 |
| |
| | Мы ещё какое-то время сидели раздвинув ноги, а Вовка все трогал нас и трогал. Я откровенно кайфовала от этого, но старательно маскировала свои эмоции. Было видно, что Аньке такая ситуация тоже очень нравится, она подставляла свою щелку брату и делала так, чтоб я все это видела. И тут я поняла, что у неё такая же проблема, как и у меня. Я решила, что с ней больше в такие игры не играю. Мне итак было уже не в моготу все это действо. | | |
| |
|
| |
| | В доме мы сидели голые за столом в зале, кто на диване, кто на стульях. Пили шнапс и готовились к постельным схваткам. Моя мать сидела на коленях у Ивана, Ханна у меня, а Света пристроилась на колени к Витьку. Оксана лежала на диване раздвинув ляжки. Бестыдно показывая свою чёрную промежность и курила сигарету. Её муж Михалыч, съел шоколадку с наркотиком и пристраивался к своей бляди жене. Член у старого импотента, после первитина, стоял колом. Но поскольку моя мать была занята его родственником. Он решил засадить своей Оксане. | | |
| |
|
| |
| | Сандра успокоилась, подняла голову и увидела как ее мучительница держит в руке флакон, выливает содержимое ей на ступню, втирает, передает другой куртизанке, и та делает тоже самое. Какие у нас теперь мягкие стопочки, надо их помассировать, сказала вторая. И обе берут в руки щетки для волос и быстро трут ее ступни при этом ехидно улыбаясь. Сандра дико хохочет и дергает ногами, но ее экзекуторши тут хватают их и продолжают эту пытку. | | |
| |
|
| |
| | А! - думаю, - х. с ним, - но посмотреть на лапочку - посмотрю. И я аккуратненько, не спеша, стянул с нее штаники с трусняками. Трусняки оказались, кстати панталонами, Танькины, наверное. Е.! - че это за прелесть - девичья краса! Пушок на пипке мелкий, белобрысый. А бедра уже довольно пропорциональные у нее, даже большие, выступают, не смотря на животик. Век бы смотрел! И, между прочим, если-бы она не очнулась бы, то ниче я с ней и не сделал бы. Но она очнулась. Встрепенулась. Как завизжит, дура! Я скорее от испуга ей рот ладонью закрыл. - Заткнись, - говорю. - Я еще девочка, я еще девочка! - затараторила: Девственница я, - и жопкой ко мне своей разворачивается, какбы от стыда, к стеночке. - Е-мое - ну, сама и виноватая! Во мне тут как раз все так поднялось. Зажал я ее в уголок, - Заткнись, - говорю, - дуреха. Тихо сиди, никто тя твоей невинности девичьей лишать не будет. Тока тихо, - и сгреб ее сзади. Станок у нее задний, кстати, толи по причине большого аппетита, толи, может уже баловалась, но разработанный оказался - только дай! В общем плюнул я ей на поясницу. Агрегат свой обмазал. Ухватил ее за сиськи - письки, и, с одного раза в задок ей вогнал! . . Ух и долго ж я пыхтел! Но вот почти ничего не помню. Помню только что мысли у меня были. Что мол - чеж это я делаю. Что здорова девка. Что сейчас гуртом все обратно завалятся. Что такое впечатление, что Кате перед этим делали промывание желудка. Что она даже подмахивает, кажется. Что хреново мне и, одновременно, очень хорошо. Катя -то только постоянно лопотала, чтобы я ее девственность пощадил, не трогал. Письку так еще ручкой прикроет, а я ее вместе с ладошкой ее мну. Но девственности я ее не лишил. Это я помню точно. Потому как, когда я с нее, всей уже мокрой, встал, - сказал: - Покаж невинность свою! - она сначала не поняла, а потом, когда я на шаг от нее отступил, задрала свои срамные губешки, и не свет Показала мне что внутри. Точно. Внутри была она - кожица. Тонкая, заметная. Тут как раз гвалт раздался в коридоре. Я показал Катеньке кулак и пошел в ванную, думая что мне настал пиз: , причем теперь уже окончательный. | | |
| |
|
Рассказ №1184
|
