Рассказ №17645

     - Сейчас девять часов утра, двадцать третье марта две тысячи четырнадцатого года. - Простоты ради Инессе решила использовать вчерашний день. Вчера было воскресенье. Выходной день для большинства, исключая некоторых ненормированно работающих психотерапевтов. - Что ты видишь перед собой, Стас?
     - Тарелку. - Голос подростка чуть-чуть понизился. В нём, как это часто свойственно загипнотизированным, проявились глухие нотки. - Желтки. Один сферичен. Другой имеет слегка овоидную форму...
     Психолог сглотнула слюну.
     Можно было, пожалуй, предположить, что в девять часов утра выходного дня пациент будет либо спать, либо завтракать. Но повествовать о своём завтраке в столь наукообразном стиле?
     Совсем некстати она сама ощутила голод.
     - Уже десять утра, Стас, - пытаясь отвлечься от гастрономической темы, перемотала время вперёд Инессе. - Что ты видишь вокруг? . .
     Веки подростка дрогнули и чуть сжались, словно под приливом солнечного света.
     - Парк, - выдохнул он. - Рядом стоят две карусели. Одна напоминает катапульту, а другая детский волчок...
     Что ж, в этих воспоминаниях, по крайней мере, нет ничего неприличного. Тем не менее Инессе, ощущая лёгкое неудовольствие, переместила пациента во времени ещё на час вперёд. Затем - ещё на один час. Чуть позже - на час с половиной.
     Что она рассчитывает найти?
     Если её целью является поиск скрытых причин и узлов нежелательного школьного поведения, то стоило бы перенести пациента поближе к учебным дням. Хотя она не столь уж опытный гипнотерапевт, так что, быть может, лучше потренироваться сперва на уже доступных временных интервалах?
     - Сейчас семь часов вечера, Стас, - сказала она. Решив сразу перескочить приличный кусок суток - как ввиду предчувствуемого однообразия ожидаемых событий, так и ввиду приходившейся как раз на этот кусок первой встречи пациента с Инессе. - Семь часов и тридцать четыре минуты.
     Почему бы не проверить теорию, по которой человек на неосознанном уровне всегда с высочайшей точностью ощущает время?
     - Что тебя окружает? . . - задала она вопрос.
     Дыхание подростка слегка участилось.
     - Комната.
     С подобного рода многоречивостью парень мог бы быть принят за своего в Лаконии.
     - Твоя комната, Стас? - сделала голос чуть вкрадчивее Инессе.
     - Да...
     Нет, его дыхание определённо стало сбивчивым. Руки, лежавшие на подлокотниках кресла, задрожали странно знакомой дрожью.
     Психолог облизнула губы. Почему они, так же как и горло, вновь пересохли у неё?
     "Ты же профессионал, Инессе. Ты знаешь, как всё это тривиально и примитивно. Да, в этой возможности - которая отчасти сродни подглядыванию - есть нечто фривольное и дразнящее, особенно для тебя с твоей неуравновешенной личной жизнью, но не следует вводить свои проблемы в рабочий кабинет".
     Она облизнула губы снова.
     - Что ты делаешь, Стас? - спросила она. И тут же закусила губу. Она всё равно задала этот вопрос - который не должна была задавать.
     Парень, впрочем, не торопился отвечать. Руки его меж тем, словно следуя заученной памяти мышц, сползли вниз с подлокотников кресла...
     - О чём ты думаешь, Стас? - чуть мягче поинтересовалась Инессе.
     Такая формулировка едва ли войдёт в противоречие с подростковыми комплексами сильнее, чем всё сказанное до этого. В конце концов, на предыдущем сеансе он ведь уже описывал свои грёзы?
     - О... - Голос подростка осёкся, дыхание тоже прервалось - на миг. - Я... думаю о...
     Веки его задрожали, грозя нарушением транса.
     - Тебе ведь хотелось бы сейчас лимонного мороженого, не правда ли, Стас? - наполнила свой голос до предела сладостью и благоуханием Инессе. Что угодно, лишь бы увести мысли пациента от опасной темы. - Ощутить его кислинку и холод на языке. Насладиться неспешным скольжением его капелек по горлу...
     Дыхание подростка замедлилось, став размеренным. Через соединяющую их ниточку незримой связи - которую науке трудно объяснить - она чувствовала, что пациент всё ещё в трансе.
     Но что же тогда минуту назад чуть не прервало его, почти возвратив Стаса к реальности?
     Инессе окатило душем леденящей догадки.
