Рассказ №1841 (страница 2)

      Появилась продавщица:
      — Вода вскипела, — сказала она и посмотрела на Анну так, словно подумала: “Эта женщина чокнутая, совершенно припадочная, но как бы я хотела быть такой, как она”.
      — Прекрасно, милочка, — сказала Анна, лучезарно и самоуверенно улыбнувшись, и снова сжала мой готовый вот-вот взорваться “стояк”. — Я возьму это на всякий случай с собой. Боюсь оставлять его с тобой наедине. Но ты можешь пойти с нами, — она перевела взгляд на продавщицу. — Или ты уже ходишь с такой штукой? Впрочем, нет, я прекрасно вижу, что не ходишь, иначе у тебя был бы гораздо более довольный вид, я уверена.
      Я онемел от изумления. Она была бесподобна, совершенно бесподобна и, судя по всему, абсолютно безо всяких тормозов. Если бы кто-то и остался равнодушен к ее изумительной внешности, то ее откровенный язык и поведение могли обезоружить кого угодно. Удивительно было то, что Анна ни в коей мере не казалась дерзкой или вызывающей. Все, что она говорила и делала, было для нее вполне естественным. И я прекрасно понимал, что единственной причиной того, что я все еще не чувствую себя полностью безоружным, была моя знаменитая эрекция и тот факт, что Анна была к ней небезразлична. Анна направилась в подсобку и, проходя мимо продавщицы, положила руку ей на плечо:
      — Пошли. И знаешь что, мне еще нужны ножницы. Этот шнур слишком длинный. Я ведь без трусов.
      Я увидел, что для продавщицы это оказалось слишком. Если до этого она была парализована, то теперь было такое впечатление, что она вот-вот грохнется в обморок. С большим трудом она выдавила из себя: — Да... По-моему, у нас есть...
      В подсобке стоял стол, над которым было прибито несколько полок, заваленных всевозможным хламом. Было общее впечатление невообразимого хаоса. Кроме этого, к полу были намертво прибиты крохотный кухонный столик и плита, на которой стояла старенькая кастрюлька с кипящей водой. Синяя обшарпанная дверь вела, очевидно, во двор или в туалет.
      Анна взяла шарики и опустила их в кастрюльку, а спустя некоторое время выудила их оттуда с помощью ножниц, которые ей дала продавщица. Помахав шариками в воздухе, чтобы они остыли, она поставила одну ногу на край стола. Я крепко сжал бедра, не дав таким образом своей пушке выстрелить и превратить ее нижнее белье в мокрую липкую тряпку. Черт побери, вот это зрелище! Внизу она была небрита (я никогда не понимал женщин, которые сбривали волосы вокруг влагалища, мне казалось это некрасивым). Но она была подстрижена: короткие волосы образовывали фигуру в виде сердца, и лучшую раму придумать было невозможно. Анна раскрыла свое уникальное сердце и правой рукой ввела в него шарики. Почти вся рука медленно исчезла в сочной и красивой любовной щели.
      — Вот так, — сказала она, вынимая руку, и, взяв ножницы, обрезала конец шнура прямо у входа внутрь, который тут же закрылся, как цветок тюльпана, почувствовав приближение опасности.
      Анна была уже опять в магазине и расхаживала взад и вперед, интенсивно раскачивая бедрами.
      — Вы самая красивая женщина, какую я когда-либо видела, — почти простонала продавщица. — Я ничего не возьму с вас за эти шарики, позвольте мне только полизать вас. Только теперь я заметил, что она запустила руку под корсет, в широком вырезе внизу было предостаточно места, чтобы залезть туда рукой, и рука это была прилежной.
      — В другой раз, милочка, — ответила Анна. — Сейчас у меня на уме совершенно другое.
      — Пошли, — повернулась она ко мне. — Эти шарики действуют точно так, как мне рассказывали. Теперь нам надо найти место, где я смогу получить все, что ты мне приготовил. И это надо сделать как можно скорее.
      Она взяла меня за руку и почти выволокла в дверь.
      — Стоп, стоп, спокойнее, дорогая, — простонал я. — Свобода передвижения у меня довольно ограничена.
      — Ах, да, прости, — засмеялась Анна. — Мы должны поскорее снять избыточное давление, чтобы ты был в форме. Хочу тебе сказать, мой милый петушок, я решила, что займусь тобой всерьез, и, если мы сейчас не найдем укромного местечка, придется тогда расположиться прямо здесь, посреди улицы. Я всегда была страстной девушкой и быстро заводилась, но сейчас я просто изнываю. Я так хочу, как никогда прежде. И дело не только в этих шариках, милый Олег, дело и в тебе.
      Последние слова она прошептала, стоя в тени высокой, развесистой пальмы. Ее широкие листья шевелились под набегающим ветерком. А может быть, это были крылья самого посланца богини любви Амура? По крайней мере в ту минуту я не сомневался в этом... И вот я... то есть она...


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать также: