Рассказ №16364

     Рон открыл глаза.
     - Что-о?
     Гермиона виновато посмотрела на него. Её пальцы, впрочем, как отметил Рон краем сознания, принялись неспешно скользить вдоль ткани брюк из стороны в сторону.
     - Это просто ночные грёзы, Рон. Которые мне даже под действием Империуса никогда не взбрело бы в голову осуществить наяву. И потом, - голос её чуть понизился, а в глазах что-то неуловимо блеснуло, - разве тебе в своих фантазиях, касающихся меня, никогда не хотелось совершить что-то аморальное?
     Рон почувствовал, как у него пересыхает во рту.
     - Х-хотелось, - глухим, каким-то совершенно не своим голосом, признался он.
     Гермиона вновь слегка склонила голову набок; глаза её засияли, а пальцы на причинном месте Рона чуть сжались.
     - Например?
     Он невольно приоткрыл рот. Обнаружив, что губы его также успели пересохнуть, поспешным нервным движением языка облизал их.
     - Мне... я... представлял иногда, что будет, если одолжить у Гарри его невидимую мантию... и...
     - И? . . - сладко протянула собеседница.
     - Пройти поздно вечером за тобой в твою комнату. - Рон замолк на некоторое время; мысли его путались. - Потом... я бы мог наблюдать за... увидеть, как...
     - Как я раздеваюсь, - негромко подсказала Гермиона.
     - Да.
     - А дальше?
     Глаза Гермионы уже не просто сияли, а пылали, подобно двум эльфийским огням. Ладонь же её принялась неторопливыми движениями оглаживать материю вокруг возникшего на ткани брюк Рона бугра, в замедленном музыкальном темпе выписывая круговые виражи.
     - Увидеть тебя голой, - выдохнул Рон. - Как тогда... в библиотеке. Увидеть тебя в кровати. Увидеть, как ты... как ты ласкаешь себя.
     Гермиона вытянулась вперёд, наклонившись так, что Рон почти чувствовал на своей правой щеке горячую щекотку от её дыхания.
     - Значит, меня тогда не обмануло то мутное ощущение, - мелодично произнесла она. Рона бросило в жаркий озноб. - Я почему-то чувствовала, что ты этого хочешь.
     Она приблизила своё лицо почти вплотную к лицу Рона, глядя ему в прямо глаза.
     - И как давно тебе этого хочется, Рон Уизли? - сладко шепнула она. - Когда в самый первый раз ты начал фантазировать о чём-то подобном?
     Рон отчаянно заалел, не в силах отвести от неё взгляд.
     - На т... на третьем курсе, по-моему. Или... - он осёкся, заалев ещё гуще. - Не помню.
     - Ты никогда не говорил мне об этом. - Гермиона почему-то облизнулась.
     - Н... нет.
     Она немного помолчала, согревая переносицу и губы Рона своим горячим дыханием.
     - А ещё? - вдруг спросила она. - Понаблюдать, как я раздеваюсь, увидеть, что я делаю с собой в спальне, - и это всё? Разве у тебя не было каких-нибудь других фантазий? На третьем курсе, на четвёртом? . .
     От её слов и её близости Рона поочерёдно бросало то в жар, то в холод.
     - Смелей, Рон, - шепнула она.
     Кончики её пальцев щекотнули его под столом.
     - Не бойся.
     Рон вновь закрыл глаза. Ему было стыдно, нечеловечески стыдно, - от того, что первые приходящие на ум фантазии были мерзкими, гнусными и извращёнными.
     - Я... не могу. Я никогда бы этого не сделал... я...
     - Понимаю, Рон, - нежно прошептала Гермиона прямо ему на ухо, в то время как благодаря действиям её опытных пальцев ткань брюк уже лишь чудом не лопалась изнутри. - Это лишь фантазия. Расскажи о ней.
     Рон приоткрыл рот. В первый миг - только чтобы глотнуть побольше воздуха.
     - Мне думалось о том, что будет, если... захватить с собою под невидимой мантией колдограф, - проговорил он. - Сделать пару или тройку снимков тебя обнажённой... ласкающей себя. Чтобы просматривать их иногда.
     Он замолчал на некоторое время; Гермиона, чувствуя, что это ещё не конец, меж тем поддерживала его энтузиазм рассказчика, то сгибая, то разгибая свои тонкие и невероятно умелые пальчики.
     - Потом я подумал, что было бы, если бы ты узнала про снимки. - Рон сглотнул слюну. - Возмутилась бы, конечно. Но потом... захотела бы, чтобы никто не узнал, не увидел их. Готова была бы на всё, чтобы этого не случилось...
