Рассказ №21375

     - Дурак ты Костя, сразу видно что дрочер и баб не ебал. У Марины влагалище "барби - пирожок" и вход в него пухлый как пончик. Но пизда у неё не спереди а ближе к переду. Её ебать можно лёжа и даже стоя но "раком" сложновато будет, хуй на прямую не войдет а под углом:
     
     - сказал мне брат косясь на дверь терраски. Его щека после материнской подщечины, горела огнём и он боялся ещё получить от Марины, теперь за свой язык.
     
     - А знаешь Костя? Мне больше хочется ебать мать лёжа или стоя. Смотреть ей в глаза и ебать.:
     
     - сказал мне Витёк и я с ним согласился. Не смотря на то что у Мариши была пухлая, сексуальная жопа. Мне как и старшему брату, хотелось лечь на маму сверху и заниматься с ней сексом смотря в её глаза.
     
     - И о чем вы тут толкуете парни? Я вас куда послала: ?
     
     - сказала нам мать выйдя из дома на крыльцо. Марина сняла с себя водолазку с трико и одела халат до пят. Мать успокоилась и её глаза смеялись глядя на нас.
     
     - Да ни о чем мам, место тут красивое, лес кругом и река рядом:
     
     - соврал я матери, сходя с крыльца и уступая ей дорогу.
     
     - Да уж красивое, но безлюдное. Хорошо что вы со мной мальчики. Одна бы я тут от страха описалась.:
     
     - сказала мама и окинув нас добрым материнским взглядом, добавила смеясь глазами.
     
     - Давайте поищем всё же свечи. Не очень охота в темноте сидеть вечером. Витя ты в этом сарае поищи а мы с Костей пойдём в другой...
     
     - Витёк ушёл искать свечи в сарай за домом, куда ему показала мать, а мы пошли с ней как нам показалось по началу сарай в яблоневом саду. Туда от дома вела дорожка, вымощенная битым кирпичом и было непонятно чтобы в обыкновенный сарай, замостили дорожку кирпичом. И мои подозрения оказались не напрасными. Сарай куда мы вошли с матерью, оказался не сараем а баней, правда в ужасном состоянии. Пол в ней прогнил и местами даже были видны дыры вместо досок. А печь в которую был вмазан котел для воды, развалилась и вокруг печи валялись кирпичи. Дымовая труба провалилилась через прогнившию крышу и упала на пол возле печки. Вот почему мы с матерью по началу приняли баню за обычный сарай, трубы то на крыше не было.
     
     - Смотри Мариша, это получше свечей будет...
     
     - сказал я матери, увидев на одной из полок в предбаннике, керосиновую лампу "летучая мышь". И она была в отличном состоянии наполовину заполненная керосином.
     
     - Вот удача сынок, у нас в детдоме когда свет отключали, воспитатели вешали такие лампы к потолку. И видно было так, что можно даже читать:
     
     - радостно воскликнула Марина, беря у меня из рук, керосинку. Больше в бане мы ничего не нашли, да и ходить в ней было опасно, прогнивший пол скрипел, грозясь провалиться под нами. Но удача улыбнулась не только мне с матерью, но и Витьку. В сарае куда послала его мать, брат нашёл двацатилитровую канистру, до верха заполненую керосином. Которого нам должно было хватит минимум на месяц интенсивнового использования лампы.
     
     А вечером меня и брата ждал "подарочек" от матери о котором мы только мечтали. До темноты мы убирались в доме, мать мыла полы а мы носили ей воду с родника. Марина застелила диван на котором нам предстояло спать с Витьком, чистыми простынями и одела наволочки на подушки и поддодеяльник на одеяло. Тоже самое она проделала и со своей кроватью у себя в закутке за перегородкой. Потом мать, приготовила ужин на газовой плите. Газовая плита в углу кухни была у окна а на улице у стены, находился железный красный ящик с надписью "Осторожно газ! Огнеопасно!". В нём был баллон с пропаном и на наше счастье почти полный. Дом родителей Михалыча не был разграбленн мародерами и всё в нем оставалось цело и балон с газом тоже, дефицитная вещь по тому времени.
     
     - Ну парни, давайте выпьем. Чтобы нам на новом месте нормально лето прожить:
     
     - сказала нам мама, выходя с бутылкой водки в руках. Она хоть и мало пила, но держала дома несколько бутылок водки на "чёрный день" типа "нз". И вот эта водка из её запасов, очутилась на нашем скромном столе, поздно вечером в заброшенной деревушке, вдали от цивилизации. В комнате было достаточно светло несмотря на темень за окном. Мы с братом зажгли керосинку и подвесли её за бесполезную в данный момент, люстру на потолке. Керосинка коптила, видно керосин был не качественный, комната освещалась тусклым светом "летучей мыши" и нам было более менее комфортно. Дома было тепло и я с Витьком, одели трико и футболки. А Марина переоделась в лёгкое, свободное, платье и ходила по комнате, соблазнительно сверкая голыми ножками.
     
     После случившегося, мы не знали как себя вести с матерью и её предложение выпить, пришлось весьма кстати. Выпивка нам всем была необходима, крепкий алкоголь, сглаживает тревоги и развязывает языки. Что вобщем то и произошло, Марина пила мало и после первой же рюмки окосела. Тем более что закуска у нас была в виде надоевших до коликов в животе отварных макарон, кильки в томате и чёрного хлеба.
     
     - Тебе не больно Витя? Я тебя днём сильно ударила сынок. Прости меня милый...
     
     - мама прижала ладонь тыльной стороной к щеке моего брата и легонько поглаживала. А Витёк аж глаза закрыл от удовольствия.
     
     - Да нет мам не больно. Ты меня прости дурака, за то что я руки свои распустил:
     
     - оправдывался перед матерью брат. Витёк хотел угодить Марине и явно подлизывался к ней.
     
     - Да ладно сынок извиняться. Ты все правильно сделал и ты тихоня тоже молодец. Прижал меня сзади так, аж коленки затряслись. Сама виновата, оделась перед вами как шлюха... .
     
     - мать смеясь посмотрела на меня и тоже погладила ладонью по щеке. А я не удержался и поцеловал её нежную руку.
     
     - Ого Витя а брат то у тебя, тихий, тихий, а ласковый с женщинами:
     
     - сказала Марина и глядя мне в глаза, погладила ладонью волосы у меня на голове. Мать явно была "косой" после стопки водки и я толкнул под столом брата чтобы он ещё налил по одной. Сейчас был шанс подпоить Марину и попробовать затащить её в постель. Следуя поговорке "Баба пьяная, пизда чужая". Но мать накрыла рукой свою стопку и вообще отобрала бутылку водки из рук старшего сына.
     
     - Споить меня хотите и трахнуть? Не выйдет, ваши мысли у вас на лицах у обоих написаны. Да и пить вам парни не стоит больше. Завтра много работы в доме и на улице. Огород нужно вскопать под картошку. Так что на сегодня хватит...
     
     - сказала нам мать, беря из рук Витька бутылку. И видя наши унылые лица, Марина поставила бутылку на стол и положила свои тёплые ладони на руку мне и сидящему рядом брату.
     
     - Да я не против парни чтобы вы меня поласкали. Я же не железная, да и вы тоже. И это произойдёт между нами, но не сейчас и не завтра. Мне нужно немного времени, чтобы разобраться в себе...
     
     - мама держала свои мягкие и нежные ладони у нас на руках и смотрела нам в глаза взглядом, полным любви и сожаления. Марина любила нас как своих детей и сожалела что согласилась перейти черту, за которой уже будут другие отношения а мы никогда больше не будем для неё сыновьями, которых она любила безответной материнской любовью. Честно, слова Марины, стали для меня и брата настоящим шоком. Ведь сколько у нас было планов, как склонить мать на секс и как вообще сказать ей об этом? Как она сама все "разрулила" и намекнула нам прямым текстом.
     
     - Хотя вы можете всё ускорить парни. Там в саду баня есть, Костя её видел. Так вот в ваших интересах её отремонтировать и чем быстрее тем лучше. Может я в баню захочу сходить а вас позову потереть мне спину.:
     
     - захихикала Марина и отхлебнув прямо из горлышка приличный глоток водки, не закусывая закурила сигарету, внимательно смотря нам в глаза.
     
     - Мариночка милая. Да мы хоть сейчас пойдём эту баню ремонтировать. Если ты не шутишь мама...?
     


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: