 |
| |
| | Я не успел увидеть его член, заметил только упругие ягодицы. Поверх он накинул такую же легкую медицинскую куртку, достал из пакета масло для массажа и повернулся к выходу в номер. Во время переодевания "массажиста" , жена, сказала, что сюрприз неожиданный, и возможно, не в тему. На что я ответил, что это будет приятным дополнением к нашему вечеру и нечего напрягаться по поводу присутствия третьего, я же не девушку-массажистку себе вызвал, а позаботился о ней, и это надо ценить, и принимать знаки внимания как должное. | | |
| |
|
| |
| | Зашли в сортир и он мне говорит: "Саня, че хошь делай но я тебя щас ебать буду, полгода я на тебя облизываюсь". А что мне делать было? Ну давай говорю попробуем, но предупреждаю, у меня не было такого, и если больно будет то сразу прекратим, а то я заору так, что вся рота в ружье поднимется. Он согласился и мы прошли во вторую комнату где сам сортир, т. е. кабинки. В последней закрылись, а там тесно пипец. Вобщем он говорит, что сначала в рот давай, я как-то заартачился, но он вывалил своего коня черного, и я уже прижат был к стене. Пришлось опуститься на корточки и начать. Хуй был чистый, сегодня тока баня была, я сосал как мог, хуй выскакивал то идело из рта и бил меня по носу, щекам. Вся рожа с мазке и слюнях. А Мага голову вверх поднял, глаза закрыл, дышит как паровоз, думаю уж не плохо ли ему стало. Потом минут через 5 вытащил и говорит "Давай Санька задок подставляй, говорит, нежно тэбя буду целочку ломать". Я медленно повернулся задом и слезы у меня потекли, он увидел, повернул меня к себе лицом, и стал как бабу взасос целовать и шептать, что не надо боятся, что больно сильно не будет, что я вытерплю. Я снова занял позицию задом к нему. Он опустил мне кальсоны и своим пальцем послюнявленным стал мне на очко давить, да мять его. Мне даже стало нравится, но когда влез в меня палец было неприятно, но не особо больно. Покрутил пальцем он в жопе у меня и захрипел от страсти видимо. Стал уже залупой давить, Она соскальзывает, хуище то у него о-го-го, а дыра у меня маленькая. Мучился он мучился и... о бля как слезы брызнули у меня, да хорошо он мне рот успел зажать, я охренел от боли. А он ебет не останавливаясь. Шепчет: "Все, все еще чуток патэпри малыш, щас я быстро. А какая попочка маленькая, а а а а а". Вобщем ебет парень мальчишку, так это было со стороны. Драл он меня минул пять всего, потом как стал сливать мне в жопу, а она вытекает и по ляжкам течет. У меня рот зажат, я ничего не пойму. Еще все больно, а потом он мне стал дрочить и вот уж тут я поплыл, такую струю пустил в стену, ух. Мага вытащил хуй из меня, красный весб, вспотел. А глаза счастливые. И опять меня в засос, , и говорит: "Ты Саша прости меня, я нэмог болше сдерживаться" и вышел из сортира. А я так и стоял со спущенными кальсонами, жопа вся раздолбана, по ногам малофья его течет. И заплакал, такие чувства в моей душе бились, просто невозможно передать. Ведь если ребята узнаю это все, петля мне. Проревел я часа два, потом пошел подмыл жопу и спать поплелся. Мага уже спал, и я теперь на него посмотрел даже как-то по другому, Теперь я понял, что моя жизнь дальнейшая в его руках. Мага оказался хорошим человеком, ни одна душа не узнала, о том, что он мне целку поломал. И потом у нас было еще с ним и не только с ним. Вот такая истрия, извините за сумбурность, я не писать, впервые такое пишу. Спасибо, что выслушали! | | |
| |
|
| |
| | Глаза ее были закрыты, груди ее раскачивались при каждом движении ... и тут он заметил, что обе руки ее находятся у ее промежности - одна прижата пальчиками к лобку сильно давит на него сверху, а другая - чуть ниже ныряет пальчиками в ее влагалище, как до этого делал он. Этого зрелища он выдержать уже не мог - возбуждение подкатило к его голове, глаза закрылись, и поток его семени устремился из его тела по члену - и ринулся в ее жаждущий рот. Она замерла, продолжая лишь легкие движения губ и языка, помогая ему разрядиться. Затем к ее движениям прибавились сосущие и глотающие - семени было много и она не хотела упустить ни капли, насладиться им сполна. А он, дергаясь всем телом, закрыв галаза, продолжал извергаться ей в ротик, пребывая на седьмом небе от блаженства. | | |
| |
|
| |
| | - с горечью в словах говорила мне тётя Оксана. Оказывается что наша соседка в молодости работала дояркой в колхозе и доила коров. Но только не тут а у себя в Харьковской области на Украине. А дом в этой деревне по словам тёти Оксаны, вовсе не её а мужа. Тут когда-то жили родители Михалыча и дом по наследству достался ему но он в нём не появлялся. Одно время соседка хотела продать этот дом в Плетневке под дачу москвичам. Места для отдыха тут идеальные, но его никто не купил из за отсутствия нормальной дороги к деревне и электричества. Столбы которые шли от большака к Плетневке, стояли пустые без проводов. Их вероятно срезали сразу после распада здешнего колхоза, охотники за "цветным" металлом. | | |
| |
|
Рассказ №22169
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 06/12/2019
Прочитано раз: 20260 (за неделю: 5)
Рейтинг: 0% (за неделю: 0%)
Цитата: "Член проталкивался внутрь раздвигая, словно разлепляя, её мокрую горячую пиздёнку - Таня встретила это долгим неровным выдохом, словно беззвучно застонала, и начала сама насаживаться на ствол. Я согнул одну ногу в колене и поставил её вертикально, сделав какое-то подобие шатра из простыни, чтобы проходящие мимо люди не могли заметить, как она ебёт себя моим членом. Она делала это медленно и вкусно, просунула руку себе между ног то хватая меня за яйца, то просовывая пальцы себе внутрь вместе с членом. Когда она полностью снималась с меня, её ладонь проводила по моему стволу и сразу снова направляла его внутрь. Я осторожно приподнялся на локте, чтобы увидеть её лицо. Она лежала прикрыв глаза и прикусив нижнюю губу, от неё просто веяло жаром, а когда я просунул ей руку под футболку и легонько прищемил сосок, она не выдержала и еле слышно застонала. Я понял, что сейчас не выдержу. Лихорадочно сдёрнул руку с её сиськи, ухватил себя снизу за яйца и потянул вниз - обычно это помогало мне отсрочить оргазм. Обычно. Но тут начала кончать она, прерывисто дыша, плотно стиснув бёдра, втягивая живот, она просто выдавливала из меня сперму своей горячей пиздой. Я попытался отстраниться, но она плотнее прижалась бёдрами так, что я уже не мог отодвигаться от неё, не рискуя грохнуться с полки. Я спускал ей внутрь, ещё сильнее и обильнее чем в первый раз, когда она мне сосала...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Ездили когда-нибудь в плацкарте на багажной полке? Я вот ездил. Да много кто ездил в то время. В 94-м поезда и в Москву-то ходили через пень-колоду, что уж говорить про нашу провинцию: Бывало, поезд в расписании должен быть, а на самом деле его нет три дня. И люди сидят на вокзале, на баулах и чемоданах, ждут поезда, уже быт себе обустроили в зале ожидания. Или, бывает, поезд есть, но вагонов в нём в два раза меньше, чем нужно. В кассы тогда никто и не заглядывал даже, все сразу к проводницам с деньгами, а они женщины сердобольные, говорят: "Ну ты приляг на самую верхнюю полочку, ещё сумочки поставь так чтобы не видно было". И всем хорошо. Благо транспортная милиция только по праздникам ходила. А кому совсем свезло, мог и зайцем пролезть, пока проводница, кудахча, носится по перрону, пытаясь стрясти копеечку с каждого.
И вот однажды ехал я в такой обстановке из Минска в Питер весь такой красивый на нижней боковушке. Повезло так. Билет был куплен сильно заранее. Сверху, значит, мужик в усах и тельняшке, Михаил звать. Мы с ним чаи гоняли весь вечер под его разговоры - втирал мне, откосившему от армии, про Афган. В "купейном" отсеке распределились остальные персонажи: дородная баба лет шестидесяти с кучей коробок и банок с солениями, которые она охраняла как золото, похожий на Кощея дед, который ехал почему-то в тапках на босу ногу, и молодая семья начинающих алкоголиков: оба уже малость опухшие, но ещё интеллигентные, "вы" говорят. Ничего особенного, короче.
За пять часов, уже к ночи, кое-как проехали Витебск, и на следующей станции зашли они - зайчики. Причём сразу трое, два парня и девчушка. У нас весь отсек уже дрыхнет, даже Михаил уже успокоился, только я сижу, сон не идёт. Взял у проводницы бутылку пива, заплатил этой спекулянтке восемьсот рэ и сижу с этим пивом как король, рассматриваю новоприбывших. Парни как парни, явно студенты, лет по девятнадцать может. Видно что еле ноги волочат от усталости. Поозирались по сторонам, поняли что даже сесть негде и быстро запрыгнули на верхотуру - один прикорнул прямо на бабкиной коробке, второй рюкзак под голову положил. А девчонка не торопится, села напротив меня, чирикнула "Здрасти, я Таня!" и сидит, водит носом.
Я, недолго думая, предложил ей пиво, и она тут же согласилась. Развернулась за столик, рюкзак скинула вниз, ногу на ногу закинула так, что они аж завязались каким-то немыслимым узлом, и кулачком подпёрла щеку. Милая девушка. Невысокая, рыженькая, по бокам две коротенькие рыжие косички, явно ей не по возрасту - они её молодили лет на пять сразу. С хорошей фигуркой, как я успел заметить, но лицо необычное: курносый нос, щеки круглые с ямочками, когда она улыбалась, и с постоянным румянцем, губы полные, выделяющиеся без всякой помады. Из-за этого складывалось ощущение, что она немножко в теле. Загорелая как все деревенские девчонки, брови рыжие выгорели почти добела. Одета по погоде - футболка, шорты, вьетнамки. Что мне в ней сразу понравилось, это как она улыбалась - больше глазами, чем губами, от чего её брови подпрыгивали вверх, а карие глазки начинали поблёскивать. А улыбалась она постоянно.
Мы говорили шёпотом. Таня сказала, что они едут до Пскова с каникул. Она училась в пединституте, мальчики на истории, а она на "зверофаке" , на отделении биологии то бишь. Они были из одного маленького города, Невеля, где все друг друга знают. Натарахтела мне за двадцать минут кучу всяких подробностей о своей жизни, рассказала даже про соседок по комнате, про какого-то препода-алкоголика, а про меня особо ничего не узнавала. Даже имени не спросила. Да и нечего про меня особо рассказывать - мне двадцать семь и я алкоголик, вот и вся история.
В общем пока мы сидели, Таня очаровала меня так, что я предложил ей свою нижнюю полку. Я и так-то чувствовал бы себя неуютно, отправляя её наверх, а тут она ещё и понравиться мне успела. Короче, вежливо поспорили немного, но потом я заявил, что какой же я мужчина, если не уступлю место и, мысленно сверкая доспехами, впервые в жизни полез на третью боковушку.
Пожалел я о своём необдуманном решении примерно сразу. Пока Таня радостно раскладывала матрас и стелила простыни, я обнаружил на третьей полке чью-то здоровенную сумку на колёсиках и солидный скос у стенки, который почти не оставлял мне жизненного пространства. Делать было нечего, спать хотелось невыносимо, и я, согнувшись в три погибели, кое-как устроился.
Проснулся я от того, что кто-то тряс меня за плечо:
- Дяденька! Дяденька! - повернув голову, увидел, что Таня эта поднялась наверх, повисла на подножке и теребит меня за плечо. Нормально, думаю, уже дяденькой называют.
- Чего тебе, Танюш?
- Да я не могу, как вы тут мучаетесь. Места же нет совсем, тесно. Спускайтесь вниз, там места и двоим хватит, - и улыбнулась во всю физию. И глазками захлопала.
- Херассе: А пацанам твоим что, не тесно что ли? Вон этот, на коробке, грыжу себе зарабатывает. Его бы к себе и положила.
- Я чего дура что ли? - она захихикала, - Чтобы завтра вся общага знала что я с кем-то из них спала? А потом ещё и весь Невель?
Предложение было, конечно, заманчивое. Блядская сумка на колёсах и ублюдочный скос явно занимали больше места, чем восемнадцатилетняя студентка, и точно были гораздо жёстче. Поколебавшись немного, я спустился вниз мимо храпящего Михаила. Смотрю, лежит у самой стенки натянув на нос простыню, и глазками на меня поблёскивает. Ну ладно. Кое-как лёг на бок, жопа над краем полки свисает, неудобно. Натянул на себя край простыни. Лежим лицом друг к другу, я, значит, как идиот лежу, а она просто лежит, таращится на меня. Чувствую - не, сейчас упаду. Придвинулся к ней ближе, она приподнялась немного и глазами показала, мол руку положи под меня. Я повиновался, и она устроилась мне на плечо, и ко мне прижалась, довольная. "В тесноте, да не в обиде!" - прошептала.
