 |
| |
| | Чарли тут же задрал лапу на ближайший куст. Даша разделась до узенького купальника лимонного цвета, и я вспомнил ее интим- фото. Я боялся, что она заметит мой любопытный взгляд и посматривал на нее очень осторожно. Классную девочку нашел Макс, только таких юных у меня самого не было с 1- го курса института, да мне всегда нравились постарше. Макс тоже разделся до плавок, и я не вольно на секунду залюбовался, как всегда, его приличному бугру в плавках. Он оставил двери в машине открытыми и громче врубил магнитолу. Чтобы не выглядеть глупо, я по- быстрому тоже разделся. Даша изящно танцевала на ходу и с визгом прыгнула в огромный надувной бассейн. Ее Чарли проворно прыгнул за ней. Она дурачилась в воде как ребенок, купая своего песика. Потом вытащила его на траву... Я не знал что мне делать и как себя вести. | | |
| |
|
| |
| | Я как выжатый лимон. Но у неё там явно чесалось. Она подошла к дереву, закинула ножку на ветвь, нащупала небольшой отросток на стволе, приставила его ко входу и стала отчаянно насиловать растение. Картинка была просто супер. Голая грудастая девица подпрыгивает на сучке дерева. За этим делом нас и застали два мужика проезжавших мимо. У них отвисли челюсти, а Маринка, засмеявшись, приглашающе им замахала. Их долго звать не пришлось. Они вышли из машины, оторопело уставившись на меня, но поняв, что я своё уже отимел, ловко расстегнули штаны. Голая Маринка пихнув одного из них на траву, уселась на него верхом и стала подпрыгивать как лихая наездница. Другой подошёл к не сзади, положил её на друга и раздвинув ей жопу, начал вставлять туда. Итак, мою невинную овцу сношали сразу двое мужиков. Тот что был под ней кончил быстрее того, что таранил её зад. Тот подхватил её на руки и положил на капот машины. Он прижал её своим жирным брюхом к горячей поверхности, и та отчаянно задрыгала ножками. Он трахал её долго, спокойно и уверенно буравя её прямую кишку. При этом руки он засовывал ей в мокрую скользкую пизду, из которой по ногам стекала сперма. Он мял и жал её клитор, и Маринка стонала на весь лес. В какой-то момент она выгнулась и кончила, но не тут то было. Парень, казалось, и не собирался изливаться. Его тяжёлые яйца зло и настойчиво проделывали себе путь. Маринка уже обессилено свисала с капота, когда парень вынул хуй, развернул её передом и вставил ей в пизду. Отодрав её как следует там, он и кончил. Маринка издала вздох облегчения, но уже через секунду она поняла, как попала: Мужик свистнул и из машины выскочил огромный дог со здоровенными яйцами. Нет!- Маринка сильнее вжалась в капот, брезгливо пялясь на собаку. Та остановилась перед Маринкой, втянула воздух и ткнулась носом в Маринкину промежность. Собака стала смачно вылизывать её сочную пизду, заталкивая свой длинный шершавый язык глубоко внутрь. | | |
| |
|
| |
| | Из-за накрывшей меня усталости я очень быстро уснула... Мне снилось, как на какой-то поляне у леса я занималась сексом со своим мужем, и неконтролируя себя, я засунула свою руку между ножек и начала ласкать себя пальчиком, от чего моя девочка сильно увлажнилась. Сквозь сладострастный сон я почувствовала как чьи-то сильные руки уверенно раздвигают мои ножки, как мою руку отнимают от моей девочки и начинают облизывать мои пальцы, слизывая с них мой сок желания. Затем нежные легкие поцелуи осыпались на внутреннюю сторону бёдер. | | |
| |
|
| |
| | Я протрезвел мгновенно, когда понял, что произошло - хуй находился глубоко в Юлькиной пизде! Ксюша руководила всем процессом: она взяла Юльку за плечи и аккуратно и медленно подняла, потом также аккуратно опустила обратно на хуй - и так несколько раз, пока Юлька не привыкла. Затем движения Юльки убыстрились, она начала всхлипывать. Мне не видно было, что творится из-за спины Ксюши, но я чувствовал, что долго не выдержу эту пытку - Юлькина пизда так нежно и туго обхватывала мой хуй! Юлька стонала уже в голос! Я заработал тазом всё быстрее и быстрей! И вот свершилось - я выплеснул в неё весь заряд спермы, накопленный за день, зарычав, как зверь! Юлька заорала так, что я перепугался, что сбегутся соседи, и кончила, повиснув на руках у Ксюши. Дальше я плохо помню - помню, что меня перекатили на край и заботливые Ксюшины руки, укрывающие меня одеялом. | | |
| |
|
Рассказ №1947 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 19/06/2025
Прочитано раз: 108794 (за неделю: 37)
Рейтинг: 85% (за неделю: 0%)
Цитата: "Властно, как полный хозяин, приподнял девицу, посадил на край стола письменного и, продолжая целовать взасос, опрокинул на спину поверх конторских книг. Она смотрела на него снизу широко раскрытыми глазами, тогда как конторщик, дрожа от нетерпенья, задирал подол юбки, путаясь в длине. Засияла белизна заголившихся ног, погладив колени, раздвинул их в стороны, устремляясь к нежной, по-детски пухлой, щелке. Жадно впился в бугорок лобка поцелуем, скользя языком меж наружных губок. Пальцами вверх прошелся по гладкому худенькому животу подростковому, ощущая трогательно выпирающий частокол ребер, сжал набухшие бутоны грудок за острия затвердевших сосков. Времени не тратил, расстегнул брюки, приспустив вниз на колени...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Девочка неслышной мышкой выскользнула в сумрак осенний, все происшедшее через пару секунд казалось конторщику сном. Наскоро умыл лицо под рукомойником, обтерся полотенцем льняным, Федор Максимович уселся за стол и предался приятным мечтаниям. Неужели эта девка станет любовницей? Закурив, прошелся по скрипучим половицам, подбросил полешек березовых в радостно загудевшую печурку. Сомнения от долгого ожидания и нетерпения лезли Федору Максимовичу в голову.
- Как бы не надула, шельма. Они хитрющие, одно слово каторжная кровь, хоть и мала по годочкам, а власть над мужчиной чувствует. Все они тут варнаки, норовят украсть чего или объегорить - мелькало в мыслях, курил без остановки одну папироску за другой.
Сладкие размышления были прерваны гомоном пьяных рабочих пришедших. Когда они ушли, попытался было вернуть утраченное настроение, но, оно было испорчено, посему Федюша и завалился спать.
Проснулся, когда стемнело. Поднявшись, Федор Максимович зажег лампу, закрыл ставни, заправил спиртовку и стал кипятить воду на чай. Дневное приключение понемногу теряло свою остроту. Осторожный стук в задребезжавшее оконце вернул его на грешную землю.
- Настенка? Ты что ли? - не веря себе, негромко спросил конторщик.
- Ну...
- Пришла, не обманула - ахнул про себя и пошел скорехонько открывать дверь. Еще в темных и сырых сенях привлек к себе, в нетерпении крепко поцеловал, в засос, аж дыхание перехватило. И ничего не осталось вокруг, все исчезло, растворилось, ничего на свете, кроме податливых обветренных губ, хрупкого тела девичьего и тяжелого дыхания. Он целовал Настенку как взрослую бабу, крепко, жадно, понимая, что теперь будет все, все до конца
Суетливо потирая руки, запер на засов дверь, вернулся к девице. Подняв ее, легкую как пушинку, на руки, понес в комнату, находившуюся рядом. Нащупав в темноте кровать, подтолкнул девку, принуждая ее лечь, сам сел возле. Настенка легла ничком, и ни звука. Конторщик принялся торопливо ее раздевать, она слабо отталкивала его, но скоро осталась в одной рубашонке. Он и с себя снял все, улегшись рядом, принялся целовать и щупать девку.
- Любишь хоть, это дело?
- Люблю...
- А дозволишь ?
- Чего?..
- Дурой-то не прикидывайся, ежели уж дала раз, так давай и вдругорядь. Раздвинь ноги, вот чего. Я ведь не задарма, денюжек припас. Ты мне угоди, а я и отблагодарю:
- Нет, батюшка, нет, не надо... Больно поди будет...
- Разве боишься?
- Да... Не надо.
- Но ведь все так делают и не боятся.
- Ну, и пускай делают. А мне больно, будто ножом кто раскаленным меж ног ткнул... Никак не прошло, как вы там все сбрушили
- Больно только в первый раз. Знаешь ведь?
- Знаю... Да все равно боюсь.
-А ты для сугреву, потрогай меня за причинное место-то... Как днем... Вон как ловко получилось, будто учил кто. А может соврала , видно с парнями-то баловалась? "Солоба"-то натирала на посиделках? Честно скажи так али нет?
Не дождавшись ответа, Федор Максимович взял ее руку и начал водить по члену. Она послушно подхватила предложенный ритм, мастурбируя с кроткой покорностью.
-Ты не молчи, ты говори...
-А что говорить-то?
-Ну, скажи, к примеру, нравится за место причинное рукой тереть?
- Не знаю, не разобрала ишшо. Только так- то способнее будет, чем ежели в меня наяривать возьметесь. Ведь просто ужас как больно, никакого терпежу нет. Ежели б не у вас была, в полный голос орать принялась, так больно было... А так, ежели, рукой, то ничего, ндравится...
Ощутив готовность телесную, все еще лежа на спине, конторщик схватил девочку и потащил на себя.
- Ой, боюсь! - забарахталась Настенка.
- Я же ничего...Ты просто лежи!
- А он... Он тыкает в живот мне...
Усмехнувшись, Федор Максимович ловко перевернулся и оказался сверху. Девица сжала ноги, конторщик дышал горячо ей прямо в ухо.
- Ой, не надо так!.. Ой, матушки, щекотки боюся... Хо... Хотите... Я сделаю вам... Как днем...
- Мне уж мало этого... Понимаешь? Ты раздвинь ноги-то... Раздвинь... Я только гладить буду...
- Рукой?..
- Нет, ногой, дура иль притворяешься? Головкой... Одно слово дура девка...
- Ой, боюся. Опять больно будет...
- Нет, ты раздвинь только ноги... А там и сладимся, не бойся, я с понятием, легонечко...
Уговоры и ласки сделали свое дело. Скоро Федор Максимович лежал между раскрытыми бедрами девочки и с наслаждением, задыхаясь от похоти, натирал головкой раскрывшийся девкин "пирожок". Та боязливо вздрагивала под ним, слегка отталкивала, но молчала... Долголи, коротко, да через какое-то время Федор Максимович почувствовал, что Настенка взмокла снизу... Дыхание участилось... Двигал головкой в щелке легонько, как и обещал, но страсть приперла и природа взяла свое, обняв девочку, сильно нажал... Раз, другой, а там и третий...
На третий раз Настенка взвизгнула, вытянулась и забилась под ним, пытаясь вырваться.
Да только конторщик крепко ее удерживал, выжидая, пока девица успокоится.
- Ну, пустите! Пустите!
- Полежи так... Уже все. Больше не будет больно...
- Нет, обманываете... Болит... Все время болит... Слезьте...
- Ты полежи так... Тихонько... Перестанет болеть-то.
Как не сдерживался Федор Максимович, но член нетерпеливо вздрагивал в тугом колечке влагалища девкиного.
- Ой!.. Ой больно! Больно, на самом деле... Ой! Маменька! Как пешней пробило, горит в нутрях все!
Федор Максимович уже не мог больше сдерживаться и дал наконец волю похоти. Продлить наслаждение, однако, не удалось... Семя брызнуло помимо желания и воли, девка, охнув, вывернулась и сперма опять пролилась мимо, на этот раз обильно оросив смятые простыни.
- Ну, да ничего, ничего - подумал, отдуваясь, конторщик, - в другой раз сделаю все как следует... Всю ночь буду держать под собой!
Рассуждая таким образом и поцеловав Настенку, Федор Максимович встал, зажег лампу, привел себя в порядок, помог девице одеть ветхую кацавейку. Прошел в другую комнату, сложил в мешочек немного муки, сахара, соли, подумав, положил пару сладких коврижек.
- Настена! Домой пойдешь, захвати гостинцы кое-какие, я припас.
Она приходила к конторщику еще и еще, дела у них заладились, что и говорить, радости в семье рудокопа-пьяницы Шаповалова не было предела.
- Вон как дело-то ловко обернулось, глядишь зиму-то и переживем,- думала радостно Аграфена Шаповалова, рассовывая по углам землянки принесенную дочкой провизию...
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать также:»
»
»
»
|
