 |
| |
| | Протянув руки к подошедшему Андрею, она расстегнула пуговицу с молнией и стянула с него джинсы. Андрей, в свою очередь, медленно расстегнув пуговицы, снял с Ляны блузку, а затем освободил Арину от лифчика, слегка коснувшись при этом её грудей. | | |
| |
|
| |
| | Собственно, о ней и разговор. И о цветах, конечно. Я Тамару про себя Воробушком называл. 2 раза в неделю называл - по вторникам и четвергам, когда жена на фитнес ходила, у нее в это время чувствительность к моим мыслям притуплялась. И вот, в один из четвергов, собираюсь я вечером домой. И Воробушек собирается. И тут я осмелел неожиданно, не зря говорят - седина в голову, бес в ребро. Никакой бороды, кстати, никогда у меня и не было. Давай, говорю, Тамара Николаевна, я тебя подвезу. А добираться ей до дома действительно не близко, часа полтора, пожалуй. Она помялась немножко. Но согласилась. Спасибо, говорит, Геннадий Васильевич. По дороге я остановился, купил кой - чего, и в пакет спрятал. Приехали. А не выпить ли нам, говорю, Тамарочка, кофейку? Совсем уже в тот момент понесло. Она зачем-то на часы посмотрела, вздохнула, и пригласила к себе. Вот, значит, Воробушек на кухне кофе варит, а я из пакета достаю, что купил. А купил я 3 розы - небольшие рижские розочки, бордовые такие и очень даже аккуратные. А тут и она с подносом входит. -Это вам, Тамарочка - говорю - и розы протягиваю. Она поднос поставила, розы взяла, и опять почему-то вздохнула. Принесла из кухни литровую банку с водой, и розы там разместила. Сидим, кофе пьем - почти по семейному. Я пошутить решил, цитирую: | | |
| |
|
| |
| | Наутро я проснулась, укутанная в шелковое одеяло. На соседней подушке лежала черная роза и записка. "Я люблю тебя, слышишь - люблю, и мне все равно, что ты не та Ника, которою я искал - она умерла три года назад, и все это время я искал ее, надеясь на то, что она жива, но встретил тебя. Не смущайся, я понял это как только ты приблизилась к ромашкам - она любила розы...но я ни о чем не жалею. Я не знаю, встретимся ли мы еще, но я всегда буду с тобой рядом, буду твоим дыханием, твоими губами, твоей кровью". | | |
| |
|
| |
| | Олифант неожиданно остановился и вытащил член. Графиня, которая была близка к величайшему в её жизни оргазму, зашипела, словно разъяренная кошка. Но шевалье остановился лишь для того, чтобы поднять Лилиан и развернуть её задом к себе. Затем он снова проник в неё, он был ещё больше, проник ещё глубже. Графиня успела зарыться лицом в подушку, чтобы сдержать крик. Олифант ускорил темп. Графиня поняла, что уже не контролирует себя. Он наполнял её всю, он пронзал её насквозь, она тихо рычала в подушку, терзала её зубами. Она больше не была человеком. Она была львицей во время случки. В мире не существовало ничего, кроме этого пронзительного удовольствия и первобытной похоти. | | |
| |
|
Рассказ №2239 (страница 6)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 25/06/2002
Прочитано раз: 114751 (за неделю: 124)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Тренировка подходила к концу кто-то из соперников при подаче, я даже и не заметил кто, угодил в сетку и подача перешла к нам. Счёт стал 21:17 в нашу пользу. Преимущество по новым правилам гигантское. Мне в общем нравятся новые правила ни на секунду нельзя расслабится иначе догнать уже практически не возможно. Новые правила ввели год назад, наш тренер по началу долго ворчал, говорил, что это уже совершенно другая игра и впору вводить два волейбола, волейбол15 и волейбол25. В общем, не удивитель..."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 6 ]
- Бесстыдник! Ходишь голым по квартире. Да ещё и на меня пялишься.
- Будто я тебя голой не видел.
- То было совершенно другое дело. И вообще будешь за мной подглядывать, голой больше не увидишь, и никто не увидит.
- А как же тогда трахаться собираешься, одетой ,что ли? - пошутил я.
- Да вот так и буду, и трогать себя не разрешу, а то ты меня всё истискал только подумай, что будет если мама заметит. А теперь кыш отсюда, и не появляйся пока я не приму душ.
Фии.. - только и сказал я, выходя из спальни.
Она быстро выпорхнула и долго плескалась. Да отмываться то ей по больше придётся. Интересно, что подумает её мама, а тем более папа? Мои, наверное, если вдруг узнают, всё равно в душе возгордятся мной, а вот её родители думаю не очень. Я заглянул в спальню: да, приборка тут нужна соответствующая.
«Блин, а если она залетит, вот ведь совсем не думал».
Пока я нервно размышлял, глядя в окно, Маринка закончила с душем и заглянула в спальню.
- Слушай, а ты как, ну в смысле того…
- Нет, не думаю, у меня сейчас такой период, когда это вообще мало вероятно, да и маминых таблеток я наглоталась.
Ну, хорошо - у меня в душе отлегло сразу.
- Слушай, тут всё надо прибрать, выстирать, тебе помощь нужна?
- Это не твоя забота, сама справлюсь. Мама только через два дня будет, а за это время я все следы уничтожу, никто не догадается.
Я подощёл и обнял её, она обхватила меня за плечи, и мы слились в жарком поцелуе. Она была чистенькая, от неё исходил запах чистоты, свежести, волосы приятно пахли шампунем. Я обнимал её за плечи, спину и чуть-чуть ниже. Она отстранила меня.
- Давай топай домой, а то твои волноваться будут.
- Да нет, не должны, я и раньше у друзей ночевать оставался, правда позвонить при этом не забывал.
Я подхватил свою сумку. Она проводила меня до дверей.
- Знаешь - сказал я - я бы, наверное, не решился... - уже на площадке сказал я.
- Угу, вот и я подумала, что с тобой можно в девках остаться.
- Давай, чава.
- Чава - сказал я.
До первого этажа я спустился по лестнице. Дед Трофим всё также пялился в свой маленький телевизор. Казалось, он всё понял и вроде бы подмигнул мне.
Я выскочил на улицу. Теперь осталось только придумать, где ночевал и почему не позвонил домой. Ничего, время есть, что-нибудь придумаю.
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 6 ]
Читать также:»
»
»
»
|