Теперь мы оба нормально умещались на полке и под простыней, но тут же возникла другая проблема. Таня была мягкая, податливая, горячая как печка, да к тому же пахла так, что я сразу поплыл. Женщины у меня не было уже месяца четыре, а может и больше. Я предпочитал не считать. Не умел я как-то ни знакомиться, ни подкатывать - мне всё казалось, что вокруг полно кандидатов поинтереснее меня. А тут такое: Я лежал, ни жив ни мёртв, и только чувствовал её дыхание у себя на шее, тёплую ладошку у себя на груди, а ещё как хуй оттопыривает штанину. В соседнем отсеке тихонько бухали и бубнили два мужика, храпел Михаил, причмокивала во сне бабка с соленьями. И ещё периодически народ мимо в туалет шастал. В общем все были при деле, один я страдал. А тут ещё Таня начала меня своей ладошкой по груди поглаживать.
- Ты чё не спишь? - шепчу, - и чего горячая такая? Температура у тебя?
- Действительно, чегой-то я не сплю, - захихикала девочка, - все кругом спят, одной мне не спится. Температуры нет, я всегда такая.
Я повернулся было к ней, и тут же понял, какое это опрометчивое движение - теперь бугор на штанах утыкался ей прямо в бедро. "Ой!" - сказала она с иронией и заулыбалась глазами. Она елозила бёдрами, а её ручка гуляла по моей груди, плечу, боку. Меня уже серьёзно потряхивало. Я в отчаянии положил ладонь сначала ей на бедро, потом повёл вверх, под футболку. Она меня не остановила, и я полез выше, к груди. Помедлил и положил ладонь ей на сиську, сдавил через ткань лифчика, начал мять. Она больше не смотрела на меня, закатила глаза, ротик приоткрыла и язычок немного высунула. Кажется она стала ещё жарче. Я провёл рукой у неё между лопаток и расстегнул оба крючка на лифчике. Я не видел её сиськи, но мог чувствовать их наощупь - они были небольшие, тёплые, упругие, с маленькими стоячими сосочками - я не мог оторвать ладонь от её груди. Одновременно, я нашёл в себе смелость поцеловать её, и она, тихонько застонав, стала отвечать мне! После такого даже тормоз вроде меня уже окончательно осмелел. Я накрыл нас обоих с головой простыней и задрал на ней футболку. Она лежала у меня на плече, подставляя свои нежные соски под мои пальцы, а губы - для моих поцелуев. Одновременно её рука гладила и сжимала мой хуй через ткань брюк, щупала его рукой, словно пытаясь понять, какой он толщины.
- Поласкай меня: там: - прошептала Таня. Я снял руку с её груди и провёл вниз по животу. Её шорты уже были расстёгнуты, и моя рука легко скользнула в пожар, который полыхал у неё между ног. Она была уже очень мокрой, волосы на лобке все в с горячей, скользкой смазке. Пахло от неё так, что у меня закружилась голова, а мужички за стенкой даже немного притихли, или это меня контузило, не знаю. Я гладил её лобок, оттягивая вниз трусики, пока она не придвинулась ко мне и не сказала одними губами:
- Возьми меня за пизду:
Я сделал это так, что внутрь ей погрузились сразу три пальца, и она вцепилась зубами мне в плечо, а рукой - в мою руку. Кажется она попыталась отвести её, но я уже не дал ей этого сделать. Пока я ласкал её изнутри, она не разжимала зубы, а вот рука её ослабла и потянулась сначала к своему соску, ласкать его, потом к моему лицу, начала гладить меня по щекам, запустила руку мне в волосы, начала трепать их, оттягивать, ерошить.
- Офуенно: офуенно: еффё, - пыхтела она тихонько, зарываясь в моё плечо. Наконец, она мелко задрожала и судорожно свела бёдра так, что моя рука оказалась зажатой словно в тисках. Дёрнувшись несколько раз, она расслабилась, хитро взглянула на меня и шепнула: "Спасибо:" Это было неожиданно, и я не сразу придумал что сказать ей в ответ, а когда наконец открыл рот, Таня приложила пальчик к моим губам, и шёпотом пропела на мотив известной рекламы:
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