     - Ты слышишь мой голос, Стас, - как можно мягче и как можно глуше произнесла она. - Голос, исходящий неизвестно откуда. Голос, ведущий неизвестно куда. Голос обволакивает тебя, укрывает слоями тёплого одеяла, дарует покой. Ты не знаешь, кто я и из каких пространств говорю с тобой. Ты хочешь лишь слушать меня и тонуть в ласковом озере моей речи, погружаясь всё глубже и глубже...
     Несколько мгновений она помолчала, прислушиваясь к почти неуловимому дыханию парня.
     - Сейчас двадцать третье марта две тысячи четырнадцатого года, девятнадцать часов тридцать четыре минуты, - тихо шепнула психолог. Дабы вспомнить нужное время, ей потребовалось усилие. - О чём ты сейчас думаешь, Стас? О чём мечтаешь?
     В гулкой тишине чётко раздался звук сглатываемой слюны - и это была не слюна хозяйки кабинета.
     - Об... Инессе... - краснея, выдохнул подросток. Пальцы его вцепились в кожу кресла.
     Брови её взметнулись.
     - О твоём психологе? - Кажется, голос её ещё никогда не был таким бархатным. - Тебе она нравится?
     Благодаря проведённому минутой ранее внушению субъект в кресле напротив даже смутно не воспринимал сейчас свою собеседницу как психолога Инессе.
     - Д-да, - приоткрыв и вновь закрыв рот несколько раз, прежде чем решиться с ответом, выдавил он.
     - Что именно в ней больше всего привлекает твоё внимание, Стас? - Интонации голоса Инессе оставались такими же нежными, а речь - неторопливой. - Опиши свои фантазии о ней... расслабленно, не спеша.
     Конечно же, она не думала, что озабоченного тинейджера пред ней могло заинтересовать её чувство юмора, ум или, к примеру, начитанность Юнгом, книги коего стоят на полочке у неё в кабинете?
     - Меня сводят с ума... её колени, - все ещё покрытый краской и тяжело дышащий, признался Стас. - Её тонкие, слегка поблескивающие золотые колготки... вызывают безумную жажду коснуться их. Так хочется, чтобы она... чуть сдвинула выше край платья...
     От сардонично-ледяного философа, осаждавшего её вчера едкими вопросами и напрочь невосприимчивого к её чарам, не осталось ничего. В кресле напротив поёрзывал вспотевший от похоти подросток, пальцы которого всё ещё стискивали из последних сил кожу подлокотников, но периодически смещаясь на миг ниже.
     - Не стесняйся, Стас, - психолог мягко понизила голос. - Ты в своей комнате, ты совершенно один и ты вполне можешь дать волю рукам.
     Ладони тинейджера окончательно соскользнули вниз с чёрно-бордовых подлокотников.
     - Скажи, - тихо шепнула Инессе, - что бы тебе хотелось... чтобы она... сделала? Просто для примера... Вызови на волю легионы образов...
     Несколько мгновений пациент молчал, и лишь крупная дрожь его рук - то стискивающих пальцы едва ли не до боли, то расслабляющихся вновь - говорила о бурной работе воображения.
     - В-вытянула... ногу, - отрывисто выдохнул он. - Например, во время одного из своих психотестов... Когда я расставляю галочки в квадратиках, вытянула вперёд свою ногу, обтянутую тканью колгот... и опустила белый каблучок... прямо мне на промежность. Чуть-чуть поиграла им... м-мешая заполнять тест...
     Пытаясь подать голос, Инессе не без удивления ощутила комок у себя в горле. С чего бы вдруг?
     - А потом? - кашлянув, спросила она.
     - Строго удивилась моему состоянию брюк. - Кажется, подросток едва дышал. - Велела мне переодеть их, прежде чем возвращаться к тесту... а поскольку сменной одежды здесь нет, просто снять с себя... брюки и бельё... целиком...
     Ещё некоторое время в кабинете царило молчание. Инессе поймала себя на том, что почти не дышит сама.
     - И ты бы сделал это, Стас? - Она наполнила свой шёлковый голос нотками лёгкого - едва-едва уловимого - удивления. - Ты бы подчинился?
     - Да, - единым выдохом вылетело из лёгких пациента.
     Инессе помолчала ещё немного, чувствуя, как кровь начинает ритмично постукивать в её висках. Кажется, она собиралась задать ему какой-то вопрос. Что-то, касающееся авторитарного подхода?
     - Скажи, Стас, - она неловко сглотнула слюну, - тебе ведь нравится подчиняться? Тебе... - психолог минуту помедлила, - приятно, когда девушка отдает тебе приказ? Вынуждает... совершить нечто постыдное?


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: