Рассказ №2164 (страница 4)

     - Какая же все-таки она стерва, - сказала Долорес, крича что-то вдогонку сестре.
     - Да ладно, сейчас мы заберемся на фонтан и позовем кого-нибудь.
      Однако все было не так просто... с фонтана непрерывно лилась вода, и залезть на него было нереально. По берегу ходили подвыпившие и веселые, беззаботные люди, которым было абсолютно все равно; громко играла музыка, и если присмотреться, то за деревьями можно было различить дерущихся из-за денег людей. Тогда Падра залезла Долорес на плечи и принялась кричать...
     - Эй, кто-нибудь! Вытащите нас отсюда! Мы на фонтане, мы здесь!!!
     Никто из гостей не замечал их, все попытки достучаться до людей оставляли желать лучшего. Это напоминало, когда тебя не понимают и, кажется, ты говоришь на другом языке, так, что тебя никто не слушает. Падра не сдавалась. Ее брат, проходя мимо по берегу, увидел кричащих и только усмехнулся.
     - Ну, пожалуйста, Глэм! Помоги нам, скажи Лиле, что мы здесь.
      Глэм залился смехом. Можно подумать, что Лиле сейчас больше делать нечего, чем заниматься ими. Кому они вообще нужны, две неудачницы, которые постоянно попадают в разные истории. Он и не думал идти сейчас искать где-то Лилу, что бы помочь этим дурочкам. Лучше пойти выпить еще шампанского.
     - Ночуйте здесь. - Ехидно посоветовал он.
      Падра слезла с шеи подруги. Пришлось им и правда там ночевать. Они пристроились под пальмой, глядя в небо.
     - Как думаешь, нас хоть завтра заберут отсюда? - Спросила Долорес, казалось, уже потеряв надежду.
     - Послезавтра моя мама уезжает, вот будет прикольно, если мы тут останемся?
     Повернувшись на бок, Падра заснула, а Долорес продолжала смотреть на звезды. Иногда они многое говорят.
     Около двух часов ночи их разбудил пьяный крик Гэли, высовывающейся из окна.
     - Так она и упасть запросто может. - Сказала Падра.
     - Эй, сволочи, какого черта никто мне не подливает водки?! - визжала Гэли, и Долорес показалось, что она перегнулась через окно слишком сильно...
      Тут она заметила островок и сестру на нем.
     - А вы-то чего тут делаете? - Истерически смеясь, прокричала байкерша.
     - Это же ты нас здесь оставила! - гневно ответила ей Долорес, удивляясь глупости Гэли.
     - Чего ты гонишь? Я вас вообще первый раз здесь вижу! - пьяная байкерша скрылась в окне.
      Теперь они Робинзоны Крузо. Но наутро Барта решила искупаться и хотела потопить Долорес, скинув ее в воду. Тогда Падра вытащила подругу, сказав Барте, что это было не смешно. Но потом пришла Лила и позвала Барту кушать и тут она заметила девочек.

     Гэли с бандой часто ездили на байках в горы около дачи, или вообще катались по стране, у них было свое убежище. Вскоре Гэли стала главой банды - заменила старого рокера Тода. Она к тому времени уже успела переспать со всеми членами банды. И знаете, что самое смешное? Ей дали кличку "Горячая задница"!
     - Кто упадет, тот лох! - перепрыгивая на байке реку, взывала предводительница.
     Рядом с горой, которую исколесили байкеры, расположились Долорес и Падра, чтобы отдохнуть от повседневной каторги.
     - Опять они тут! - заволновалась Долорес. - если Гэли меня увидит, мне конец!
     - Да не волнуйся ты. Они сейчас уедут.
     - Нет, я знаю, так уже было.
     - А что, если устроить им ловушку?
     - А нам не влетит?
      Падра посмотрела на подругу с укором.
     - Трусиха!
     - Нет!
     - Тогда пошли! Сейчас подумаю... - она поморщила лобик, - а давай заберемся на гору и скинем на них камни?
     - А их не убьет? - Долорес посмотрела на нее и, в конце концов, согласилась. Падра всегда была эдаким мальчишкой-озарником, но это не значило, что она была злой. Совсем наоборот, душа ее была столь же сентиментальна и романтична, как душа Долорес. Но повеселиться они любили.
      Взобравшись на вершину, они посмотрели вниз.
     - Скоро они должны тут проехать. - Сказала Падра, - помоги мне подкатить к краю вон те камни. - Она показала в сторону обрыва с другой стороны.
      Еле-еле они справились с этой задачей. Пока все шло как по маслу. Девочки уже отчетливо слышали шум моторов мотоциклов.
     Наконец, долгожданный момент настал... вот уже Гэли со своими "собачками" чуть ранее, чем надо.
     - Надо сейчас бросить, чтобы они преградили им дорогу. - Объяснила Падра, - если они не смогут потом через них проехать, им больше некуда будет ехать, кроме как обратно. - Она ухмыльнулась.
     Они вместе принялись толкать глыбы и вот они летят стремительно вниз. Все это время Долорес переживала, как бы они не попали прямо на голову сестры. С грохотом они свалились в кучу прямо перед носом подоспевших байкеров. Гэли подняла голову вверх, - о нет, девочки не успели отойти от края и теперь они как на ладони.
     - Долорес? Падра! - у Гэли не хватало слов, чтобы выразить свое возмущение. Ее "собачки" принялись отчаянно материться и угрожать, пока злобный и многообещающий взгляд предводительницы пронизывал виновниц.
     - Я клянусь, вы заплатите за это. Вы очень, очень пожалеете, что так поступили с нами. - Она еще перед этим и после пару раз крикнула что-то вроде "фак ю битч".

     Задыхаясь, из последних сил Долорес бегом доползла в коридоре до поворота около туалета, рядом с дверью которого, был запасной выход. Главное, чтобы мама споткнулась о табуретку, которую она поставила в коридоре по этому случаю. Куда же делась Падра?! Сейчас она ей была так нужна.
     Барта была в гневе... она рвала и метала по одной простой причине... Долорес опять не вымыла полы на кухне. Ох, как же искренне она ненавидела само слово "кухня", несмотря на свою врожденную привычку поесть. За стеной слышались тяжелые шаги Барты, ее прерывистое дыхание обкуренной шлюхи.
     - Долорес, я все равно знаю, что ты за тем углом! - кричала она в порыве ярости.
     - Если ты сейчас не выйдешь оттуда, я тебя сама достану и вырву твои мелкие шустрые глазенки, которые только и ищут, куда бы спрятаться, и запихну тебе их в задницу, протолкнув до глотки, чтобы ты подавилась ими!!!
     Это было больше, чем приступ психопатки. Так искусно сочинять подобную ерунду, лишенную всякого здравого смысла, могла только Барта.
     Долорес нервно думала, что ей делать. Если она попробует пробежать к запасному выходу, и если, дверь окажется открытой, ей, может быть, повезет. В противном случае ее разорвут на части умелые руки матери. Но, как говорится, кто не рискует, тот ... в общем, со стремительностью орла, завидевшего вдали мышь, она рванулась к спасительному выходу. На этот раз она была спасена. Да что пользы? Рано или поздно ей придется вернуться домой, и тогда Барта, будучи необыкновенно злопамятной, доберется до нее. Вот везет же Гэли! Хоть бы раз мать подняла руку на нее. Никогда. Обычно матери любят всех детей одинаково, в этом же случае Барта откровенно показывала свою ненависть к одной Долорес. И все потому, что она была уродиной.
     Она часто вспоминала те счастливые минуты, проведенные в обществе Падры. Она была такая озорница и все время придумывала что-то новое. Как-то зимой, когда за окном были видны сплошные ослепительно-белые сугробы, словно перина, устилающие все вокруг, они взяли самокат и отправились кататься с огромной горы, возвышающейся над дачным поселком и дорогой, что вела мимо обрыва к домам, и уходящей в белоснежную долину, озаренную приветливо жгучими лучами солнца. Воздух был настолько морозным, что чувствовалось, как в носу образуются маленькие льдинки от влажности. С трудом преодолев обрывистые, крутые склоны, девочки добрались практически до вершины, где их взору открылась ледяная белая красота. С места, где они стояли, были хорошо видны маленькие шикарные дачные домики, также, как и все, покрытые толстым слоем воздушного снега. Снег необыкновенно заглушает звуки, что особенно удобно было здесь, в горах.
     Долорес на этот раз не трусила. Она первая села на самокат, пока Падра своими детскими глазами сканировала открывшиеся золотисто-белые просторы. Падра тоже села на санки, и вдруг они сорвались с обрыва.
     Если стоять там, где только что стояли они, то были бы слышны приглушенные крики двух сентиментальных и впечатлительных маленьких девочек на самокате. Долорес не чувствовала руля, морозный ветер, обдающий ее лицо, плюс солнце, беспощадно ослеплявшее ее, не давали ей возможности видеть руль. Падра не обращала внимание на Долорес и, крича тоже, заворожено смотрела вперед, вниз. Долорес не чувствовала абсолютно ничего, ни тела своего, ни самоката, ни сзади сидящую подругу. Она лишь радостно кричала, не отрывая глаз от дороги. Никогда она не чувствовала себя такой счастливой. Впереди был смертоносный трамплин, и время почему-то ускорило свой ход. Наверное, для того, чтобы потом остановиться, что оно и сделало, когда, зажмурившись, девочки на самокате подскочили на трамплине, взлетев вверх на высоту примерно три метра от сугроба. Летя в воздухе, они затихли, все вокруг замерло. Долорес и Падра, взлетая вверх, перестали кричать, а падая, завизжали так, что казалось, Барта на кухне услышала их.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ]

Читать также: