 |
| |
| | Весьма любезно он обходился с ней, словно с дамой из высшего общества, а не содержанкой из притона. Усадил за стол, на котором были приготовлены различные кушанья и напитки. Самолично наполнил бокал девицы вином, и велел выпить его целиком. Сделал он это весьма в деликатной и вежливой форме, но по той твёрдости в голосе, что она непременно услышала и верно истолковала, нежное создание немедля выполнила приказ. Господин наполнил его вновь и велел повторить процесс. С наслаждением он глядел, как нежные губки коснулись стекла, и как напиток постепенно исчезал в бокале. Затем он разрешил ей немного перекусить, заодно и сам приступил к трапезе. Наполнив бокал третий раз, и проследив, чтобы ни капли не осталось на дне, он стал вести с ней неспешную светскую беседу. | | |
| |
|
| |
| | Трансами я увлекаюсь давно, повторюсь мужики меня никак не возбуждают, мне просто нравиться стоячий твердый член. И возбуждает голое женское тело. Мой идеал сучка с подтянутой упругой грудью не больше третьего размера, маленькими аккуратными твердыми сосками, со стройной талией, загорелой кожей, слегка припухшой, округлой, мясистой попкой, с длинными ногами и стройными ляшками. Но девочки возбуждают во мне только мужскую часть. Другое дело крепкий крепкий как камень, подергивающийся отперенапрежения хуй. При одном только виде железного стояка, сносит крышу. Во мне просыпаеться шлюха. Так и хочеться отдать себя на растерзание, чтобы меня драли по полной программе, до потери сознания. | | |
| |
|
| |
| | В основном, я придумывал там себе новые "наряды" , притихая всякий раз, когда в полутора метрах от меня с остановки мимо шли люди. Но как-то раз я решил провести передачу из "новой студии" и впервые полностью разделся, аккуратно повесив всю одежду на гвоздь, торчащий из забора. Постепенно я все больше возбуждался от мыслей о том, что кто-то может увидеть меня тут абсолютно голым, да еще и с гладко выбритым членом между ног. И, в конце концов, даже стал подходить к просвету в зарослях, когда по дороге шла женщина или даже девочка, которая была мне хоть чуть-чуть симпатична. Я подходил обязательно с зажатым между ног членом, втайне желая лишь, чтобы она обернулась и увидела меня в таком виде. От всего этого я испытывал чувство просто неописуемого восторга. | | |
| |
|
| |
| | Она всегда выглядела и говорила строго. Строгая причёска с узлом на темени, строгий деловой женский костюм серого цвета с юбкой чуть ниже колена, белая блуза с воротом - бантом, завязанным пышным узлом и украшенный брошью - заколкой из червлёного серебра. Вытянутое лицо с неброской косметикой, - довольно милое, если бы не строгое выражение, - худощавая вытянутая фигура, плоская, скрытая плотным пиджаком грудь. Возраст её нам, ученикам, был неизвестен, и выглядела она так, что не угадаешь - от тридцати до сорока, точнее не определишь. Осталось добавить, что мужа на данный момент у неё не имелось, как и детей, и картина "Школьная учительница, классика" завершена. Лишь последний мазок, глаза, пожалуй, выбивались из образа. Большие, светло-карие, цвета влажного песка на дне озера, пронзительные и бездонные, пронзительные и красивые, как у юной, осторожной лани, которые, тем не менее, всё подмечали. Мы, злые дети, часто звали её Доской с глазами. Или Доска глазастая, или просто Доска. По корреляции с фигурой и учебным инвентарём, висящем в каждом классе. | | |
| |
|
Рассказ №17111
|
