 |
| |
| | Первый удар был легким и еще не слишком болезненным: мать как-будто опробовала инструмент. За ним последовал второй. Миссис Поттер секла мастерски: крест-на-крест, исполосовывая самые болезненные участки тела. Гарри дернулся, но его шея была прочно зажата между белых бедер матери. Гарри пока мычал, но крепился, стараясь не кричать, как ребенок. "Гриффиндорцы не плачут" , - учил его отец. Но после двенадцатого удара мать сменила пучок, нанося удары сразу тремя розгами. Гарри замычал от боли. | | |
| |
|
| |
| | Альберт тем временем оторвался от Катюхиной пизденки и стал туда заправлять свою дубинку. Катюха держась двумя руками за два члена как за поручни, рывком насела на его член. Альберт не вынимая член перевернул Кэт на живот и слегка приподняв за бедра поставил её на колени, и с неторопливой раскачкой начал долбить её своим инструментом. Антон с Егором снова занялись ртом Кэт они поочередно подставляли свои члены перед её ртом и она заглатывала и облизывала и снова заглатывала, она стонала и урчала от удовольствия. | | |
| |
|
| |
| | Он сам развёл Надькины ноги, не переставая при этом сношать бабкин рот. Вовка не вынимая хуя изо рта матери, улёгся сверху. Его лицо оказалось между раздвинутых ног. Мальчик впервые увидел женскую пизду, не на картинке, а в живую. Пизда у Надьки густо заросла волосами. В данную минуту волоски были мокрыми и слипшимися. Пахло от неё мочёй и спермой. Вовка задрожал и не произвольно принялся вбивать конец в тёплый мамин ротик. Надя застонала и туже сжала губами член сына. | | |
| |
|
| |
| | Она лизала и лизала, забыв обо всём, даже о боли в заломленных за спину и по-прежнему скованных руках. Ирина Александровна стонала всё громче, ритмично двигая бёдрами. Весь мир Кристины сузился до бесчисленных мягких складок, скользивших под её языком, до переполнявшего её запаха возбуждённой самки, до приглушённых стонов наверху. Она уже не думала о том, чтобы освободиться и убежать, но лишь жалела, что руки её скованы, и что она сейчас не может приласкать сама себя. Наконец её голову сжали с обеих сторон горячие бёдра, и женщина наверху начала корчиться в сладких судорогах, больше не обращая внимания ни на что. | | |
| |
|
Рассказ №22625
|
