 |
| |
| | Парень потянул вниз бретельки лифчика, освободив тяжелые груди, а моя ненаглядная опустила вниз его плавки. Переступив ногами, Артем избавился от последней детали одежды, затем аккуратно снял трусики с Ани, которые промокли настолько, что от них к её промежности потянулась тоненькая ниточка её смазки. Застежку лифчика Анюта расстегнула сама. И вот, уже полностью обнаженные они вновь припали к губам друг друга. Я смотрел на эту картину и моё возбуждение тоже перехлёстывало через край. Как ни странно, я не испытывал никакой ревности, наоборот, эта картина показалась мне прекрасной и возбуждающей. "Сейчас он трахнет Аньку, он её выебет. А я ничего не делаю, чтобы это предотвратить. Но ей сейчас так хорошо. Она сама этого хочет, хочет ему дать. Будь, что будет" , - думал я, слегка поглаживая себя, мне казалось, что сейчас я могу кончить от любого движения. Артем приподнимал грудь Анюты по очереди лаская возбужденные соски, покусывая их и покручивая пальчиками, в свою очередь она одной рукой гладила его по голове, а второй рукой гладила его яички и член. Парень удалил всю растительность у себя в промежности, и от этого его толстенький член выглядел еще красивее, точно как у актёров взрослого кино. Первой эту сладкую муку снова не выдержала Аня. Она посадила Артёма на край кровати, сама опустилась на колени, прямо напротив его возбужденного органа. | | |
| |
|
| |
| | Он шел под дождем. Белый халат неопрятно торчал из-под плаща, зонтик - как шпага с нелепо съехавшей гардой - качался над головой в такт шагам. Он был мрачен, под стать погоде, и в тысячный раз проклинал весь мир, мелочно останавливаясь на каждой отдельной гадости. Глупая, толстая, неопрятная женщина, которая ждала его дома... Ее он ненавидел в первую очередь. За то, что она действительно оказалась его библейской половинкой, и в редкие минуты, когда они, обнявшись, оплакивали свою говенную жизнь, | | |
| |
|
| |
| | Мила заработала ротиком, всасывала, обхватывая плотно ствол губками, помогая языком и стараясь пустить себе в рот, как можно глубже, громко чавкая и пуская слюни: Ей стал нравится этот короткий острый момент, когда он из нормального человека превращался в тупое животное, рвущиеся ее выебать. И это небольшое приятное волнение, когда он крыл ее матом, на которое неизменно отзывалась ее промежность сильным увлажнением. | | |
| |
|
| |
| | Мужики смеялись и обменивались впечатлениями. Я сидел посреди этого мелкого озерца обоссаный, со следами засохшей спермы на лице груди, всем теле. Один из мужиков - здоровый, толстый и бородатый влез в озеро, и, схватив меня за волосы, принялся окунать меня в воду, споласкивая. Он сунул мне в жопу палец и так выволок из воды и швырнул на берегу. | | |
| |
|
Рассказ №22097
|
