 |
| |
| | Там показывали как жених в присутствии всех трахает свою невесту на столе. Она лежала на спине откинув голову так, что голова свисала с другой стороны стола. Она лёжа на спине отсасывала свидетелю член. Невеста так глубоко его принимала что доходила до самых яиц свидетеля, от чего у неё горло немного раздувалось. А свидетель трахал её в рот и мял её сиськи, которые колыхались в такт движениям жениха. Потом свидетель вынул член из её рта и громко крича стал кончать на лицо и сиськи невесты. Некоторые капли выстреливали прямо на живот жениха. Невеста размазывала языком и руками сперму по своему лицу. | | |
| |
|
| |
| | Сначала я ласкала ее -кончиком пенетратора, - потом начала потихон-ьку вводить его в кра-сное, раскрытое как ц-веток, влагалище. По -ее щекам скользнули д-ве слезинки, ртом она- ловила воздух, а я в-винчивала в нее толст-ый искусственный член-. Тут мне самой потре-бовались ласки, - вни-зу все болело и текло-, но я сдержалась, то-лько с силой надавила- на собственный влажн-ый пах. Так было немн-ого легче смотреть, к-ак огромный пенетрато-р растягивает нежное -влагалище моей любовн-ицы. Она уже стонала, - не скрываясь, но тек-ла еще больше и пытал-ась двигаться навстре-чу грозному орудию. Я- наконец, смогла подо-браться к ней так, чт-обы у меня получилось-: в торце пенетратора- был вход с двумя сил-иконовыми ремнями, по-зволявшими превратить- его в страпон; это я- и сделала, пристегив-ая пенетратор к своим- бедрам. | | |
| |
|
| |
| | Лицо Толи исказила злобная гримаса, и он разразился тирадой, что он не знал, что Марина грязная шлюха, и не просто грязная шлюха, но и извращенка, и что ей надо срочно обратиться к психиатру, и что больше видеть ее он не хочет, так как она подло надругалась над его светлыми к ней чувствами. После чего быстро оделся и ушел, громко хлопнул входной дверью. Марине показалось, что ее сильно ударили пыльным мешком по голове, и что ей было бы не так противно, если бы ее с головой окунули в чан с дерьмом. Через несколько секунд слезы брызнули из ее глаз, и она в голос разревелась. А вот вытереть слезы и закрыть лицо руками, несмотря на инстинктивные попытки, она не могла - руки были скованы за спиной. Она попыталась стянуть наручники со своих рук, но ничего не получилось, от этих ее попыток они только защелкнулись на еще один щелчок. Марина никак не предвидела такого оборота событий, поэтому не поставила их на блокировку. Потом ее начал бить сильный нервный озноб. Трясущимися руками и обливаясь слезами, она, достала из прикроватной тумбочки ключ от наручников и попыталась их открыть, однако руки у нее тряслись и она никак не могла попасть в замочную скважину, хотя до этого она это неоднократно проделывала. Ей нравилось быть связанной по рукам и ногам, и еще у нее с юности была странная, как ей казалось, фантазия, чтобы ее молодой человек крепко ее связал, а потом от всей души оттрахал в рот. Но сейчас ей никак не удавалось снять с себя эту ее стальную "игрушку". В довершении всего, Марина уронила ключ на пол и он, звонко отскочив от паркета, как и положено, отлетел под кровать. Марину охватила паника. Запасной ключик она спрятала на кухне в настенном шкафу в банке с крупой, скованными за спиной руками его было тем более не достать. Глубоко униженная в своих искренних порывах, она в довершении всего не могла освободиться от наручников, будучи совершенно обнаженной. Мысль просить чей-то помощи усиливала панику. В голове у нее крутилось - Лучше умереть вот так, в наручниках, чем еще раз испытать позор при освобождении посторонними. Она попыталась пропустить руки через попку, в положение руки спереди, что бы легче достать ключ из-под кровати. Однако очень быстро бросила это занятие, так как довольно широкие бедра, не позволили провести ей это трюк. Проревев в подушку довольно продолжительное время, Марина немного успокоилась и, всхлипывая, пошла на кухню, взяла швабру, найдя глазами ключ под кроватью, очень осторожно, чтобы не загнать его еще дальше, все-таки вытащила его, положила на тумбочку, выждала еще некоторое время, пока окончательно пропала дрожь в руках, сидя на кровати, чтобы ключу на сей раз некуда было падать, наконец сняла с себя наручники. Как результат всей этой истории, у Марины образовался сильнейший панический страх, что новый молодой человек рано или поздно узнает о ее "странностях" , но второго такого унижения Марина не пережила бы. Поэтому она тихо, временами, занималась не экстремальным самосвязыванием, когда это позволяли условия. Она очень любила заморозить в пластиковой бутылке ключ от наручников, раздевшись до гола, сковать себе руки и ноги браслетами, потом сцепить их еще одной парой наручников и ждать долгие часы, пока из подвешенной бутылки не выпадет спасительный ключик. | | |
| |
|
| |
| | Освободив залупу, я легонько взяла его в рот и провела языком по уздечке. Ощутила лёгкое подрагивание и стала потихонечку посасывать. Богатырь начал восставать! Я продолжила сосать самую головку, а потом и попыталась (я это очень люблю и умею, чем удивляю приятелей) заглотнуть его. И тут он восстал, как пружина. Я еле успела его вытащить практически из горла. Парень во сне как-то по-детски замычал и вдруг проснулся. Удивленно, ничего не понимая, посмотрел на меня, вокруг себя, а я приложила палец к его рту: "Тс-с!". А то заорет ещё, всех перебудит: И вот тут уже я начала минетить по-взрослому. Приложило всё моё умение и старание. Длилось это минут 7. Как он мог так долго терпеть? Ведь член его был уже абсолютно деревянный. Не желая, чтобы он досрочно, не удовлетворив меня, закончил, я взгромоздилась на него и не торопясь стала насаживаться. Размер был где-то 23-24 см, но уж очень толстый, и, чтобы не было больно, я делала это очень осторожно, без излишней торопливости. Мокрой я стала мгновенно, поэтому трудно не было. | | |
| |
|
Рассказ №23647 (страница 2)
|
