 | | Но взгляд мужчины был непреклонен, и Лида, густо краснея, стала стаскивать с себя трусики. Распрямившись, она плотно сжала колени, одной рукой все также прикрывала грудь, а другой свой лобок. Ее всю била дрожь от страха, но, как ни странно, Лида постепенно возбуждалась от того, что происходило с ней. Ей никогда не нравился мазохизм, но однажды, уже после развода, ей приснился эротический сон, в котором она исполняла все прихоти своего неведомого господина. Проснулась она вся мокрая, но мокрая не столько от пота, сколько от собственных соков, истекающих из ее возбужденной киски. | | |
