 |
| |
| | Рабынь и Ольгу также отдаю ей, пусть делает с ними, что хочет, мне всё равно, что с ними будет дальше. Секретарем она у меня больше не будет. У Ольги также есть счета, сегодня я ёще проведу с ней беседу, узнаю, сколько у неё есть средств, всё переведу на себя и тридцать | | |
| |
|
| |
| | Когда ротт устанет от минета, я начинаю сжимать зубы и жевать чужое говно. Твердая коричнавая масса начинает податливо таять во рту, наполняя его необыкновенно притягательным вкусом и запахом. Если в соседних кабинках никого нет, я даже смачно почавкиваю и причмокиваю. Член в эти моменты стоит столбом, по спине бегут приятные мурашки. Твердое поначалу говно потихоньку превращается в полужидкую кашку. Великолепное превращение! | | |
| |
|
| |
| | Джинни открыла рот. Она старалась говорить как можно тише, но это заставляло людей ещё внимательней вслушиваться в её дрожащий полушёпот: | | |
| |
|
| |
| | Совсем никуда не годилось! Наташка, видимо, решила устроить мне допрос, с утра пораньше. Мало ей того, что я, на рассвете, стоял голый, выслушивал глупые вопросы и даже на них отвечал, так она еще и с обвинением. Только я решил на нее прикрикнуть - вроде как спал, а она непрошено ворвалась, с Наташки сползло одеяло, наружу выпрыгнула одна грудь, с маленьким розовым соском. | | |
| |
|
Рассказ №22585
|
