 |
| |
| | После завтрака нам выдали комбинезоны для гребли и начались тренировки. Мы тренировались на море, поэтому после тренировки решили искупаться, комбинезоны одевались на голое тело, поэтому купались все голышом. И на послеобеднее купание наше отделение пошло голышом. Забегая вперед могу сказать, что к концу смены голышом купался весь второй отряд, несмотря на то, что мы начали замечать на склонах возле бухты подглядывающих местных ребят. Во время обеденного сна больше ни у кого не было желания разговаривать, все падали без сил после изнуряющих тренировок, но зато на спартакиаде дестких лагерей одыха мы забрали все первые места. | | |
| |
|
| |
| | Рык вожака прекратил эти ласки. Все расступились, и обезьяна еще раз внимательно посмотрела на полную грудь и длинные соски. Она что-то удовлетворенно рыкнула и высунула язык. Тот оказался длинным, узким и раздвоенным на конце. Девушке стало плохо. Обезьяна пригнула голову, и длинный язык обвился вокруг башенки на конце груди. - Не надо,- пропищала Глория. Обезьяны недоуменно уставились на неё, а вожак обхватил ее грудь своими плотными губами и начал сосать. | | |
| |
|
| |
| | Катя сняла колготки, откинулась на спинку кресла, закурила и вытянула ноги в стороны. Шура с Валерой слезли с кресел на палас, встали перед Катей на колени. Валера взял в руки её правую ступню, прижал к лицу. Шура взял левую ступню, стал облизывать от пятки к пальцам. Валера достал из штанов стоячий член, нюхал Катины ноги и дрочил. Шура тоже снял штаны и рубашку. Вдвоём они стали лизать женщине внутреннюю поверхность ступней, особенно между пальцами, Катя балдела, прикрыв глаза. Так продолжалось где-то минут двадцать. Потом парни разделись до гола, и помогли раздеться Кате. Она легла на стол, и Валера стал ей вылизывать между ног. Шура подошёл с другой стороны и стал мять ей сиськи и нежно целовать лицо и шею. Катя что-то тихо шептала ему, потом взяла рукой за хуй, потянулась ртом к мошонке, стала дрочить его хуй, лизать яйца. Потом её стало сильно разбирать оттого что Валера продолжал вылизывать её промежность по всей длине, лицо её раскраснелось, она взяла в руки голову Валеры и прислонила её к своей пизде. Буквально через несколько секунд она с криком кончила. Шура продолжал целовать её и мять сиськи, и одновременно поддрачивать свой болт. Катя через некоторое время перевернулась и встала на стол коленями, так что Валера, положив ладони ей на ягодицы, стал вылизывать её анус. Катя в это время сосала у Шуры. Шура тихо вздыхал и помогал ей, двигая её голову за волосы. Вскоре Валера встал и медленно ввёл в Катю свой член. Они стали двигаться, стараясь делать это в ритме. Все трое были очень возбуждены, тела и лица их покрылись красными пятнами, они стонали в голос. | | |
| |
|
| |
| | Сашок притянул к себе ее и впился губами в грудь, в ту самую гладкую сиську, чувствуя как набухают соски и дрожь пробегает по телу куклы. Медленно, покрывая поцелуями грудь, он уложил Гладкую сиську на спину. Мягкие груди слегка расплющились, расплылись под своим весом, пупок глубоко вдавлен в выпуклый животик, ножки разведены и открывают складочку ниже лобка. | | |
| |
|
Рассказ №1221 (страница 3)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 13/05/2024
Прочитано раз: 46915 (за неделю: 2)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Леша приносит мой любимый хлыст. У него есть даже собственное имя - "Пики", данное за наличие на хвосте наконечника в виде фигурки из карточной игры. В кожаное "сердечко" зашит свинец, от чего при сильном ударе может получиться кровоточащая просечка. Попробовав однажды эту штуку у себя на ноге, я чуть не закричала. А ведь это был простой тест нового "девайса", легкий шлепок. Поэтому хлыст применялся редко - слишком уж сурова эта "игрушечка"......"
Страницы: [ ] [ ] [ 3 ]
- Ты мне не нравишься, Леша. Нет, руки-ноги-мышцы - тут все на местах. Но это твое полное согласие со всем, что бы я ни делала...
