Рассказ №1838 (страница 4)

      В воскресенье было все то же самое с полудня до четырех утра, и в понедельник я ушел на работу почти с радостью.
      Она позвонила в три часа дня.
      — Во сколько мне ждать тебя и чего бы тебе хотелось на ужин?
      — В шесть. Приготовь что хочешь. Нужно купить что-нибудь?
      — Телячьи отбивные. Что ты будешь делать со мной сегодня вечером, Пол?
      — Что я буду делать с тобой?
      — В кровати, на кресле, на полу?
      — Я буду заниматься с тобой любовью долго и страстно.
      — Расскажи поподробней. Я буду ждать тебя и представлять, как все будет.
      — Я перезвоню тебе.
      Когда я подумал и набрал ее номер, все, что она сказала, услышав мой план, было:
      — И все? Ты способен на большее, дорогой мой. Ладно, я что-нибудь придумаю сама.
      Когда я вернулся с работы, Син лежала в кровати совершенно голая, в одном чулке. Вторым она была привязана за запястья к спинке кровати.
      — Ты ублюдок, — сказала она, — теперь я полностью в твоей власти, и ты можешь делать со мной что угодно.
      Я люблю игры. Я сел на кровать рядом с ней и, положив руку ей на лобок, сказал:
      — Да, я буду делать с ней все, что захочу.
      И слегка хлопнул по влагалищу. Она широко раздвинула ноги.
      — Держу пари, что ты собирался намазать кремом руки, — кивнула она на заранее открытую баночку крема, стоящую рядом. — Ты можешь засунуть в меня руку глубоко-[ глубоко. И не обращай внимания, если я буду сопротивляться.
      Я снял пиджак и закатал рукава на рубашке. Крем был прохладным. Я размазал его по лобку и набухшим половым губам Син.
      — Я, может быть, начну кричать или умолять тебя остановиться, но ты будешь беспощаден, правда?
      — Правда, — согласился я и ввел три пальца ей во влагалище.
      — Я думала, что ты очень жесток. Я просунул вовнутрь четвертый палец и половину ладони.
      — Ты собирался сделать это всей рукой. Я послушался, и вошел в нее уже всей рукой. Син приподняла бедра навстречу моей руке и сказала:
      — Еще глубже, не бойся.
      В конце концов ведь женщины рожают детей. И ничего с ними не случается. Моя рука проникала все глубже и глубже. Внутри была уже вся ладонь. Вагинальные мускулы Син оказались очень сильными и сопротивлялись вторжению. Извилины влагалища заставили меня сжать руку в кулак. У меня было ощущение, что мою руку поместили во влажный резиновый мешок, который постепенно сжимается, ломая мне пальцы.
      — Мне свело руку, — сказал я. — Нам придется прерваться.
      — Нет. Еще немного. Поверни руку внутри меня.
      Я покрутил кулаком вправо, затем влево и медленно стал вытаскивать руку, постепенно разжимая пальцы.
      — Пожалуй, некоторое время она будет отдыхать, — сказала Син. — Переверни меня на живот.
      Я не сразу понял, что она имеет в виду, но когда до меня наконец дошло, стал быстро раздеваться. Син стояла на четвереньках. Я намазал кремом член, затем ее анус. Большими пальцами рук я расширил вход в анус и просунул туда головку члена, потом слегка надавил, и мой пенис скользнул вовнутрь.
      — Там очень тесно, правда? — спросила она.
      — Чертовски тесно. Потрясающе!
      — Твоему члену это нравится?
      —Да.
      — А знаешь, как можно сделать, чтобы стало еще тесней?
      — Как?
      — Нужен еще один мужчина. Он бы трахал меня спереди, а ты сзади. Я остановился.
      — Я не делюсь своими женщинами. Она резко дернулась, и мой член оказался бесцеремонно выброшенным наружу.
      — Да как ты смеешь! Я никогда не изменяю своим мужчинам. И ты прекрасно это знаешь. Я просто хотела доставить тебе как можно больше удовольствия. А ты все испортил.
      Я извинился, но было поздно. Она не разговаривала со мной. Я расстроился, но зато смог выспаться.
      Наутро мы помирились. В конце недели я перевез свои вещи. В понедельник вечером обнаружилось, что Син выкинула мой халат и купила новый. Я прекрасно ее понимал. Женщины всегда так поступают. Им кажется, что старый халат хранит запах прошлых любовниц.
      — Твой халат просто отвратителен. Как ты мог носить такую безвкусную вещь.
      Объяснений не требовалось. Случалось, я не сдерживался и сердился на Син. Тогда она начинала просить прощения и предлагала мне наказать ее.
      Иногда, в кратких промежутках между сексом, она рассказывала о своем прошлом.
      В тринадцать лет ее изнасиловал друг семьи. Затем, когда ей исполнилось двадцать, она тогда работала моделью, ее снова изнасиловали. Молодой человек, с которым она в то время жила, привел домой трех друзей, и все вместе они развлекались с ней.
      Если я правильно понял, то за свою жизнь она был изнасилована не меньше семи раз, кроме того, все мужчины, с которыми она имела дело, рано или поздно обманывали и оскорбляли ее.
      Однажды мы смотрели телевизор. Я насчитал пять знаменитостей, с которыми у нее был роман. Среди них были две женщины.
      Я понял, что она имела в виду, когда сказала, что было бы потрясающе, если бы ее любили с двух сторон. Она обожала вставлять вибратор в анус, когда мы занимались любовью обычным способом, и во влагалище, если я брал ее сзади. Если же я был не в состоянии заниматься сексом, два вибратора вполне меня заменяли. Часто перед уходом на работу я привязывал ее к кровати и оставлял с двумя искусственными членами внутри.
      Однажды она сказала:
      — Если бы твой член был такой же большой, как у Джеффа, я не пользовалась бы вибраторами.
      Потом она извинилась и снова предложила мне наказать ее.
      Тогда я действительно отшлепал Син, но она заявила, что я делал это слишком нежно.
      — Вот у мистера Фокса, у того действительно была тяжелая рука, и если он бил женщину, то она чувствовала, что ее бьет настоящий мужчина.
      Как-то ночью, когда я изо всех сил старался доставить ей удовольствие, Син сделала карандашом какую-то пометку в блокноте. На мой вопрос она ответила, что кончила уже одиннадцать раз и не хочет сбиться со счета. К утру цифра достигла двадцати семи. Я с надеждой заметил, что это своего рода рекорд.
      — Ничего особенного, — сказала она. — Билл однажды заставил меня кончить пятьдесят раз.
      Мы редко ходили куда-нибудь вместе. Потому что стоило ей оказаться в общественном месте, она немедленно начинала флиртовать с официантами, мужчинами за соседним столиком, и мы продолжали ссориться.
      Однажды мы вместе пошли в бассейн. Все было прекрасно, пока мы были одни. Но затем к нам присоединились два молодых человека, и Син немедленно ухитрилась потерять в воде верх от купальника, вскрикнув при этом так громко, что они не могли не обернуться. Я развернулся и ушел, оставив ее кокетничать с ними.
      Когда она наконец вернулась, то заявила, что я все неправильно понимаю и что у нее просто очень общительный характер.
      —- Похоже, ты добиваешься, чтобы тебя опять наказали, — сказал я.
      — Твоими-то руками? Да какой ты мужчина! Ты слабак, Пол, слабак с маленьким, вялым членом! Те парни в бассейне действительно настоящие мужчины. Ты бы видел, какая у них обоих была эрекция, когда они смотрели на меня.
      Я схватил ее, но даже будучи взбешенным держал недостаточно крепко, чтобы не переломать ей кости. Син вырвалась. Тогда я толкнул ее на кровать. Шнурки висели на прежнем месте, готовые для "игры". Я воспользовался ими. Затем несколько раз почти со всей силы ударил Син по ягодицам.
      — Слабак, — сказала она.
      Я схватил ремень, замахнулся... и отшвырнул его в сторону.
      Когда Син повернула ко мне голову, я торопливо одевался.
      — Что ты делаешь? — спросила она.
      — Ухожу, — ответил я. — Ухожу туда, откуда пришел.

     


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ]

Читать также: