Рассказ №13749

     Предисловие: все государства, события и имена вымышлены, название я намеренно написал по-английски.
     
     День первый.
     
     Меня арестовали на девятый день военного переворота, и теперь я второй час в наручниках сижу в каком-то зале. Возле выходов стоят хмурые автоматчики. Все это кажетсядурным сном и хочется проснуться. Первый час в голове постоянно крутилась сцена ареста: меня задержал на улице военный патруль с оппозиционной листовкой, я просто взял ее у парня в переулке, он их часто там раздавал. Больше ничего и никого я не знаю. Чтобы отвлечься от навязчивых мыслей, я стал рассматривать остальных арестованных. Часть вывели, когда я еще был вшоке от ареста, и теперь осталось четверо:
     
     девушка лет двадцатипяти, светловолосая, в желтом платье, парень, по виду студент-первокурсник с длиннымиволосами и еще одна девушка, коротко стриженая брюнетка лет двадцати в шортах и черной футболке. Задевушкой в платье пришел офицер, ее увели, и нас осталось трое. Солдаты внешне враждебности не проявляли, дажевыводили в туалет, и я стал отходить от шока.
     Вот тогда за мной и пришли тотже офицер с автоматчиком. Вели меня вотдельно стоящее здание, теперь я рассмотрел, что это не тюрьма, а военная база. В здании спустились вподвал, в большой комнате со стальной дверью ждали четверо мужиков, каждый килограмм под стовесом, явно не солдаты, в серыхкомбинезонах. Офицер передал им документы, что-то негромко сказал и вышел. Мне почему-то показалось, что это тюремные конвоиры. Один из конвоиров снял с меня наручникии мрачно сказал:
     
     -Сними туфли.
     
     -Да, пожалуйста- я изо всех сил пробовал казаться спокойным.
     
     - А теперь раздевайся донага.
     
     К-к-ак? Н-нет, я не буду!
     
     Мне без труда заломили руки за спину, сковали их наручникамии подвесили за ноги к крюку на потолке. Грубо и больно расстегнули брюки, вытащили наружу половые органы и стеганули по ним куском резинового шланга. Я увидел на полу желтое платье с белыми трусиками и закричалот боли и ужаса. Трое ушли, со мной остался один и периодически стегал меня по гениталиям. Я лишь беспомощнодергался, чувствуя, что страх и безысходность скоро раздавят меня. Вернулись остальные конвоиры, спустили меня с крюка и сняли наручники. Всхлипывая, я свернулся клубком на полу.
     
     - Раздевайся.
     
     Еще раз на крюке я не выдержу, и дрожащим голосом говорю: -да, да, я согласен, сейчас:
     
     Дрожащими руками снимаю с себя все и кладу рядом с желтым платьем.
     
     Мне надевают мешок на голову и подталкивают в спину:
     
     -Пошли.
     
     Страшно и унизительно идти голым, спотыкаясь, внеизвестность. Видимо, здесь подвалы не водин этаж, мы идем еще вниз, по коридорам, и я натыкаюсь на какой-то предмет.
     
     -Садись.
     
     Послушно сажусь, руки заводят назад и пристегиваютнаручниками. С головы снимают мешок, от страха у меня волосы встают дыбом. Я сижу на стуле в ярко освещеннойкомнате. Рядом со мной некое подобиегинекологического кресла, на нем стонет привязанная девушка. На голове у нее мешок, но я вижу выбившиеся из- под него светлые волосы. Помимо воли перевожу взгляд на ее промежность: выбритые половые губы в сперме, на лобке немного светлых волос. Кроме четверых конвоиров, в комнате человек в штатском лет сорока с лишним, худощавого крепкоготелосложения, седеющие волосы коротко подстрижены, лицо почти без морщин, но с двумя шрамами. Он спокойно говорит:
     
     - Я твой Следователь.
     
     Делает знак рукой, четверо подходят к девушке и по очередиее насилуют. Видимо, это не в первый раз, потому что она почти не реагирует. Меня же бросает в дрожь от этого зрелища. Подождав, пока все четверо кончат, Следователь расстегивает брюки, подходит к девушке и кончает в нее. Застегнувшись, поворачивается ко мне, смотрит в глаза и видит в них один животный страх и желание любой ценой договориться с ними, только бы отпустили и не трогали меня. Понимающе улыбнувшись, кивает одному из конвоиров. Тот снимает с меня наручники.
     
     - Встань со стула.
     
     Послушно встаю на дрожащих ногах.
     
     -Подойди к ней и вылижи.
     
     Подхожу, становлюсь на колени и утыкаюсь лицом в промежностьдевушки. Слизываю и глотаю вытекающую из нее горько-соленую сперму. Девушка уже не реагирует, она то ли в шоке, то ли потеряла сознание. Старательно вылизываю ей внутреннюю сторону бедер, половые губы, клитор, погружаю язык во влагалище. И у меня набухает член. Следователь видит это и говорит:
     
     -Мастурбируй.
     
     Я стою перед ними, смотрю на тело девушки и мастурбирую. Такое чувство, что стыд, ужас и сладострастие разрывают меня изнутри. Член уже твердый как палка.
     
     -Она тебе понравилась? Хочешь кончить? Возьми ее.
     
     Я не могу сопротивляться инстинктам и вставляю в нее. Никогда в жизни я не испытывал такого оргазма. Чуть не теряю сознание, когда кончаю в нее, стою и тяжело дышу.
     
     - Ты еще не все вылизал.
     
     Все пятеро вываливают члены из брюк.
     
     Обмякший, безвольный, готовый испить позор до дна, подхожук Следователю и становлюсь на колени. Головка упирается мне в губы, и я открываю рот. Тщательно вылизываю пять солоноватых членов, покрытых спермой и женскими выделениями. Один из конвоиров даже кончает мне в рот, остальные уже не могут.
     
     Затем девушку отвязывают, мне приказывают взять ее на руки инести. Камера оказывается недалеко, в ней нет нар, просто широкая полка - лежак, за низкой перегородкой стоячий душ и унитаз. Мне приказывают положить девушку, с ее головы снимают мешок, выходят и стальная дверь захлопывается. В камере довольно жарко. Девушка сжимается калачиком, мелко дрожит и всхлипывает. Я сижу рядоми молчу. Так длится довольно долго, пока дверь снова не открывается. Заходят два конвоира, приносят полотенца и жидкое мыло.
     
     - Вымой ее и расчеши.
     
     Я поднимаю девушку, веду в душ и начинаю тщательно изаботливо мыть. Она не сопротивляется, только пытается отвести мои руки, когда мою ей груди, лобок и попку.
     
     У меня снова набухает член, я боюсь, что все это заметят.
     
     Вымыв, вытираю ее и наматываю ей на голову полотенце.
     
     - Вот чай, напои ее и пей сам.
     
     Чай крепкий и сладкий. Напоив девушку, пью сам, мне дажедают булочку. Как ни удивительно для такой ситуации, аппетит у меня есть. Мне дают расческу и приказывают расчесать девушку. После этого конвоиры оставляют зубные щетки и выходят.
     
     Мы остаемся одни в полутемной камере. Девушка ложится, и ярядом с ней, больше лежать негде. Долго лежим молча, я начинаю дремать, но тут девушка слабым голосом спрашивает:
     
     -за что тебя арестовали?
     
     -да в общем ни за что, просто листовку нашли:
     - меня Настей зовут, а тебя?
     
     - Павел: Паша: Пашка:
     
     -тебя тоже мучили, Пашка?
     
     Краснею от стыда, запинаюсь и бормочу:
     
     -ну: да: били: очень больно: по половым органам:
     
     Настя поворачивается ко мне, кладет голову на плечо, а рукумне на промежность. От неожиданности я дергаюсь.
     
     -так болит, Пашка?
     
     -да: вот: очень больно: резиновым шлангом: били там:


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: