 |
| |
| | Бeз умa oт узoсти такого гoрячeгo, влaжнoгo влaгaлищa, я мeдлeннo двигaл бёдрaми, тo пoгружaясь в нeё пoлнoстью, тo выскaкивaя нaружу, и срaзу жe eё пoлoвыe губки жaднo чмoкaли, нaчинaли искaть мeня, с жaднoстью, истeкaя слёзкaми, прoсили внoвь удeлить им внимaниe. И срaзу я пoчувствoвaл, кaк стeнки жeнскoгo влaгaлищa зaдрoжaли и нaчaли судoрoжнo сoкрaщaться, сильнo сжимaя мoй члeн. Oнo пульсирoвaлo, жaднo всaсывaя eгo в сeбя, вызывaя внизу живoтa вoлну oргaзмa. Липa пoтoм скaзaлa, чтo oт тaкoгo удовольствия oнa чуть сoзнaниe нe пoтeрялa. И oнa счaстливa, чтo былa с нaми! | | |
| |
|
| |
| | Больше всего на свете Полина не любила две вещи: свое собственное имя и арфу. И тем и другим она была обязана своей мамочке. Когда Полина окончила музыкальную школу по классу фортепиано, ее мать веско промолвила: «Наша дочь будет играть на арфе». И хотя Полина не питала к своей мамочке ни малейшего уважения, ей пришлось подчиниться. На сторону мамочки встал отец, которого она боготворила и немного побаивалась. «Полина, так нужно!», - сказал он, и Полина поступила в училище на отделение щипковых, | | |
| |
|
| |
| | Как то принимая ванну, расслабился нежась в тёплой водичке покрытой пеной и вздремнул, проснулся от щелчка открывания шампуня, и вижу стоит приёмная 23 летняя мама без лифчика, лишь в подъюбнике на голое тело - набрав в ладошку шампунь и пытается намылить мои кудри, шокирован её прекрасным видом груди - я не смог сопротивляться, и пока я находился в шоковом состоянии - она взяла инициативу, намылив голову, скомандовала встать и опереться о стену - намылю спинку тебе, и выдернула за цепочку пробку из ванной - выпустить воду, а с себя сбросила коротенький белый подъюбник и встала в ванну сзади меня и стала натерать спину прижимаясь низом живота к моим ягодицам, за тем прижавшись упругой грудью к моей спине и двигаясь а руками обхватив стала тереть мне по животу и груди, я понимал - это неправильно, этого нельзя - но моё тело хотело чтоб такой кайф не останавливался, а приёмная мамочка перешла тереть мне ноги, ступни и подымаясь к бёдрам, ягодицам не пропуская своими шаловливыми вездесущими пальчиками по всем закоулкам и укромным местам. | | |
| |
|
| |
| | С этими словами она взяла член офицера и начала заглатывать его как удав. Я видела как раздувается ее горло когда член входит внутрь. Тут же я представила то как раздувается мое горло и сильно возбудилась. А офицер вновь принялся за меня. Я очень старалась и вскоре у меня начало получаться. Увидев это женщина надела толстенное дилдо и зайдя сзади принялась ебать меня в обе дырки как до этого делал офицер. | | |
| |
|
Рассказ №1614 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 05/06/2002
Прочитано раз: 62853 (за неделю: 1)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Возвращался я как-то из Крыма в общем вагоне поезда "Симферополь - Баку". "Прямых" билетов до Москвы не было, поэтому приходилось путешествовать в таких условиях да к тому же с пересадками. Хорошо ещё нам с приятелем удалось вовремя подсуетиться при посадке. Мы оказались в числе счастливчиков, успевших захватить себе "цельные" полки и получивших в результате возможность принять нормальное лежачее положение. Те же, кто не успел, ютились по два-три человека на полке. ..."
Страницы: [ ] [ 2 ]
- Здесь такие дурацкие краны! У меня ничего не получается!
- Давай помогу, - живо, словно всегда готовый пионер, поспешил откликнуться я.
Пропустив меня внутрь, женщина снова заперла дверь на замок. Задрав юбку до пояса и подоткнув подол, широко расставив ноги в стороны, она приготовилась принимать "водные процедуры". Я усиленно пытался не обращать внимания на её позу и не думать о том, что ниже пояса моя подруга опять совершенно голая. Пытаясь оправдать оказанное мне доверие, я с истинно пионерским усердием снова и снова отжимал водопроводный кран, пока наконец окончательно не убедился, что подобная работа мне не по зубам. Пришлось поменяться ролями. Теперь уже мои ладони трудились над пиздой, в то время как сама женщина давила на кран. Однако ей тоже не хватило усердия. Во всяком случае по мере того как я осваивался с новыми для себя функциями и входил во вкус, она всё больше отлынивала от своих прямых обязанностей, а вскоре и вовсе плюнула на них и, вцепившись руками в раковину умывальника, принялась поскуливать от удовольствия. Судя по тому как быстро увлажнялись мои ладони (и это была уже отнюдь не вода), чувствовала она себя совсем не плохо:
Кончив, женщина опустилась передо мной на колени и, спустив штаны, начала колдовать над моим поникшим членом при помощи язычка. Язычок её был нежен и страстен одновременно. Временами я ощущал прикосновение острых маленьких зубок. Это было нечто! И мой член, оценив старания женщины, стал понемногу оживать в тугом кольце её плотно сомкнутых губ.
Доведя его до кондиции, женщина отстранилась в сторону, предоставив действовать мне. Развернув её лицом к умывальнику, я коснулся членом упругой задницы.
- Можно?
- Угу, - она уже была согласна, похоже, на всё.
Наклонив женщину пониже и разведя ей ноги как можно шире в стороны, я принялся осторожно вкручивать в неё свой член. Обильно покрытый слюной, он достаточно свободно скользил меж её ягодиц, постепенно забираясь всё глубже и глубже: В тишине спящего вагона слышалось лишь наше тяжёлое дыхание да всхлипы моей подруги.
- Больно?
- Нормально: - с трудом между двумя стонами выдохнула она. - Давай же: Давай:
Я начал двигаться смелее и энергичнее. Узкое отверстие плотно сжимало разгорячённый член. Ещё чуть-чуть, ещё: Член запульсировал, вздрогнул и начал извергать из себя тёплые сгустки влаги:
Откинувшись на стену, я отрешённо наблюдал в свете встречного поезда за мутно-белой струйкой семени, сочившейся меж двух округлых полушарий и стекавшей затем по ногам женщины. У меня не было сил даже поднять штаны:
Проснувшись утром, я обнаружил, что моей ночной феи простыл и след. Должно быть, сошла с дочкой на одной из промежуточных станций. На столе меня ждала огромная желтобокая дыня с приколотой перочинным ножиком запиской. В записке было всего две фразы:
"Приятного аппетита!" И ниже: "Спасибо за всё".
Собирая вещи, я обнаружил под своей полкой изодранные в клочья колготки и изящные кружевные трусики. Всё, что осталось от этого мимолётного романа. Забавно: я так и не спросил у женщины её имя. А впрочем, что имя, ежели я не разглядел толком даже её лица!
Октябрь 1991 - май 1993 г.
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать также:»
»
»
»
|
