 |
| |
| | Оттрахали фрицевок ребята и хотели ими обменяться, но я не разрешил карусель устраивать. Лежу, глажу забытое женское тело. Только одним пальцем нажал, как она уже на живот переворачивается. Хороша, чертовка. От широких плечь тело сбегается к узкой талии и опять расширяется в аккуратненькую девичью попку. Еще раз нажал пальцем, и она тут же пузом кверху легла. Груди небольшие (твердые, как яблочко!) , живот плоский и тугие ляжки. А между ними мохнатый треугольник, который на войне каждому солдату снился. Тискаю ее во всех местах и замечаю, что злость к этим фашисткам куда-то улетучилась. И, наконец, понял, что это лежит не солдат врага, а совсем молоденькая девушка, которая отдала мне свое тело, а теперь ждет решения своей судьбы и судьбы подруг. | | |
| |
|
| |
| | Я поднялся на ноги. - Хорошо, пусть будет так. Но не сейчас. Вечером мы очистим твою душу, проведя тело через строгие испытания... Тебе будет даровано искупление и твой кошмар отпустит тебя. Ты не просто станешь женщиной, ты родишься заново - в новом, светлом мире... Я сделал паузу, а потом улыбнулся, сбросил пафосный тон и встряхнул девушку за плечи. - Но это будет лишь вечером, а сейчас мы поедем веселиться! Я забрал у Маши из рук ремень и отбросил его в угол. - Тебе еще нужно купить новую одежду и наряд для вечернего таинства. Забудь обо всем, проветри голову от мыслей, они тебе сегодня не нужны. Твоя судьба уже предрешена, и ты можешь просто отдаться потоку событий. Мы проведем этот день вместе и ты будешь улыбаться, я обещаю... | | |
| |
|
| |
| | Скромница Розочка оказалась страстной, горячей женщиной, да и я отнюдь не был лишён воображения. Короче говоря, миссионерской позой мы ограничились только в первые три-четыре раза, а уж потом чего только не было: моя ненаглядная яростно скакала у меня на хую, пока я теребил руками её маленькие упругие груди и сжимал пальцами соски; моя ненаглядная развратно прогибала спину, когда я жестко трахал её в народной позе "раком" ; моя ненаглядная отсасывала, стоя на коленях, и проглатывала всю сперму до последней капли или разрешала мне кончать ей на лицо и грудь; моя ненаглядная стонала и извивалась, когда я работал у неё внизу языком. По моей просьбе она брила волосы на лобке и надевала для меня чулочки и другие милые эротические штучки. В общем, мы давали волю фантазии, хотя и не переходили границ разумного. Единственное, чего мне тогда так и не удалось добиться от Розочки - это анальный секс. Сколько я её ни уговаривал, она была непреклонна. | | |
| |
|
| |
| | Тогда я слушал этот рассказ, словно речь шла не о моей маме, а о какой-то посторонней женщине. Видимо, события этого дня так на меня повлияли, что я уже постепенно перестал воспринимать их как своих родственников, а просто как мужчин и женщин, и уже словосочетания "член дедушки" или "грудь бабушки" не казались мне такими кощунственными, и сведения о том, что мама любит в зад, не произвели на меня особого впечатления. | | |
| |
|
Рассказ №16945
|
