 |
| |
| | Я с возмущением отвергла такое предположение и, пропищала что-то о том, что если человек любит, то он примет меня такой, какая есть, а уж я буду ублажать его всеми доступными мне способами. Евгений Петрович еще раз обозрел мой "фасад", пробормотал: "Ну-ну" и пригласил на стоящую в его кабинете кушетку. Он посадил меня на нее, постучал молоточком по коленкам, заставил следить взглядом за этим молоточком, которым водил из стороны в сторону, потом попросил приподнять блузку и поцарапал чем-то острым по моему животику, заставив меня пару раз хихикнуть от щекотки. Потом положил меня на спину, пощупал подчелюстные лимфатические узлы, а потом быстрыми сильными движениями ощупал мои бока - от подмышек до бедер. Ни моих "тряпичных "грудей", ни члена, ни попы он не касался. Когда он мял меня за бедра, я почувствовала легкое возбуждение и слегка покраснела. Он заметил, но ничего не сказал. | | |
| |
|
| |
| | Артём выспавшись проснулся от шума собиравшегося в спешке отца на работу, - но не побежал как обычно проводить отца на работу - а стал выжидать пока спадёт утренний стояк после супер эротического сна. , в доме наступила тишина и Артём поспешил в туалет - пока никого, дойдя до средины зала - навстречу вышла в полу прозрачной комбинации близняшка Зита и толкнула офигевшего Артёма в объятия Гиты (названы по настоянии их бабушки фанатки Инд. кино) Гита усевшись на корточки (как Япошки за обедом сидят) и положила голову Артёма себе на ноги ближе к животу, а Зита уселась на ноги Артёму и стала скользить - продвигаться от его коленок и к его животу, Артём заметил вышедшую из спальни их маму, А. сгорая со стыда потерял дар речи, М. нежным Французским - (чтоб А. не понял, но А. тоже знал немного Фр. яз.) стала корректировать - "не садись - а на весу скользи - по касательной" и т. д. | | |
| |
|
| |
| | Женщина моя ровесница или чуть моложе... Вела себя уверено и немного доминируя. Сначала села рядом пересев на диван затем потянув меня за руку полезла целоваться... В голове сразу же мелькнула мысль... . Сколько хуев видел её рот. Генкин хуй был там не один раз... Отвечал я умело действуя язычком как и учил храпящий рядом учитель. Получив ответ она развернула тело и легла на диван разбросав коленки. Когда язычок коснулся раскрытого бутона тихо вздрогнула положив на мою голову руку... Значить все правильно. Новый вкус наполнил рот и пришлось глотнуть. | | |
| |
|
| |
| | На узком языке песка, пробивающегося из-под высокой травы к реке, на расстеленном полотенце лежали Вика и папа. Белое пятно, на которое я ранее обратил внимание, было ничем иным, как Викиной панамкой, небрежно отброшенной в сторону. Рядом с ней лежала и раскрытая книга. Папа был в растянутых спортивках, его рубашка висела на ветке ивы поблизости, вместе с Викиным платьишком. Вика лежала в красном открытом купальнике, устроившись на плече у папы, а папа что-то шептал ей на ушко, и, время от времени, целовал её лицо и шею. Выглядели оба расслабленными и спокойными, и я уже хотел было вернуться назад, или окликнуть их, привлекая к себе внимание, или сделать еще что-нибудь, вместо того чтобы подсматривать за ними из-за лопуха, но тут папина рука начала вновь поглаживать Викино бедро, по-прежнему нежно, но что-то в этих движениях показалось мне необычным. Пальцы папы скользили по гладкой коже, соскальзывая на внутреннюю сторону ляжки и временами осторожно, но явно сильно, с непонятной мне жадностью, вдавливаясь в белую нежность незагорелой ноги. Вика, впрочем, не возражала. Она лежала с расслабленным лицом, зажмурившись, и лишь иногда, когда пальцы папы были особенно настойчивы, издавала легкие вяканья, сопровождая их улыбкой. | | |
| |
|
Рассказ №22625
|