     - Даже так, - недоверчиво протянула Гермиона, отсев от него чуть подальше - устранив при этом ладонь с его брюк - и уставившись на него с каким-то странным выражением на лице. Снисходительностью, что ли? - Шантаж?
     Рон промолчал, ощущая, как невообразимо громко и гулко бьётся его сердце.
     - Что ж... - задумчиво изрекла Грейнджер. Голос её вновь стал медоточиво сладким. - А что именно ты заставил бы меня сделать, Рон Уизли, угрожая иначе опубликовать снимки? Расскажи.
     Она чуть-чуть приоткрыла губы, глядя Рону в глаза. Меж губами её проскользнул на миг розовый поблескивающий язычок.
     - Поз... позировать для новых снимков. - Он ощутил себя водителем магловского автомобиля, на полной скорости несущегося в пропасть. Так или иначе, остановиться он уже не мог. - Стоять перед объективом... голой. Ласкать себя с помощью... разных предметов. Размазывать... по своему телу... едкую горчицу, слизывая её потом... из самых далёких мест.
     - Да, - проговорила Гермиона.
     Глаза её были мечтательно затуманены, а пальцы рассеянно теребили край мантии.
     - Или втирать её... - добавил Рон, чувствуя, что если всё-таки остановится, то вряд ли сможет снова заговорить, - сильнее в кожу... чтобы зуд, раздражение, жжение заставляли потом тереть кожу ещё сильнее, опять и вновь.
     - Рон.
     Гермиона взглянула на него со странным томным выражением на лице. Пальцы её продолжали меж тем теребить край мантии.
     - Ты ведь сейчас по сути фантазируешь. Как тогда. А мне... как я говорила, всегда хотелось посмотреть, как мальчики делают это.
     Рон вновь вспыхнул, хотя, казалось бы, уже ничто не сможет его существенно устыдить.
     - Просто закрой глаза, - предложила она, - и действуй так, словно ты в комнате один. Словно ты фантазируешь мысленно... рассказывая сам себе, что и как ты сделал бы с беззащитной Гермионой Грейнджер... к чему её принудил...
     На миг она слегка куснула верхнюю губу.
     - Пожалуйста.
     Рон прикрыл глаза.
     И, чувствуя, словно некая неосязаемо тонкая нить внутри него вот-вот готова лопнуть, провёл рукой по собственным брюкам.
     На глазах у Гермионы.
     - Скажи, что бы ты ещё вынудил совершить меня, пользуясь своей неограниченной властью? - Голос её был мягок, был сладок, успокаивая и ввергая в пик разгорячённости одновременно. - Ведь действие не ограничилось бы... порочными фотоснимками?
     Судя по звуку, собеседница облизнулась.
     Рона бросило в озноб от этого звука.
     - Я... - начал было он. Запнувшись, неуверенно продолжил: - Приказал бы, чтобы ты встала на колени передо мной. Совершенно... обнажённая.
     - А потом? - Тон Гермионы был полон мёда и ожидания.
     - Поцеловала меня... туда.
     - И? . . - Интонации её речи будто бы чуть-чуть позванивали от волнения.
     - Открыла рот...
     Рон поймал себя на том, что рука его, прежде лишь вяло потиравшая брюки, движется всё быстрее и быстрее.
     В следующее мгновение его вновь пробил ледяной озноб - и при этом жесточайший жар: он осознал, как вся эта сцена выглядит со стороны, как всё это дичайше нелепо и противоестественно, как выглядят со стороны его собственные действия - то, чем он занимается на глазах у испытанной боевой подруги всех своих школьных лет, Гермионы Грейнджер, одновременно рассказывая, как ему хотелось бы её - фактически - изнасиловать. От лица его отхлынула чуть ли не вся кровь до последней капли.
     Мгновением позже он услышал её лёгкий, подобный звону колокольчика смех.
     Недоумённо распахнув глаза, он увидел Гермиону, подпёршую голову рукой и смотрящую на него не то с иронией, не то со снисхождением.
     - Эх, Рон, Рон, - мелодично протянула она. - Если бы ты только знал, какие фантазии роятся у меня в голове со второго курса.
     Рон изумлённо моргнул.
     - Да, ещё со второго, - верно поняла его удивление она. - Тогда мой организм, вероятно, готовился перестраиваться к новому режиму, выходя на первый виток взросления, так что грёзы захлестнули мозг просто сумасшедшие - потом, когда это прошло, мне даже пару лет было стыдно за них.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: