 |
| |
| | Как же приятно и волнительно! ... Ты непроизвольно расставила ноги чуть шире, чтобы ласки проникли туда, где волнение уже очень заметно... И прикосновения поднялись к лепесткам твоего набухшего цветка любви, легонько проскользнули по мокрой щели между лепестками, уже смоченным первыми каплями нектара, ты почувствовала собственный аромат, возбудившись от этого еще сильней... Ты почувствовала, что потекла... Но прикосновения снова спустились к бедрам... Ты не можешь понять, что же это - твоя фантазия, ветерок или желанная реальность? ... Но ты не хочешь обернуться, боясь спугнуть волшебство момента, только чутко следишь за нежными прикосновениями, которые вновь устремились вверх, к твоему лону, едва притрагиваясь к волоскам на губках... | | |
| |
|
| |
| | Во время одной из встреч, когда я уже стал забывать о Рыжем, Чемодан сам заговорил о нем, причем пересказал мне же мою историю в интерпретации Рыжего. Я был возмущен до глубины души тем, что он обнародовал наш почтовый роман и, хотя и не подал виду и посмеялся вместе с Чемоданом над своими неумелыми ухаживаниями, загадал себе все-таки встретиться с Рыжим и поглядеть в его глаза. Ой, как тесен мир! | | |
| |
|
| |
| | Женщины подошли вплотную, Андрей пытался выставить вперёд руки отталкивая их, но был схвачен и отнесён к койке. Они придавили его со всех сторон, держа за ноги и за руки. А одна, ту которую назвали Сиротой стянув с него одежду, принялась профессионально делать минет. И хоть у Андрея Николаевича сегодня был совершенно неподходящий день, природа взяла своё и у него встал. Кто то из женщин стал завязать яйца. | | |
| |
|
Рассказ №2324
|