Это похоже на изматывающую головную боль, когда хочется изо всех сил сдавить виски, только бы она, наконец, прекратилась. Гадко, неуютно, как может быть в маленькой душной комнате, прострелянной июльским солнцем, где в воздухе плавает неоседающая пыль. Так чувствуешь себя, если рывком, на пределе сил, подымаешь с земли что-то очень неудобное, выскальзывающее из рук, ненадежное. Именно ненадежное! Я не понимаю Алексея, так же, как и других, тех, кто получает удовольствие от того, что их мешают с грязью. Я их ненавижу... И именно это притягивает их ко мне. Дистиллят ненависти...
Поднимаюсь, встаю справа от кровати. Ты этого хотел? Сейчас получишь. Думай, что хочешь!
Хлыст режет воздух, а спустя мгновение - кожу на спине Алексея. Ватная тишина. Но через мгновение я слышу:
- Спасибо, Хозяйка...
Мне показалось или он действительно улыбался при этом? Свист, удар - и опять:
- Спасибо, Госпожа! Еще. Пожалуйста...
Становится страшно. До озноба. Может быть, он сумасшедший? Подхожу ближе, замечая побелевшие костяшки пальцев, вцепившихся в матрас. За волосы поднимаю голову Алексея и внимательно рассматриваю лицо. Он тем временем смаргивает слезы и действительно улыбается. Широкой счастливой улыбкой. Это - последнее, что я хотела бы видеть сейчас. Что угодно, но только не спокойное удовольствие. Псих, идиот, не буди во мне зверя!..
Разжимаю руку, опять становлюсь в метре от кровати. Взмах, свист плетеной кожи, чмокающий щелчок от соприкосновения с телом. Еще, еще и еще раз. Алеша не успевает за моим ритмом: откидывает голову назад, давя врущийся крик.
- Хозяйкаааа!
Нет, это не просьба к остановке, как раз наоборот. Леша играет в опасные игры. Кто кого. Конечно я, как всегда и со всеми. Спина Алексея прочерчена пятью яркими линиями. Капля крови стекает по боку. Наверное, это щекотно. Щекотно?! До того ли ему сейчас?!
...Взмах, свист, удар. Две, три, четыре новых полосы. Алеша вдавливает лицо в подушку, мыча что-то нечленораздельное, то ли "а-а-а" то ли "да-а-а". А нужно просто сказать "нет" - и все моментально прекратится. Но протеста не звучит, и я продолжаю свое дело.
Но вот, наконец, - то, чего я ждала!
- Госпожа, прошу Вас... - Он не договаривает, но и так ясно, что терпеть дальше уже не в состоянии и просит хотя бы паузы.
- Стервец, не мог сказать раньше. Испачкал мне чистый пододеяльник. - Я зла и цинична. Но победителей не судят. На постельном белье расплываются несколько темно-красных пятен.
Что он сказал??? Не верю своим ушам! Повтори!
- Я подумал, что не стоит бросать начатое на полпути. Пододеяльник все равно испорчен, так что можете не переживать за него, Госпожа. Будьте добры, продолжайте!
Алеша смотрит на меня, приподнявшись на локте. Улыбка дергающаяся, но, черт возьми, он действительно улыбается. Задорно, зло, с вызовом. Обмен ненавистью состоялся...
А ведь действительно хочется продолжать.
Бить!
Не разбирая куда!
Не реагируя больше на просьбы о пощаде!
И я смогу...
Замах.
Хлыст огибает плечо, кожаное сердечко впечатывается в грудь. Алексей падает на постель. Молча. Вцепившись в матрас. Напрягая мышцы до каменной твердости.
Замах.
По попе, через бедро, взахлест. Новые линии перекрещиваются с прежними...
Замах.
Через несколько бесконечно долгих минут вижу, как Леша расслабляется. Стоп! Лучше, чтобы он не терял сознания. Выпускаю из руки хлыст и делаю шаг к кровати. Ничего особо страшного, я видела спины и поузористее. Заживет. Как ты там?
Алеша медленно переворачивается на бок, смотрит мне в глаза. Вот тогда становится по-настоящему страшно. Улыбается. С ненормальной, безграничной нежностью. Прокушенные до крови губы слегка вздрагивают. Он протягивает ко мне руку, словно нищий с просьбой о подаянии. Ничего не требуя, не пытаясь прикоснуться, в ожидании. Хочется то ли плакать навзрыд, то ли ругаться самыми черными словами. Кладу свою ладонь на протянутую мне. Алексей с трудом приподнимается и целует мне руку.
- Хозяйка.
Это звучит как утверждение. Видно берут не только в рабы, но и в Господа.
- Алексей...
Сейчас я люблю его. И ненавижу...
Страницы: [ ] [ ] [ 3 ]
Сайт автора: http://about.smlife.ru
Читать также:»
»
»
»
|
