 |
| |
| | Забеспокоилась Софи Лорен: вот выскочит Митя в окно, влетит на Александрийский столп, пока достанешь его оттуда пожарной машиной (да еще в Англии заказывать надо) и срок визы кончится, придется в Рим ехать на позор и бесчестие, так как итальянцы, как известно, все могут стерпеть, кроме прерванного акта. | | |
| |
|
| |
| | Весь мой мир юного задрота-идеалиста перевернулся в одночасье, я выпал в ирреальность или в сноподобный абсурд; только что я отстранённо беседовал на философские темы с возвышенно-сюрреалистичной и заведомо принадлежащей не мне поэтессой, не смея никогда даже простирать какие бы то ни было фантазии в её адрес по совокупности этических и психологических причин, но вот - хотя это и происходит под предлогом некоей шизофреничной "проверки" - её пальчики игриво ёрзают в моих брюках... | | |
| |
|
| |
| | Как оказалось недалеко жила папкина двоюродная сестра Тамара с мужем и дочкой Мариной. Маринке было ХХ лет, очень аппеитная и симпатичная. А тётя Тома, как шутила моя мамочка, была очень "балованная". Однажды папка подвёз её на нашей машине и тётя Тома села сзади, рядом о мной. На женщине была короткая обтягивающая юбка, голубая полупрозрачная блузка, ткань которой не скрывала манящую, обтянутая ажурной тканью бюстгальтера грудь. Подол и без того короткой юбки задрался, соблазнительно полез вверх, показывая красивые стройные ножки. Казалось ещё немножко, и я смогу увидеть ткань трусиков, прикрывающих промежность. Это меня сильно возбудило. | | |
| |
|
| |
| | Нарядившись, я одела верхнюю одежду и вышла из дома. Мне предстояло подняться на последний этаж, моего мужчины ещё не было и лёгкое волнение, что я делаю что-то запретное, захлестнуло меня... Пару минут и он поднялся ко мне. Мы зашли в лифтерную и стали жадно целоваться. От его поцелуев кружилась голова и лёгкая истома вырвалась с моих губ. Он помог мне раздеться, так мой наряд был обнаружен. Чёрное шёлковое неглиже с огромным декольте на спинке, черные чулки, которые так ему нравились и грубые ботинки с ремешками... теплый шарф был все ещё на мне. От такого зрелища Диму было не остановить. Его руки уже вовсю гладили мое тело, а губы ласкали едва прикрытые соски. | | |
| |
|
Рассказ №23279
|
