Рассказ №13632 (страница 2)

     Тикса жарко дохнула мне в ухо.
     - А ещё можно, - лукаво добавила она, - незаметно положить кончик нити кому-нибудь на плечо. Чтобы он, пытаясь стряхнуть нить, потянул за неё...
     Несмотря на повязку, я ощутил на себе её взгляд.
     - А тебя когда-нибудь ловили на этом? - вдруг спросила она. - Случалось ли тебе... ну, оказаться на грани... раскрытия?
     Мне стало душно.
     Невольно вновь бессильно дёрнулись веки, тщетно пытаясь преодолеть плен синей шёлковой ленты. Казалось не очень-то удобным вести беседу о таких вещах, не зная даже, не находится ли в пяти шагах от нас кто-нибудь посторонний.
     - Случалось, - тем не менее хрипло ответил я. - Как-то раз лет в четырнадцать в подъезде...
     Я замолк, не в силах выдавить из себя подробности. Бывшие чересчур уж извращёнными, балансируя на грани шизофрении.
     Губы Тиксы мягко коснулись моих губ. Ложбинки над верхней губой, располагающейся меж губами и носом. Переносицы.
     На миг я ощутил её свободную ладонь у себя на поясе брюк, но ощущение тут же пропало.
     - Тебе понравилось, правда? - шёпот её манил, завлекал. В этот миг я был готов отбросить все приличия и наброситься на неё, но понимал, что слепому не поймать зрячую. - Что тебя могут поймать... застукать... да?
     - Да. - В этот миг я также был готов согласиться с чем угодно. Кроме того, магия её голоса была такова, что я уже не знал точно - может, она права? . .
     Тикса на мгновение прижалась нижней частью корпуса ко мне - всего лишь на мгновение, не боле. Но этого хватило, чтобы осознать всю степень чудовищного напряжения в моих брюках.
     - Держу пари, - сделав паузу, на прерывистом выдохе сладко проговорила она, - что тебе бы сейчас хотелось... этого. Но сейчас тебя могут застукать... как и тогда. Ты ведь не знаешь, что находится... по другую сторону повязки.
     Проговорив последние слова с притворной показной печалью, Тикса озабоченно вздохнула.
     - Совершенно не представляешь...
     Ладонь моей спутницы вновь легла на пояс моих брюк, провела по нему, чуть огладив ткань. И, хотя произвела она это совершенно не в том месте, где могла бы осуществить миниатюрный взрыв, а весьма и весьма в стороне, даже такого - намекающего - действия хватило, чтобы...
     - Мне всё равно, - коротко выдохнул я.
     Это было словно в безумном сне, словно в эротическом видении, когда твоё собственное подсознание изводит тебя донельзя и когда ты проскальзываешь рукой под одеяло, практически не стесняясь персонажей сна...
     - Эй. - Голос Тиксы был сладок. Предельно сладок, словно дрожа от тщательно сдерживаемого смеха. - Что ты делаешь. Ты ведь не знаешь. Не смотрят ли на тебя люди.
     - Плевать, - отрубил я.
     - Тогда ты мог бы, - голос её чуть понизился, приобретя при этом не то задумчивые, не то заговорщицкие нотки, - спустить с себя брюки. И бельё. Совсем.
     В голосе её также звучала лёгкая подначка; мне показалось, что она снова провела языком по губам.
     Не в силах этого вытерпеть, я расстегнул рывком молнию брюк. Язычок на молнии при этом чуть было не оторвался от замочка. Брюки отправились в свободный полёт вниз, как секундой позже за ними отправились и лишь невероятным чудом не порвавшиеся от внутреннего напора плавки.
     Холодный ветер обдул мои ноги, бёдра и иные органы, но мне было безразлично. Стоя с завязанными глазами и со спущенными брюками перед девчонкой, с которой невиртуально познакомился лишь около получаса назад, не говоря уже о неизвестном количестве иных возможных наблюдателей, я бешено наращивал обороты движения руки, чувствуя, что вот-вот умру если не от стыда, то от нереализованного вожделения, причём от чего именно - мне совершенно всё равно.
     
     ... узнать, как вся эта мизансцена выглядела со стороны, мне довелось весьма нескоро. Лишь несколько месяцев спустя, приучив меня к шалостям, по сравнению с которыми произошедшее в тот вечер выглядит вполне невинно, Тикса осмелилась открыть мне правду. Тогда же, в вышеупомянутый вечер, она просто увела меня обратно - из того же места, куда привела, - не развязывая глаз и не раскрывая до поры правды.
     Лишь несколько месяцев спустя Тикса решилась поведать мне, что местом, куда она меня тогда привела, была залитая светом прожекторов станция автозаправки с работающим при ней круглосуточным магазином.
     Тогда...
     ... Тикса с усмешкой смотрела на практически голого парня, стоящего с запрокинутой назад головой и спущенными брюками, который неистово мастурбировал прямо перед витриной магазина под ярким светом прожекторов, на глазах изумлённой продавщицы и немногочисленных в этот поздний вечерний час прохожих. Выражение её личика в этот момент могло показаться дьявольским - чему немало способствовали алые отблески задних фар отъезжающего автомобиля в глазах. Пытаясь удержаться от совсем уж откровенного смеха, она на миг поднесла ладонь к собственным губам, но тут же опустила её.
     Глупый какой.
     И ведь она не сказала ему ни единого слова неправды. Кто же теперь, спрашивается, виноват? . .
     Тикса рассмеялась, уже не стараясь сдерживать себя.
     
     "Что ж. Если после этого он не назовёт меня долбанутой психичкой или чокнутой извращенкой - как все нормальные парни - тогда, пожалуй... тогда, пожалуй, можно будет в него влюбиться. И... возможно, придумать со временем что-нибудь ещё".
     _________________________
     * Ляпсус манус - в буквальном переводе с латыни "ошибка пальцев".


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать также: