 |
| |
| | Я развернулся, лег грудью на письменный стол. Он полез на сухую, я упёрся. Я чувствовал как его горячая головка пытается проникнуть в меня, но он не смог пройти... Лёша плевал на свой член раз десять, пока с него не стало капать на пол, потом смазал оттуда мою попку, я помог пальцем смазать весь анус внутри, наконец он стал входить... Не сказать что было очень больно, но больно было... потом боль ушла... он трахал меня, толи писал, толи кончал в меня... а я плакал... я кончил где-то там, под ним... | | |
| |
|
| |
| | Лежать просто так - смотреть на Расима на расстоянии - сделалось невмоготу, и Димка, стараясь всё делать как можно тише, боясь потревожить, разбудить спящего пацана, бесшумно соскользнул со своей кровати, предварительно вытащив руку из собственных трусов, чтоб, если Расим вдруг проснётся, если он вдруг откроет глаза, не оказаться в глупом-смешном положении, - прижимая ладонью свой член к животу, Димка бесшумно сделал шаг к кровати Расима - и, затаив дыхание, застыл-замер, с наслаждением, с любовью скользя взглядом по стройному телу Расима... ах, до чего же он был хорош, этот спящий Расим! Лицо Расима, и без того симпатичное, чистое, во сне словно припухло, и не припухло даже, а едва уловимо, почти заметно округлилось, сгладилось, отчего Димке показалось ещё миловидней - ещё любимей... | | |
| |
|
| |
| | Держался он хорошо на перевязи только, когда была напряжена перевязанная залупа, а если опадал и снова вставал, то освобождался от крепления и опять оттягивал юбку и пальто. Проблему я решил с помощью изоленты и резинки-изолента приклеивалась к члену у залупы, а резинка была привязана к ленте и другим концом к чулочному поясу и автоматически держала член в поднятом состоянии независимо от напряга последнего. Больно правда потом было отдирать изоленту от залупы. Через некоторое время я достал довольно длинную куртку, выпорол внутренности правого кармана и получил новые ощущения. Cтал одевать куртку , а снизу ничего-кроме пояса и чулок. Рука стала доставать в кармане до члена. Когда находился в людном месте возбуждался так сильно, что несколько незаметних движений в кармане приводили к спусканию. Большое значение имел фасон и цвет чулок-я чаще ходил в толстых чёрных-они не рвались хорошо возбуждали и сильно не выделяли, но более мне нравились из тех, что имел, светло-серые. В них я чувствовал себя настоящей блядью-правда ходить в них стеснялся. Иногда отъезжал подальше от дома-снимал и рвал неинтересные чулки и волей-неволей оставался в светло-светло серых, которые были снизу. Вначале было так не посебе, что член сразу опадал, деваться было некуда, возвращаться приходилось по людным улицам-волнение утихало, а чуство супербляди утраивалось. Позднее гардеробную я оборудовал в сарае, но это другая более захватывающая история. | | |
| |
|
| |
| | Я видел как она закусила нижнюю губу и почувствовал как с ее глаз посыпались искры я начал качать ее размеренным и сильным темпом, что спинка кресла ударяясь о стенку начала издавать глухой стук. И в самый неподходящий момент, когда мы оба готовы были взорваться от удовольствия, вторая подружка крикнула ее с огорода. Она резко соскочила с кресла, я еле успел вытащить свои член, такая молниеносная была ее реакция. | | |
| |
|
Рассказ №209
|
