 |
 |
 |  | В трамвае, на обратном пути, я задремал и передо мной, под шум колес, появился четкий образ Жанны, стоящей в душе. Она водила вехоткой по своему телу, с ног до головы ее окутывала мыльная пена, из которой островками то появлялись, то пропадали задорно торчащие соски, крепкие ягодицы и холмик волос в паху. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Брэндон вернулся домой к часу ночи. Он был абсолютно спокоен. У него не было никаких ограничений: его родители были в Лас-Вегасе - отца вызвали по работе, а мама поехала вместе с ним. Открывая дверь, он старался не шуметь, хотя был уверен, что обе его сестры, пятнадцатилетняя Эллен и четырнадцатилетняя Кристи уже спали. Брэндон был самым старшим в свои 18. Брэндон достал из холодильника Кока-колу и, плюхнувшись на кушетку, включил телевизор. Он хотел узнать, как сыграла его любимая команда.
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | опадаться стали все грубые, злые мудаки, злобные гоблины. <Соса-а-а-ть, падла!>, <Ляжки шире!, <Жопу выше отклячь!>. Только это и знают. Дочь моя уже выросла, в институте учится. А я ушла из рейсов с дальнобойщиками, теперь, хоть и плечевая, но оседлая. То есть, ни в какие рейсы уже не хожу. Сижу на трассе, на автобусной остановке. Меня все уже давно знают. Останавливается водитель, таксу уже знает. Как правило, делаю минет. По - рабоче - крестьянски - отсос. Как на потоке, на конвейере. Остановился водитель, получил отсос, отстегнул денежку, и поехал себе по трассе дальше. А иногда кто - нибудь хочет в кустах, на подстилке, со всеми удобствами меня отодрать. Что ж, не мне выбирать, а им. Раз платишь - можешь рассматривать мои ямочки на заду. И не только рассматривать. И не только ямочки. Гондоны у меня всегда с собой. Обычные, с пупырышками, ароматизированные для орального, с супер-пупер смазкой для анального. Какие хочешь, но без резинки ни-ни! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Тут же почувствовала мощный шлепок по заду "Давай сучка! Хорошо соси! Не фиг халтурить!" пришлось подключить к этому язык. "э. ребята! Я тоже хочу! Дырочек три, нас тоже!" - видимо третьему надоело уже просто наблюдать. "так третью еще никто не разминал!" - сказал тот что пристроился с зади и раздвинув ягодицы плюнул мне на дырочку, а затем большим пальцем начал мне ее разминать. Я застонала. К такому повороту я конечно не была готова, но для возвражений мой рот был занят. Палец все больше и больше проникал в мою попку, потом покинул его "готово!" и тут оба члена покинули мои дырочки. Меня подняли и перенесли на постель где я села сверху на член, лежащего подо мной мужика. Он прижал меня к себе и начал быстро трахать в киску, я стонала, член был большой и мне было больно. Потом он остановился и я почувствовала как кто-то пристраивается сзади. "Нет! Не надо! Я прошу не надо!" - начала я умолять. Тот, чей член был у меня между ног, гладил меня по голове и успокаивал "тише, девочка! Тебе понравится! Сама еще не захочешь слезать! Расслабься!" я попыталась расслабится. |  |  |
| |
|
Рассказ №18107 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 04/04/2016
Прочитано раз: 29450 (за неделю: 10)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Мой член становится просто железным при одной мысли об этой бесстыдно голой девушке. Я видел её множество раз, но всё ещё просто не могу поверить глазам, что такое восхитительное красивое существо позволяет фотографировать себя совершенно нагишом во всех немыслимых позах для нашего визуального удовольствия. В каком же прекрасном и удивительном мире мы живем, раз в нем возможно подобное.) О да, она сидит на корточках нагишом, совершенно, полностью обнаженная, раздетая догола, донага, без одежды, в чем мать родила. Обнаженная, нагая - даже сами эти русские слова возбуждают меня, с каждым словом мой член твердеет всё сильнее, когда я смакую их звучание на языке. Особенно это милое словечко: нагишом, оно такое, такое... игриво-бесстыжее.)..."
Страницы: [ ] [ 2 ]
И, так как я люблю представлять ощущения эксгибиционистки, позирующей голой, для меня крайне важно, чтобы она была босиком. Это делает её предельно ранимой и беззащитной, заставляет полнее и острее переживать собственную наготу. Меня возбуждает представлять её тактильные ощущения, когда она соприкасается с миром голой кожей ступней и всей поверхностью босых ног чувствует мягкость травы, прохладный пол, рыхлость сухого песка меж пальцев и вязкость влажного, морскую воду вокруг своих ступней, острые камушки и веточки под пятками. Как же дико у меня стоит на это, я готов просто взорваться спермой.
Я увеличиваю на весь экран и ласкаю взглядом бесстыдно голые подошвы ног девушки, покрытые тончайшим драгоценным слоем пыли после хождения по каменным плиткам возле бассейна, и на несколько долгих мгновений я, онанируя, совершенно теряю счет времени. Как было бы восхитительно тереться щекой о её длинные ступни, не торопясь, тщательно исследовать их губами и языком, какими они должны быть теплыми и мягкими на ощупь. Мой член успевает совершить пару сладостных предэякуляционных сокращений, но я вовремя останавливаю движение и зажимаю спермоток. Когда долго мастурбируешь, учишься ловить и ценить такие мини-оргазмы. Рано, ещё рано.
Другое особенное место на теле женщины, которое является моим фетишем и заставляет кончать снова и снова - это самая постыдная, запретная и интимная часть тела, настолько табуированная, что сами модели на фото часто не стремятся выставлять её напоказ. Даже мне неловко признаться в том, что у меня уже собралась целая огромная коллекция фотографий с изображениями только этой части женского тела максимально крупным планом.
Видеть красивую женщину без одежды - это всегда несравнимая услада для глаз и полового органа, но видеть её обнаженное анальное отверстие - это буквально сводит с ума. Это крайний предел наготы, предел бесстыдства. Её анус, вход в её попку, нежное место прямо между ягодиц, обрамлённое кольцом расходящихся складочек. Это настолько интимная и невероятно личная часть тела, что я просто глазам не верю, у меня дурманится в голове от самого факта того, что я действительно могу видеть анус этой красивой девушки и бешено, яростно мастурбировать на него. И поэтому это так сильно, аж до боли в тестикулах, возбуждает.
Вот одна из моих самых сильных оргазмических фантазий. Я представляю, чтобы обнаженная с фотографий уселась на корточки прямо над моим лицом, чтобы я вблизи, прямо перед моими глазами мог видеть крупным планом, как наклоняются и широко раздвигаются прекрасные, покрытые легким загаром шары её ягодиц, как низко склоняется её вульва, касаясь моих губ в леком поцелуе, как напрягается божественное колечко её ануса. Оно совсем близко, и я с благоговением дотрагиваюсь до него своим языком. Чувствую языком каждую подрагивающую лучистую складочку, окружающую эластичную втулочку её анального отверстия, проникаю языком в это запретное тугое колечко, шалея от извращенного бесстыдства происходящего, просовываю свой эрегированный язык всё дальше в её жаркие недра, вылизывая, смакуя нежные стеночки её заднего прохода, до которых могу дотянуться.
И вот последняя капля: я чувствую как голая девушка надо мной туго сжимает вокруг моего языка мускульное колечко её анального сфинктера раз, другой, третий. Она это делает специально, видя как я бешено дрочу, чтобы достичь наивысшей точки разврата, стимулируя мою похоть, стремительно приближая меня к оргазму.
Я мастурбирую уже четыре с половиной часа, набирать текст левой рукой всё труднее, набухшая тугая мошонка и весь ствол члена ноют от скопившегося семени, которому не дают выхода, предеякулят прозрачными каплями выступает на отверстии головки и разбрызгивается при каждой фрикциии. Я чувствую, что больше не выдержу, что обильно изольюсь в любую секунду, переключаюсь на фото и полностью концентрируюсь визуально на нагой бесстыднице, объекте моего обожания, пожираю её глазами, двигаю рукой всё быстрее и жестче, все связные мысли туманятся и сливаются в одну яркую мысль, в одно самое невероятное осознание и переживание: ОНА ГОЛАЯ, ГОЛАЯ, ГОЛАЯ, ГОЛАЯ! О, господи, какая же она голая! и наконец вот вот вот вот вот оно:
Как же хорошо, как долго. Сперма сладостными толчками буквально раздирает неописуемым наслаждением мой член по всей его пульсирующей длине. Мыщцы семявыносящего протока и всей промежности сильно и ритмично сокращаются, длинные белесые струи выстреливают в космос, пробивая всё на своем пути. Ещё, ещё, ещё: все. И я потом ещё долго-долго двигаю рукой, чтобы выдавить последние спазмы и судороги удовольствия, вытекающие из меня. Слух возвращается, наступает отрезвление, лимбическая система приходит в успокоение.
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать также:»
»
»
»
|