 |
| |
| | Кто-то кончал мне в рот, другой принимался лизать киску, еще один, кому не хватило дырки, терся о мои пятки членом. Еще один просто стоял рядом и мастурбировал, брызгая спермой в мою сторону. Так долго меня никто никогда не трахал. Я сама возбудилась от этой оргии и кончала как заведенная. Я вошла в раж, и успевала только двигаться в ритм этой постоянной сексуальной оргии. Поверхность массажного стола была залита спермой, я просто уже извивалась в ней и скользила голым телом по столу. После очередного одновременного оргазма и излития спермы в мой рот, киску и попку, мне стало дурно и меня стошнило спермой. | | |
| |
|
| |
| | Мы с сыном начали синхронно двигать членами. Наташка извивалась на наших могучих колах, ощутив всю прелесть "бутерброда". Я чуял, как в её анусе движется член моего сына, и, думаю, он тоже чувствовал мой, настолько возбуждены мы были, что перемычка между этими двумя сокровенными отверстиями почти стёрлась. Почуяв, где-то минут через 10, что Наташа может кончить, мы поменялись. А потом ещё раз. И ещё. Наконец, мы все были не в силах терпеть. Нас трясло, гнуло, выгибало. А больше всех, конечно, Наташу. Ещё бы, ведь ей достался двойной заряд спермы! Но ничто не вечно, к сожалению. Вот мы иссякли, и Наташа обмякла. Мы с сыном продолжали целовать её, и друг друга. Мяли её попку, и жалели, что у неё ещё нет груди. Но ведь все ещё впереди... Вот только дефлорации второй раз не совершить... | | |
| |
|
| |
| | Её красиво очерченное лицо, губы, нос и голубые под цвет неба надменные глаза. Красноречиво говорили об её знатном происхождении. Нет моя мать Марина, Света и Оксана не смотря на свою красоту, все же были колхозницами. А вот Ханна была другой, настоящая " валькирия" из древних германских легенд. Один взгляд её надменных голубых глаз чего стоил? Я подождал пока немка докурит сигарету почти до фильтра, жадно затягивась выпуская дым через нос. Осторожно чтобы не обжечь девушку, вытащил окурок и её рта и поцеловал белокурую гауптманшу в губы. Ханна не ответила на мой поцелуй, её тонкие аристократические губы оставались неподвижны. Но она и не отвернула брезгливо голову от того что её целует русский парень. Нет в холодных голубых глазах немки, не было презрения или брезгливости ко мне. | | |
| |
|
| |
| | Этот соскок заставил девушку громко вскрикнуть, так как она все еще находилась в замке с кобелем. В таком положении, мой член у Аллы в заднице, член Лорда застрявший в переднице: мы лежали еще минут пятнадцать. А Алла елозила попкой, тихонько постанывала и вздрагивала: | | |
| |
|
Рассказ №12414
|
