Рассказ №23651

     Облокотившись плечом на стойку перил, к которой он был прикован, Олежка стоял коленями на камнях дорожки у крыльца. С дикой, лютой тоской смотрел он то в небо с едва движущимися огромными как горы клубящимися облаками, то скользил взглядом по пёстрым, перемежающимся всеми красками цветникам. Лёгкий сухой ветер нёс откуда-то издалека, из просторов лугов, из садов смеси ароматов трав и цветов - терпко-пряные, душистые и сладкие, шелестел листьями деревьев, и обдувая Олежкино лицо, сушил всё текущие по щекам слёзы, ласкал его волосы, заносил всё новые ароматы неведомых просторов в этот огороженный высоким забором прямоугольник...
     Щебетали и распевали птицы, звенели, заливались трескучими трелями полчища кузнечиков в траве. Носились, внезапно зависая в воздухе и вновь срываясь с места, десятки крупных стрекоз, играли бабочки. Из трубы бани вырывался лёгкий дымок. И вот в таком прекрасном месте, среди звуков, запахов и буйства красок природы, чистейшего воздуха и солнечного света, средь прекрасных цветов на ухоженных клумбах, среди всей этой красоты ему предстоят унижения, истязания, мучения, издевательства!"И ад порою может иметь обличье рая. В аду тоже ангелы, но - падшие" - вдруг откуда ни возьмись пронеслось у него в голове. Тело затекло, болели колени, но Олежка не смел даже пересесть на корточки, ибо уходя, Лера настрого приказала ему стоять на коленях. Дёргая плечами и телом, мотая головой, он стал отгонять вдруг налетевших слепней.
     Лера с Вероникой и Женькой куда-то ушли с участка, скорее всего через дверь в воротах дровяника, осталась Марина, "кочегарившая" в бане. Бо́льшую часть времени она проводила на скамеечке у банного крыльца, то курила, то просто сидела развалясь, частенько поглядывая на Олежку несытым взглядом.
     Наконец вернулись остальные девки. Лера отомкнула один "браслет" наручников, велела Олежке идти за ней на четвереньках. Так они повернули за левую сторону дома. Около заднего угла в глубокой нише бетонного цоколя была широкая, почти квадратная металлическая дверь. Лера отперла её и втолкнула Олежку пинком в зад через высокий порог в нижний, "хозяйственный" этаж дома. Зажёгся свет, как только он оказался в этом прохладном помещении.
     Этот самый "хозяйственный этаж" располагался подо всем домом, и представлял собой нечто вроде коридора с бетонными перегородками справа и слева, служащими не только для разделения на кладовки-отсеки без дверей для различных вещей и принадлежностей, но и опорами для пола в доме. Слева у входа большую площадь занимал электрокотёл со всеми системами автономного отопления, почти в середине вверх вела лестница, выходящая в прихожую дома, как понял потом Олежка. Таким образом, попасть туда можно было и из дома, и снаружи. Цементный пол был выкрашен.
     Родители Леры оказались рачительными и хозяйственными, даром у них ничего не пропадало, зазря не выбрасывалось. Помимо новых вещей вроде мотокосилки, ручной мотокосы, бензопилы, мотоблока, ранцевого опрыскивателя с аккумуляторным электронасосом, мощного универсального деревообрабатывающего и заточного настольного станка, верстака с тисками, упорами и прижимами, компрессора и сварочного аппарата, тележки с баллонами и с горелкой и резаком, всевозможных инструментов - слесарных, столярных, плотницких, электроинструмента вроде перфоратора или дрели - там были аккуратно сложены и вещи, в другом хозяйстве отнесённые бы к категории "барахла", но в нужных случаях бывающие незаменимыми. Вещи стояли вдоль стен или были разложены на множестве полок. Тут встречались довольно старые вёдра, железные бочки, алюминиевые фляги-бидоны, бочонки и кадушки, по полкам стояли рядами стеклянные банки, каждый объём отдельно. Всякий гвоздь имел своё место в своём отсеке, ничто не могло перемешаться, было расставлено так, чтобы более часто употребляемые или тяжёлые и громоздкие вещи оказались ближе к выходу.
     Среди этого так называемого "барахла" оказалась и старая оцинкованная детская ванночка, в которой наверное когда-то купали ещё кого-то из родителей Леры. Девушка заставила Олежку взять эту ванночку и два ведра и отнести в дровяник. От того, что увидел Олежка в сарае, его словно шибануло разрядом тока. Вот для чего уходили куда-то девки! Около самых ворот был свален целый ворох ивовых прутьев, прямых и длинных, с метр или больше, ещё зелёных молодых побегов, не успевших потемнеть. Рядом лежала охапка крапивы, тоже молодой, ярко-зелёной. Он чуть не всхлипнул, видя что его ожидает.
     - Что, страшно? Вижу! Вон как тебя передёрнуло! Ножки дрожат! У-ю-юй, напугался, бедненький! Птенчик ты наш! А теперь ставь ванну сюда, и принести из бани горячей воды! - со смехом приказала ему Лера.
     Уже в сопровождении Вероники и Женьки, подгоняемый прутом, Олежка с вёдрами побежал в баню. Вода в баке уже начинала бурлить, в печке догорали угли, которые Марина, отирая вспотевшее лицо, перемешивали кочергой. Девки нацедили из-под крана в баке кипятка, погнали Олежку обратно.
     - Расплещешь или опять грохнешься - отвечать как всегда будет твоя жопа! - прикрикнула вдогонку Марина.
     Олежка кое-как, обжигая паром руки, совершенно запыхавшись, донёс тяжёлые вёдра, по приказу Леры вылил воду в ванночку.
     - Хватит ещё одного ведра. Дуй швыдче! - прут со свистом обжёг Олежке поясницу.
     Пока его гоняли за кипятком, Лера засыпала в воду принесённый из дома килограммовый пакет соли, туда же вылила полпузырька уксусной эссенции - больше не оказалось - и стала размешивать соль деревянной лопаткой. И когда Олежка принёс третье ведро, его заставили сложить розги в этот рассол, и Лера аккуратно распределила их по ширине ванны, сверху бросила несколько поленьев чтобы притопить прутья.
     - Вот теперь можно и идти париться! - объявила она, запирая дверь в цоколе.
     В предбаннике с Олежки сняли ошейник с цепочкой, отомкнули с руки второй "браслет", видимо чтобы не заржавели наручники.
     - Чего делать треба? Тебе подсказать? - Женька хлобыстнула его ладонью по уху. - Раздягайся швыдче!
     Путаясь в пуговицах дрожащими пальцами, Олежка расстегнул рубашку, скинул штаны. Не в силах превозмочь себя и сделать это последнее движение, начал нервно теребить трусики, не решаясь снимать их.
     - Ну чего ты там ломаешься как целка перед первым трахом? - Женька съездила Олежку по уху с другой стороны. Марина подхватила лежащий на скамейке прут и обожгла им Олежку по бёдрам. Тот подпрыгнул со вскриком, спустил трусы, и сразу же оказался брошен на пол, его одежду смотали в ком и забросили её в рундук под скамейкой - "Достаточно уже походил одетым, теперь тебе тряпки долго не понадобятся!". Все девки уже давно разделись, и погоняя впереди себя пинками прыгающего на четвереньках Олежку, они гурьбой ввалились в жаркое помещение бани.
     Лера зачерпнула из специального бачка горячей воды с настоем можжевельника и мяты, ловко, одним взмахом, бросила эту воду из ковшика на раскалённые камни. Шарахнулись столбом, клубами метнулись во все стороны облака горячего душистого пара. Олежке обожгло спину, задыхаясь, он упал на живот около идущей вдоль стены скамейки. Девки также завизжали и присели на корточки. Олежка заметил под скамейкой прямоугольное вентиляционное отверстие со слегка приоткрытой заслонкой и придвинулся к нему поближе. Стало легче дышать. Тем более Лера ещё подбросила пару, и когда жар разошёлся по всей бане, девки полезли в "парной угол" и разлеглись на полоке.
     - Смотрите, - засмеялась Вероника - он даже на полу падает в обморок от жары! А ну-ка иди сюда поближе, вот на скамеечку!
     Олежка встал на четвереньки, подполз поближе к полоку. От жары и нехватки воздуха потемнело в глазах, он сделал несколько судорожных вздохов, и в груди словно обожгло. Он снова повалился.
     - Уй, дохлый цыплёнок! Даже сейчас он здесь загнётся в минуту! А что будет когда мы ещё поддадим пару? Ладно, ползи обратно! Рано тебе подыхать! А то мы совершенно ещё не навеселились тобой!
     Хорошенько разогревшись, девчонки вышли передохнуть в предбанник. Их розовые тела были мокрыми от пота, они со смехом расселись на лавке, закурили, имея около себя ведёрко с водой. Олежка, лёжа на полу, раскрытым ртом хватал прохладный воздух.
     - Ой, что-то мне захотелось пукнуть! - вдруг с хохотом заявила Вероника. - Кто-нибудь, попробуйте поджечь!
     Женька схватила зажигалку, встала сбоку и зажгла огонь, поднеся его как можно ближе к попе подруги. Громкое шипение, перешедшее в характерный трескучий звук. Но вместо возгорания кишечные газы сразу погасили огонь зажигалки, по предбаннику разошлась резкая вонь. Девчонки прыснули и зашлись от хохота. Женька приоткрыла дверь и половину окна. На Олежку потянуло освежающей прохладой. Он начал украдкой посматривать на дверь. Что, если вскочить и выбежать из бани? Может, удастся схватить и полотенце, на ходу обернуться им? Но... И ворота, и калитки в них заперты на ключ, через такой заборище перемахнёт ли и кенгуру... Разве что если бегать по участку и вопить как можно громче, звать на помощь? Обратит ли кто-нибудь внимание, даже если услышат, да и станут ли вмешиваться во что-то, происходящее за чужим забором? А что смогут сделать? Калитки и ворота заперты, ключи у Леры, а станет ли кто-то вызывать ментов? Да и всё равно, он очень быстро выдохнется, девки его поймают... И что тогда будет ему! Они и так уже назначили ему за попытку скрыться более тысячи ударов в течении двух недель! Так всё-таки может, или...?


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: