что я к деньгам - к оптимизации долга - никак не причастен...
СЕРГЕЙ (после паузы). Тон, короче... ты идёшь сейчас вместе со мной или я его буду оптимизировать сам? Решай, бля... (Смеётся.) Мне, между прочим, уже не терпится... ты, бля - идёшь или нет?
АНТОН (пожимает плечами). Ну, а куда мне теперь деваться, если я тоже здесь был - весь разговор ваш слышал... я, бля, что - разве против оптимизации? (Смёется.) Главное, бля, чтобы он никуда сейчас не удрал - чтобы ждал нас сейчас внизу...
СЕРГЕЙ. Не удерёт... (Встаёт со стула, одновременно с этим засовывая правую руку в карман брюк.) Куда он, нах, денется! Если б хотел он удрать, он бы сразу это сделал... мы ж, бля, его не держали - руки ему не выкручивали, не выворачивали! А он все мой доводы выслушал - что ему лучше будет, а что, бля, хуже... не удерёт!
АНТОН. Ну, посмотрим... сейчас увидим, насколько проникся он всеми твоими доводами. (Встаёт из-за стола, предварительно сунув левую руку в карман брюк.)
СЕРГЕЙ (подмигивает). Тон, ты пишешь левой рукой - и в тетради, и на доске... а ещё что-то делаешь левой рукой?
АНТОН (иронично). Хм, какой наблюдательный: "и в тетради, и на доске"... и не только, бля, наблюдательный - какой ты, Серый, любознательный! (Смеётся.) Я всё делаю левой рукой - а отличие от тебя, праворукого... (Говоря "праворукого", подчеркнуто демонстративно смотрит на правую руку СЕРГЕЯ, глубоко засунутую в карман брюк.)
СЕРГЕЙ (смеётся, демонстративно шевеля рукой в кармане). Я почему-то так и подумал... ну, то есть, подумал сейчас, что левой рукой ты делаешь всё... короче, всё-всё! И даже то, что делают сто процентов... прикинь, какой я сообразительный!
АНТОН. Да уж... сообразил ты классно, как раскрутить пацана на отсос... настоящий оптимизатор! (Нетерпеливо.) Поторопись, бля, лучше - ногами пошевели... а то не дождётся нас Киря - съебётся домой, и будешь ты, Серый, дурак дураком... будешь ты вместо Кири оптимизировать сам себя.
СЕРГЕЙ (смеётся - делает вид, что не понимает). Как это?
АНТОН (смеясь, кивком головы показывает на правую руку СЕРГЕЯ). Элементарно... праворукий ты наш. (Направляется к выходу.) Идём, бля...
СЕРГЕЙ. Да разве ж я против - разве я говорю тебе, что не идём? Конечно, идём... наш ты нетерпеливый! (Смеясь, вслед за АНТОНОМ выходит из кабинета.)
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ (КОМНАТА СЕРГЕЯ) / ВАРИАНТ "А"
Комната СЕРГЕЯ; виниловые обои - разные, но не сильно контрастирующие по цвету - асимметрично наклеены на стены неодинаковыми по длине кусками, что создаёт эффект неправильной мозаики, благодаря чему возникает ощущение объёма; у стены - широкая тахта, застеленная клетчатым покрывалом; над тахтой - огромный постер с изображением парусника, на фоне грозовых облаков отплывающего от каменистого берега; два стола - письменный и компьютерный - стоят по разным углам от окна; у компьютерного стола - компьютерное кресло; над письменным столом - полка для книг с несколькими учебниками и тетрадями; ниже полки - плакат, изображающий сжатые в огромный кулак пальцы; сразу у входа в комнату - шкаф для одежды; ещё одно кресло - низкое и вместительное - стоит против тахты; на полу - тёмно-бордового цвета палас; на стене, противоположной тахте, на широких ленточках висят несколько медалей.
СЕРГЕЙ (входит в комнату вслед за АНТОНОМ и КИРИЛЛОМ). Вот... это моя, бля, комната - мои личные апартаменты. (Смеётся.) Чего ты, Киря, оглядываешься? Расслабься... засады здесь нет.
АНТОН (вполголоса - как бы сам себе). Расслабься - и получи удовольствие... Серый, а это что - твои медали? (Подходит к стене, на которой висят медали.)
СЕРГЕЙ. Ну! (Подходит к АНТОНУ.) Я ж борьбой занимался - ездил на разные соревнования... пока мне это не надоело. Давно поснимать собираюсь, да всё не доходят руки.
АНТОН (рассматривает медали.) А хуля их, бля, снимать? Пусть висят - производят на бикс впечатление.
СЕРГЕЙ (смеётся). Да ну! Детский сад... (Поворачивается к КИРИЛЛУ, стоящему посередине комнаты). Ну, Киря... что? (Говоря "что", смотрит на КИРИЛЛА так, как будто инициатива должна исходить именно от КИРИЛЛА.)
КИРИЛЛ (словно эхо). Что?
СЕРГЕЙ (словно эхо - усмехаясь). Что... это самое, бля... приступим к оптимизации?
КИРИЛЛ (неуверенным голосом - переступая с ноги на ногу). Серый... может, не надо? Я отдам тебе деньги... в ближайшее время отдам!
СЕРГЕЙ (решительно). Так, бля... проехали эту тему! Мы сюда, Киря, не для того пришли, чтоб я снова слушал твоё нытьё... Деньги ты мне отдашь - никуда ты не денешься. Но отдашь ведь не завтра? Не завтра. А потому... потому - приступим к оптимизации! Отсосёшь, бля, клёво - и тебе пять процентов от суммы скошу... обещаю! Вон... у Тона уже стоит! (Смотрит на АНТОНА.)
АНТОН (не реагируя на последние слова СЕРГЕЯ, смотрит на КИРИЛЛА - говорит медленно, рассудительно). Мы, Киря, не голубые... и ты тоже не голубой... если это для тебя так важно - если пугает тебя само это слово... слово "голубой". И вообще... Серый тебе правильно сказал: голубой ты или нет - зависит не оттого, брал ты в рот или не брал, а оттого, знают или не знают об этом другие... ну, то есть, те, кто тебя окружает: соседи, одноклассники, друзья... короче, другие люди. Потому что мы все живём среди них - этих других, и именно их суждения делают кого-то голубым, а кого-то... кого-то - ещё каким-нибудь. (Видит, что КИРИЛЛ, слушая, не совсем понимает, о чем идёт речь.) Смотри... человек, к примеру, может сочинить охуенную мелодию, но если никто эту мелодию не услышит и никто не скажет, что она охуенная, то кто узнает, что сочинитель - талантливый или даже гениальный? Точно так же и здесь: ты можешь хоть тысячу раз брать в рот, но если никто об этом не будет знать, то кто, бля, скажет, что ты - голубой? Никто, бля, не скажет... Это понятно?
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
