 |
 |
 |  | Теперь она развязно улыбнулась и начала целоваться в губы с Гией. Он полез ей под юбку, она начала трогать его в области гульфика, но после такого тепленького приветствия, они не продолжили заниматься сим "непотребством", а пошли в дом. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Эмбер просыпается от того, что мышцы в ногах, плечах и шее сводит судорогой. Пошевелившись немного, она осознаёт, что до сих пор находится в клетке и не может двигаться. Как ни странно, она смогла заснуть - лишь потому, что страшно вымоталась накануне. "Что же делать?" подумала Эмбер. "Я не могу пошевелиться. Больше ничего не остаётся, кроме как выполнять приказы этого маньяка. Я хотя бы могу держать его в рамках, делая всё, что он просит". Запах её мочи и говна, которые оказались на полу, когда ночью она утратила над собой контроль, время от времени достигал её носа, и она морщилась. Саму лишь мысль о том, что она заперта в клетке, в каких-то дюймах от собственных испражнений, с лицом, перемазанным в собачьем корме, было невозможно вынести. Эмбер начала плакать, долго и неудержимо. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Смешинка всё ещё во рту Мишель, но исконным женским чутьем она понимает, что "надо что-то делать, Глеб, надо что-то делать!" И её руки принимаются за пряжку моего ремня. Пьяная-поддатая, но ремень, и довольно узкие Левисы в мгновение ока оказываются на полу, ну а мне-то что, в номере не холодно! Тянет меня за руку на double bed, я поддаюсь, но не ложусь, а становлюсь на колени. Вертолет жешь... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Аленка хотела удержать, остановить парня, но ее ладони почему-то лишь скомкали простыню, и она осталась с замиранием сердца ожидать, что же произойдет дальше. Ладони Ильи уже откровенно ласкали ее бедра, а поцелуи поднялись к самому низу живота. Еще мгновение и Алена ощутила сквозь ткань трусиков прикосновение губ Ильи к своему девичьему секрету. Затем руки парня мягко, но уверенно проникли под украшенную кружевом резиночку и потянули ее вниз, открывая взгляду юноши то, что никому из парней еще никогда не показывалось. Ахнув от страха и величайшего стыда Аленка, преодолевая охватившее ее оцепенение, рванулась, пытаясь прикрыться в сокровенном месте ладошкой, и: проснулась. |  |  |
| |
|
Рассказ №23363
|