 |
| |
| | Я лежал и смотрел на милую мордашку Инги и думал, что мне нравится так просыпаться. Странно, но за одну ночь я успел привыкнуть к этой девушке и то, что она мне позволяла делать с собой всё, что я хотел, понравилось мне настолько, что я начал бояться её потерять. "Хочешь остаться у меня ещё на немного?" - спросил я её и взмолился в душе, чтобы она согласилась. "Если дашь ещё денег, то пожалуй да. Только маме нужно сказать, что я задержусь у подружке на даче" - промолвила она. Я посмотрел улыбаясь на мою малолетку и мы громко рассмеялись. | | |
| |
|
| |
| | Разумеется, мои сексуальные контакты в студенческие годы не ограничивались пределами нашего института. Вообще эти пять лет были, возможно, самыми насыщенными в сексуальном смысле. Мы шагали по жизни бодрым маршем, останавливаясь (совсем по Цою) "у пивных ларьков", да ещё в постелях подруг. Впереди - вся жизнь, а вокруг - сотни молодых и красивых девушек, воспитания, мягко говоря, не слишком пуританского, так же, как и мы жаждущих развлечений. Молодость, здоровье... Мы не знали похмелья, мы могли кончать по четыре-пять раз за вечер, мы трахали всё, что шевелится, легко расставаясь со старыми подругами ради новых встреч. Блондинки и брюнетки, длинноногие модели и маленькие кошечки, пышногрудые матроны и стройные узкобёдрые спортсменки... Рассказать обо всех, да что там рассказать - вспомнить их всех невозможно. Именно поэтому я решил ограничить свой рассказ об этих годах студенческой темой. | | |
| |
|
| |
| | Я вытаскиваю член из покорно ублажающей меня рабыни и поднимаюсь, недобро глядя на Алексея. От моего взгляда он заметно бледнеет и по-детски вжимается в кресло. Я достаю из сброшенных брюк ремень и подхожу к этому потерянному существу мужского рода. Я помогу ему найти место в этом мире, но он сам не понимает, где на самом деле его место. Я беру его за волосы и в его глазах читается только парализующий волю страх. Он выглядит как малолетняя девочка, пойманная беспощадным насильником. Я стаскиваю его с кресла, ставлю на колени и пригибаю голову к полу. - Как ты посмел оскорбить мою рабыню, мерзавец! Мой удар ремнем по заднице весьма чувствителен, рука у меня тяжелая. Я порю его как мальчишку, а беспомощный Алексей лишь извивается и просит прощения. - На колени, сука! Я за волосы тащу растоптанного парня к дивану, на котором сидит раскрасневшаяся Настя. - Проси у нее прощения, животное! - и звук звонкой пощечины сливается с торопливыми слезными причитаниями. - Прости меня Настенька, пожалуйста: прости меня: прости: | | |
| |
|
| |
| | - Ах... Да-а-а-а! Ой, Ух, божечки... - Танечка начала сотрясаться, дёргать ногами, и ягодицы начали биться в судороге. От ватных ног равновесие покосилось. Она взялась руками за единственное что могла - за ноги Сани, и прижалась к ним, не выпуская изо рта член. Сашка потянул девочку, повыше, и начал долбить в ротик, Спустя 2-3 минуты и Мишка, и Саня начали изливаться в обе дырочки Тани. После стонов парней Таня освободилась от нанизавших её членов, еле поднялась, и поправилась. Свет включился через двадцать минут и лифт поехал. | | |
| |
|
Рассказ №17053
|
