Рассказ №2265 (страница 3)

     - Не, ну конечно можешь, ведь у тебя теперь другой и вообще, - немного успокоившись, начал я. - Ты можешь делать что угодно, я тебе не сторож, это твои проблемы, мне твоя жизнь теперь до пизды. Кто тебя там будет ебать, у кого ты будешь сосать - меня уже не ебёт.
     - Эй, ты, мудак, повежливей с девушкой! - раздался чисто пацановий голос.
     - Игорек! Ах, ты мудак! - теперь удивлялась Марина. - Пидораз! Ты же сказал, что у тебя голова болит, и сегодня рано уйдёшь, а сам с ней, с этой шлюхой! Словесная перепалка грозила плавно перерасти в драку, тем более что озлоблены были абсолютно всё, и пары начали потихоньку сближаться, выкрикивая всё новые и новые оскорбления в адрес друг друга. о тут случилось нечто, что вполне остановило всех: дверь в класс открылась, и мы увидели (скорей почувствовали - ведь было темно) ещё одну пару, которая, судя по звукам, пришла сюда за тем же, что и мы. От такого неожиданного поворота дела все затихли, словно огонь ненависти, захвативший всех нас, разом потух.
     Пара, между тем начала раздеваться, повторяя те же, действия, что и мы пред ними. Зрелище (вернее лишь звук) было столь возбуждающе, что я почувствовал сильное желание, оттрахать кого-нибудь за моей спиной (только не Игорька). Похоже, что моё желание совпало с чьим-то, и я почувствовал женскую руку в районе моего члена, который довольно быстро на это отреагировал. Мои руки тоже не бездействовали - чьи-то ножки оказались охуенно приятные на ощупь. Моя рука поднималась всё выше и выше, пока не оказалась в мягкой и скользкой ложбинке.
     Она вздрогнула от моего прикосновения, наши головы сблизились и, успев ощутить горячие дыхание страсти друг друга, наши губы соединились в сладостно-томительном поцелуе... А потом началось как обычно... Я, не теряя особенно времени оттрахал это "ночную недотрогу" (это была Таня), причем местами она делала мне минет, что было особенно приятно и романтично. Рядом с нами воссоединилась другая пара - Марина и Игорёк. Видимо действие возбудителя прошло, и она показала себя во всей красе, то есть холодной англичанкой, а он, как и всегда, полным мудаком. Особенно меня позабавила сцена (я, конечно, гнал в начале, насчёт отсутствия света, здесь были скорее сумерки, чем темнота, и людей можно было вполне различать, правда, без лиц) когда он начал её ласкать, что немного не вязалось с его внешностью. Представьте: здоровый чувак, небритый, с короткой стрижкой (короче молодой бык), нежно целует свою телку в шейку... затем он спускается всё ниже и ниже... вот он уже между грудей и своим языком водит вокруг сосков, нежно так иногда их целуя... он спускается ниже и ниже, вот он уже своей щетиной (без которой, как и без спортивных штанов, он не бык) нежно царапает её по шелковистой коже живота, пытаясь при этом целовать... е что было дальше, я описывать не буду, поскольку не выдержал и кончил...
     Видимо усталость моя, да и всех была столь велика, что мы не выдержали и уснули прямо в голом виде и прямо на столах, так и не узнав, кто это ещё к нам пришел...
     Проснулся я оттого, что кто-то зашел в класс. Похмелья по счастью не было (почти), и я вполне нормально открыл немого сонные глаза, оглядываясь вокруг, в поисках причины, меня разбудившей. Как только я это сделал (в смысле открыл глаза), то осознал сразу две неприятные вещи: оказалось, что я лежу абсолютно голый (один носок не счёт) и, вдобавок, посреди класса на столе. Мне было необходимо срочно вспомнить, что я здесь делаю, и как я сюда вообще попал. Может, я и вспомнил бы со временем, но тут я осознал ещё одну вещь: на меня смотрит (а уже не ночь, а утро и вполне в классе светло) наша учительница по математике Виктория Геннадьевна.
     - Серёжа... - только и выговорила она, смотря на меня округлившимися от удивления глазами.
     А, необходимо заметить, что училкой она была что надо: около двадцати, нормальная фигура, отсутствие очков и только стеснительность портила её. Но последнее не мешало мне, лёжа в кровати, периодически представлять её в соблазнительных позах и немного... Вот и сейчас у меня начало вставать, вспоминая о ней.
     - Виктория Геннадьевна, вы разбудили во мне зверя! - просто не понимая, как я это говорю, сказал я. - И я хочу вас!
     - Что? - её глаза округлились ещё больше, но, тем не менее, взгляд остановился на одном предмете, словно как у кролика и удава. Она смотрела на мой полностью боеготовный член, который немного раскачивался, и даже не предпринимала попыток уйти или поднять скандал.
     - Подойдите поближе, кстати, можно я буду называть вас Викой? - сквозь туман донёсся до меня мой голос. Она послушно подошла, как и положено кролику.
     - Потрогай его. - Продолжал я в полной уверенности, что говорит кто-то другой и меня вообще тут нет. Она, всё так же, не сопротивляясь, потрогала мой член, словно в первый раз (а может, так оно и было).
     - Поцелуй его. - Почти шепотом сказал я.
     Она вопросительно посмотрела на меня, словно готовая проснуться, но ничего не сказала и дотронулась губами до него. В этот момент в ней что-то сломалось, и дальше моя подсказка уже не требовалась. Видимо вспомнив все те немногие порнофильмы, что она наверняка смотрела, она применила увиденное на практике...
     И тут. Правильно, открылась дверь и в класс вошла Настя, в поисках своих трусиков (это она заходила сюда сегодня ночью). Но на нас она даже не обратила внимания, лишь вскользь поздоровалась. Что и не удивительно: глаз у неё не было видно - лишь узенькие щелочки, щёки раздуло до невероятных размеров, цвет лица был идеально белым - видно, что не выспался человек. Викторию Геннадьевну она вообще не узнала, приняв её за выпускницу. А Вика, поглощенная своим делом так же не заметила её. Наконец Настя нашла, что ей требовалось, и ушла, немного пошатываясь.
     И наконец-то я смог сосредоточиться на своих чувствах. Викин язычок щекотливо гулял по моему члену, а когда она обнимала его губами, то всё тело сжимало судорогой и волна сладкой боли, словно от бесконечного оргазма, плавно расходилось от члена по всему телу. Ей это тоже, по-видимому, нравилось, и она иногда так засасывала мой член, что внутри у меня всё переворачивалось, а от волны удовольствия, я едва не терял сознание.
     Но всё хорошее рано или поздно кончается: В какой-то момент я почувствовал, что больше не смогу выносить эти поцелуи, струя тёплой и липкой жидкости ударила ей в немного удивлённое лицо...


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать также: