 |
| |
| | Когда репетиция окончилась, Зуля поставила на проигрыватель пластинку с народными танцами и объявила бал. Вроде бы шутя и продолжая как бы играть роль жениха, Тима ухаживал за Доником, у которого сердечко то сладко замирало, то билось у самого горлышка. | | |
| |
|
| |
| | Она ощущала множество физических и телекинетических прикосновений, плавных и резких, и сквозь них - яркие, острые электрические удары. Не смотря на перегрузку нервной системы, ощущения не притуплялись, оставаясь невероятно насыщенными. Ее тело не подчинялось ни контролю ее разума, ни физическим законам гравитации, оно поднималось в воздух под властью его Силы. Он коснулся своими кончиками пальцев ее обездвиженных рук, пустив волну наслаждения по верхнему слою кожи, плавно и надавливая провел свои пальцы вдоль ее рук, остановившись одновременно правой рукой касаясь ее верхнего позвонка, а левой - костяной ямки соединения ключиц. | | |
| |
|
| |
| | Потом Оля сняла с моей головы парик. Настала очередь колготок, которые я осторожно снял с голой попы, подняв подол платья, а Оля также осторожно сняла их с моих ног. Осталось снять платье. Оля сняла бретельки с моих плеч и расстегнула "молнию" на моей спине, и платье само соскользнуло с моего голого тела, приятно шурша шёлком упало на пол. Я перешагнул через платье, а Оля, подобрав его с полу, расправила и повесила на плечики в шкаф. Раздевание прошло почти без слов, так как мне было грустно от того, что я снимаю такую красивую и приятную одежду и неизвестно ещё, одену ли я её когда-либо или нет (хотелось даже плакать) . А когда я одел одежду, в которой я пришёл сюда, тут я не выдержал, и из моих глаз брызнули слёзы. Увидев это Оля, принялась успокаивать меня. | | |
| |
|
| |
| | Лет с двенадцати Артем самостоятельно, без чьей-либо подсказки, открыл для себя источник неистребимого удовольствия, получаемого от раздражения члена, и с тех пор это было делом сугубо личным, интимным, тщательно скрываемым, ни с кем никогда не обсуждаемым, - возбуждённый член был для Артёма прежде всего орудием его тайного рукоделия, и хотя в подсунутой матерью книге "для мальчиков" в классе седьмом или восьмом он среди прочего вычитал, что в занятиях мастурбацией ничего зазорного нет, тем не менее отношение его к собственному члену было таким же, каким было его отношение к рукоделию: рукоделие ни с кем не обсуждалось, а член никому никогда не демонстрировался, и даже в школьном туалете, когда приходилось на перемене отливать в присутствии пацанов, Артём всегда старался повернуться так, чтобы член свой от чужих взглядов скрыть... а тут - рука! Чужая, горячая, бесстыдно обхватившая рука... | | |
| |
|
Рассказ №22008
|
