Рассказ №2183 (страница 14)

     - Хорошо, что ты боишься. Страх обостряет чувства, и это ощущение должно сохраняться постоянно. Ведь хозяйки направляют вас, а куда... Вас нельзя ненавидеть, хотя и очень хочется. А тебя тем более. Ну что ж, сегодняшняя ночь только подготовит тебя к стационару.
     Она приблизилась сзади и безо всякой подготовки вонзила член между ягодицами Евгения. Видимо, размеры его отверстия сильно увеличились, поскольку болевые ощущения пришли не сразу. Но одновременно обе помощницы начали охаживать спину юноши плетками, дополняя его ощущения. А после тренинга порка не могла не возбуждать. И вскоре Евгений почувствовал, что готов кончить. А искусственный член раз за разом вторгался в него. Оргазм наступил неожиданно, среди боли и страха. Но наказание не прекращалось, пока старшая сестра не кончила два раза подряд. После этого она подошла к Евгению, почти потерявшему сознание, и заставила вылизать фаллоимитатор дочиста. Юношу почти тут же стошнило, чего, впрочем, его мучительницы ожидали. Легкий массаж, вставленный в анус марлевый тампон, увлажненный чем-то успокоительно-прохладным - и новая серия. Следующее устройство было более сложным. Голова пациента, накрепко связанного и подвешенного так, что ноги его были вверху, через определенные промежутки времени погружалась в большой аквариум, полный воды. Нос его был зажат металлической прищепкой, а рот оставался свободен. Перед тем, как Евгению завязали глаза, все три женщины пописали в воду, но он понял, что это был чисто символический акт - воде в аквариуме какие-то химические элементы придавали вкус и запах, но не цвет мочи. Этой жидкости ему предстояло вдоволь наглотаться. Погружения были все продолжительнее, он буквально захлебывался, а пребывания на поверхности хватало только, чтобы вдохнуть немного воздуха. Потребовалось некоторое время, чтобы он хоть немного оправился, лежа на полу. Его страх достиг крайнего предела. Евгений даже попытался вырваться из рук прислужниц, но эти женщины и по отдельности явно были сильнее его.
     Так что раба уложили на пол лицом вверх, пристегнули ноги и руки цепями. Затем устройство, в которое он был помещен, заработало. Медленно оно поднимало металлическую планку, а вместе с ней - поясницу жертвы, вынуждая раба выгибаться вверх все сильнее и сильнее... Сколько это продолжалось, Евгений не знал. Ему казалось, что каждый подъем устройства может стать последним - позвоночник не выдержит. Однако промежутки адаптации и расстояния были точно рассчитаны, и жертва, испытывая значительные мучения, серьезного вреда не получала. Кричать ему ничто не мешало, и крик хоть немного снижал напряжение. Утомленная этим шумом, старшая сестра приблизилась зажала ему рот ладонью и прошептала на ухо:
     - В отличие от других, ты принципиально беззащитен, не используешь покорность как некую страховку. И то, что в тебе нет женственности, тоже хорошо. Ты - настоящий раб; даже я не отказалась бы иметь такого. Но есть еще что-то, помимо понимания ситуации. Слышишь? Может быть, в стационарном курсе ты будешь достоин моей персональной опеки... Не знаю... Я наблюдала за тобой. Ты знаешь, что главное - не отдавать, а принимать, что госпоже гораздо тяжелее, чем рабу. И ты чувствуешь, что такое раб на самом деле. Твоя хозяйка знала, чего искала. И она получит желаемое. Никто не выдерживал так долго.
     Евгений не был уверен, что все расслышал правильно - мешала боль. Но в какой-то момент он почувствовал, что рычаг уже опускается - все с той же медлительностью. Это было немногим легче, но в конце концов напряжение ослабло достаточно, и он смог потерять сознание.
     К утру его отвезли в палату и до обеда освободили от всех занятий. Но еще два дня Евгений с трудом передвигался, а занимавшимся его пенисом во время тренинга вряд ли можно было позавидовать: эрекция не всегда удерживалась достаточное время. Однако следующим вечером сестрички позаботились о нем, устроив порку в оригинальной позе: одна шлепала ладошками по ягодицам, другая уселась на лицо и ласкала член и яички, аккуратно и мягко обмотанные марлей. Ноги Евгения были притянуты к двум потолочным крюкам, а пенис вскоре отреагировал на усилия ручек в перчатках, манипулировавших им. Может быть, сыграли свою роль и детские воспоминания. Но с того момента болевые ощущения отошли на второй план, а Дмитрий как-то заметил Евгению вполголоса:
     - Теперь тебе следует готовиться к стационару.
     Впрочем, еще неделю все продолжалось по-прежнему; только расширитель из его ягодиц был удален; видимо, свою задачу устройство исполнило. Старшая сестра больше не наказывала Евгения, иногда он ловил на себе ее вопросительный взгляд. Как-то днем, перед обедом, сестры вкатили в палату кресло, усадили туда Евгения, пристегнув ремнями, и повезли в удаленный коридор флигеля. Здесь находился небольшой лифт, возле которого их встретили мускулистые женщины, очень похожие на тех, что недавно участвовали в ночном наказании. Они и вкатили кресло в лифт, тут же двинувшийся вниз, в подвальный этаж.
     Здесь все было по-другому, и скорее напоминало тюрьму, а не больницу: некрашеные каменные стены, двери с решетками на смотровых окошках, несколько охранниц в коридоре. Все эти женщины носили полувоенную форму, на поясах висели тяжелые дубинки. Из-за одной двери доносились непрерывные крики боли, только усилившиеся, когда она отворилась, и в коридор вышла буднично одетая доктор Радек.
     - Очень мило... Вовремя доставили, - заметила она. - В камеру номер пять.
     У двери с этим номером Евгения освободили от ремней и от одежды, протянув вместо нее кожаный пояс, застегивавшийся сзади. К члену на ремешке шло металлическое кольцо, которое, будучи надето, препятствовало эрекции. Когда он был таким образом подготовлен, две служительницы уложили его на прикрытую кожей кушетку и велели взяться руками за боковые выступы. В рот вложили деревянную палку, приказав крепко сжать ее зубами. Вошла доктор с небольшим устройством в руках и пояснила:
     - Это что-то вроде проверки на твою чувствительность. Боль будет сильная, но недолгая. Так что держись крепче и не вздумай дергаться - будет хуже.
     Рукой в перчатке она удержала сосок его груди, поднося к нему сбоку свое устройство. Евгений, заметив на нем иглу, понял, что предстоит, и прикрыл глаза. Резкая боль, к которой он приготовился, все-таки заставила его дернуться. Это обострило ощущение... А доктор Радек переходила к прокалыванию второго соска. Потом она протерла вспухшую грудь пациента каким-то кремом и вложила в получившиеся аккуратные отверстия металлические штырьки. "Это чтобы не затянулось", - пояснила она. И тут же обратила свое внимание на пенис, проколов кожу яичек в нескольких заранее намеченных местах. Если его хозяйка пожелает использовать цепочки или какие-то иные держатели, отверстия, как понял Евгений, лишними не будут. Да и боль в этом случае была гораздо меньшей - видимо, потому, что доктор Радек не акцентировала на процедуре внимания.
     Зато следующая процедура должна была стать поистине мучительной. Укрытый рогожей столик с возвышением, на котором оказались бедра Евгения. Сюда же крепился корсет, туго стянутый умелыми руками. Пациента привязали лицом вниз, безжалостно раздвинули и осмотрели подзаживший анус. Доктор Радек отдала несколько приказов, и к кушетке придвинули еще один столик с подвешенным на нем резервуаром.
     - Сегодня тебе предстоит только легкая чистка мыльной водичкой. Дальше будет серьезнее... Лучше кричи, это многим помогает. - С этими словами доктор глубоко вставила в его задний проход резиновую клизму, прикрепив ее к кожаному поясу. Он повернула рычажок - и тут Евгений познал, что такое настоящая пытка... Он забыл о рабстве и повиновении, чувствовал только, как раздражающая жидкость медленно наполняет кишечник, стекая от задницы в верхнюю (а теперь нижнюю) часть туловища. Евгения тошнило, ощущение "мыльной водички" во рту становилось нестерпимым, и словно сквозь сон он услышал, как доктор Радек с кем-то беседует, услышал голос старшей сестры. Затем клизму стали медленно вынимать:
     - Сестра считает, что ты не выдержишь больше, - улыбнулась хозяйка клиники. - Может, она и права, может, твоя жизнь чего-то стоит. Ладно, уложите его...
     Надсмотрщица дежурила у его железной кровати всю ночь, меняя марлевые тампоны в заднем проходе. Зато наутро ослабевший Евгений, кроме боли от каждого движения, чувствовал какое-то состояние очищения в организме. Но следующие дни готовили более серьезные испытания...
     Пищу подавали в жестяных мисках; есть приходилось, как животному, без помощи рук на каменном полу. Впрочем, той жидковатой кашицы, которую принесли утром, Евгений все равно проглотить не смог. Его отвели в процедурный кабинет, доктор Радек протянула на ладони некий порошок, проглотив который, пациент почувствовал себя лучше. Впрочем, ненадолго. Его привязали к вращавшемуся во всех направлениях колесу, как бы распяв на плоскости. Скорость вращения постепенно нарастала, и к концу сеанса Евгений утратил всякую ориентировку. Стоять на ногах он не мог, и был брошен на полу, где потерял сознание.
     Очнувшись, он стал свидетелем чудовищного наказания. Крепко связанному в положении на четвереньках юноше некий электрический аппарат вгонял раз за разом в задний проход искусственный член, ничуть не меньше того, который испробовал на себе Евгений, при этом глубина проникновения каждый раз варьировалась, а всякое погружение сопровождалось электрическим разрядом. Вскоре несчастный потерял сознание, и только подергивалось тело при каждом новом ударе.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ]

Читать также: